Вариант единорога
Шрифт:
А потому он остановился на другом выходе, наилучшем при таких обстоятельствах.
Он поручил своему фонду обыскать весь мир, чтобы найти для нее наилучшего товарища в ее уединении. После трех месяцев ему вручили список возможных кандидатов. Их оказалось двое. Всего двое.
Во-первых, красивый молодой человек Томас Гриндел, веселый, остроумный, говорящий на семи языках. Он написал оригинальную историю человечества, много путешествовал, был общителен и во всех остальных отношениях представлялся идеальным собеседником в одиночестве.
Во-вторых, малопривлекательная женщина Иоланда
Даже Карл Мейнос был не настолько погружен в свои изыскания, чтобы не заметить, чем был чреват тот или иной выбор. Он вычеркнул Гриндела.
Иоланде Лоеб он предложил два соблазна: увеличение срока жизни и финансовое вознаграждение, которого ей с лихвой хватило бы на три жизни. Она согласилась.
Карл Мейнос провел ее в дом. И перед дверью комнаты, прежде чем набрать открывавший ее код, сказал:
— Я хочу, чтобы она чувствовала себя счастливой. Нашла бы себе занятие. Чего бы она ни захотела, ее желание должно быть исполнено. Вот все, о чем я прошу вас.
— Я сделаю все, что в моих силах, мистер Мейнос.
— Она чудесная натура. Я уверен, что вы ее полюбите.
— Да, конечно.
Он открыл тамбур, и они вошли. Затем он нейтрализовал временность, внутренняя дверь открылась, и он вошел вместе с Иоландой Лоеб.
— Привет!
Глаза Лоры широко раскрылись при виде незнакомой женщины, но, когда Карл объяснил, что мисс Лоеб составит ей компанию, будет подругой, в которой она нуждается, по ее губам скользнула улыбка, и она поцеловала ему руку.
— У нас с Лорой есть сколько угодно времени, чтобы познакомиться,— сказала Иоланда Лоеб,— так почему бы вам пока не побыть вдвоем? — И она отошла в дальний угол комнаты к книжным полкам и взяла том Диккенса.
Лора обняла Карла Мейноса и поцеловала его.
— Ты так добр ко мне!
— Но я же люблю тебя. Что может быть проще? Жаль только, что не все так просто.
— И как продвигаются исследования?
— Медленно, но продвигаются.
Она словно бы встревожилась из-за него.
— Ты выглядишь таким усталым, Карл!
— Утомленным, а не усталым. Это большая разница.
— Ты постарел.
— По-моему, седина в бороде придает мне большое благообразие.
Она весело засмеялась, а он обрадовался, что выбрал мисс Лоеб, а не Гриндела. Проводя наедине в запертой комнате бесчисленные месяцы, которые для них там, где Время почти остановилось, не были бы месяцами, кто знает, как они повели бы себя? Лора — необыкновенно красивая женщина. В нее влюбился бы любой мужчина. Но если ее компаньонкой будет мисс Лоеб... Теперь беспокоиться не о чем.
— Ну, мне пора. Сегодня мы испытываем новый катализатор... Вернее, испытывали много дней назад, когда я вошел сюда. Береги себя, любимая. Я вернусь, как только смогу.
Лора кивнула:
— Теперь, когда у меня есть подруга, мне не будет так одиноко до твоего возвращения, любовь моя.
— Что ты хочешь, чтобы я принес в следующий раз?
— Сандала для курильницы.
— Непременно.
— Теперь мне не будет так одиноко,— повторила она.
— Да. Надеюсь,
И он оставил их вдвоем.
— Вы знаете Неруду? — спросила мисс Лоеб.
— Прошу прощения?
— Чилийского поэта. «Вершины Мачу-Пикчу»? Одно из лучших его творений?
— Боюсь, что нет.
— Я захватила с собой эту вещь. Потрясающая мощь. В этих стихах скрыта сила, которая, подумала я...
— ...придаст мне смелости перед лицом смерти. Нет. Благодарю вас, но нет. С меня достаточно вспоминать все, что те немногие, кого читала я, наговорили о конце жизни. Я трусиха, и я знаю, что рано или поздно все должны умереть. Но в отличие от них у меня есть расписание. Произойдет это, потом это, а потом все кончится. Между мной и смертью стоит только мой муж.
— Мистер Мейнос замечательный человек. И очень вас любит.
— Благодарю вас. Я знаю. А потому если вы хотели бы утешить меня, то мне это не нужно.
Однако Иоланда Лоеб сжала губы, коснулась плеча Лоры и сказала:
— Нет. Не утешить. Вовсе нет. Помочь вам обрести мужество, может быть, веру. Но не утешать, не уговаривать смириться с неизбежным.— И она продолжала:
Смерть много раз звала меня к себе. Она была как соль, сокрытая в волнах, и аромат незримый говорил о кораблях погибших и вершинах, и о постройках ветра и метелей.— Откуда это?
— Начало четвертой песни.
Лора опустила глаза, а потом сказала:
— Прочтите мне все целиком.
Иоланда начала низким выразительным голосом с чуть заметным акцентом:
Меж воздуха и воздуха, как сеть пустая, заброшенная в улицы глухие, бреду с дарами к воцаренью листопада...Лора слушала: в этом, казалось, была скрыта какая-то новая истина.
А потом она протянула руку, и их пальцы нежно соприкоснулись.
Иоланда рассказала ей о своей юности в кибуце и своем неудачном браке. Она рассказала, как жила потом, о своих страданиях. Лора плакала, слушая печальные слова.
И потом несколько дней ей было очень скверно. Но для Карла Мейноса речь тут шла не о днях, и у него тоже была причина чувствовать себя скверно. Он познакомился с девушкой, чье общество ему очень нравилось, пока она не сказала, что любит его. Тогда он отшатнулся от нее, как от пропасти, как от жгучей крапивы. В конце-то концов Время — их друг-враг — прочно вошло в жизнь Лоры и Карла. В их роковом menage a trois [27] не было места для посторонних.
27
Брак втроем (фр.).