Вариант единорога
Шрифт:
— В таком случае зачем вам сражаться?
— Я должен задержать его до тех пор, пока луна не поднимется выше.
— Зачем?
— Не помню. Только знаю, что это нам поможет в борьбе с ним.
— ...Так вот, именно сегодняшней ночью,— затянул Бингерн,— мы собрались перед взором Юлеки и любого, кто пожелает посмотреть, и мы соединим узами брака повелителя этой страны и будущую повелительницу.
— Повелительницу? — спросила Алиса.— А где она?
— Это вы,— ответил Люцер, поднимая руки и разводя их в стороны. Он напрягся изо всех
Бингерн поднял дробовик. Алиса тут же прикрыла Лю-цера собой.
— Проклятье, леди! Убирайтесь! Не мешайте мне! — крикнул Бингерн.
— Нет,— ответила Алиса.— Здесь что-то не так, а я хочу, чтобы было как полагается.
— Вы все делаете неправильно! — прорычал он.
Люцер сбросил цепи и выпрямился в полный рост.
Бингерн вздохнул.
— Ну хорошо. Придется еще раз урегулировать наши отношения,— заявил он.
Люцер вышел на середину часовни, Бингерн отложил в сторону свой дробовик и двинулся ему навстречу.
Когда они встретились, небо разорвала ослепительная вспышка. А в следующее мгновение они уже катались по пентаграмме.
Дверь в часовню распахнулась, и Алиса увидела Белого Кролика. Он будто бы пробормотал: «Ах, боже мой, боже мой!», а потом уселся на одну из передних скамеек и стал наблюдать, как дерутся Люцер и Бингерн, как их кулаки крошат камень и кирпич или рассекают воздух, когда противникам не удавалось попасть друг в друга.
Вдруг Алиса почувствовала, что Кролик на нее смотрит. Он долго не сводил с нее глаз, пока они не округлились — узнал. Она кивнула.
Кролик поднялся и медленно пошел вдоль стены. Подойдя к трону, произнес:
— Алиса...
— Как поживает Мышь-Соня? — спросила она.
— Сидит в чайнике. Как ты?
— О, время меня не очень пощадило. А твои-то как дела?
— Ты освободила меня, когда пела.
— Что? Как?
— Ты волшебница. Могла бы и сама уже догадаться. Я был рядом с Бармаглотом [19] , когда ты и его освободила. Он там снаружи, надеется, что ему удастся сожрать Бингерна.
19
Бармаглот — персонаж из стихотворения Льюиса Кэрролла, приведенного в «Алисе в Зазеркалье». Перевод Д. Г. Орловской.
Кролик снова посмотрел на сражающихся Люцера и Бингерна.
— Крепкие ребята. Трудно сказать, кто из них господин, а кто слуга.
— А вот мне не трудно. Бингерн больше не человек.
— Он всегда будет всего лишь лейб-гвардейцем в небесном сонме.
— Что ты такое говоришь? Он павшая звезда — высшее существо, которое пострадало от общения с этим миром.
Королева Червей взвизгнула, когда противники оказались совсем рядом с ней, а рога Бингерна оставили глубокие следы на каменном полу у ее ног. Но в следующее мгновение сцепившиеся враги
— Павшая звезда — лорд Люцер,— возразил Кролик.— Сегодня ночью его нужно заставить вспомнить, кто он такой. Бингерн был его слугой; он захватил власть, когда Люцер, его господин, потерял память.
— Что? — вскричала Алиса.— Бингерн самозванец?
— Вот именно. Теперь, когда ты меня освободила, я надеюсь стать свидетелем того, как сегодня ночью его власти придет конец.
Послышался оглушительный грохот, когда противники налетели на стену, и здание содрогнулось.
— А почему Бингерн превосходит умением сражаться своего господина? — спросила Алиса.
— Лейб-гвардеец должен пройти специальную подготовку, чтобы быть в состоянии противостоять легионам мрака,— ответил Кролик.
Казалось, что Люцер и Бингерн уже целую вечность молотят друг друга — луна поднималась все выше и выше. И вдруг удары Бингерна стали попадать в цель все чаще, и в конце концов он прижал Люцера к полу, опустился на колени и, схватив его голову, принялся колотить ею по каменному полу.
Увидев это, Алиса крикнула:
— Юлеки, Бичующий Ангел, помоги нам! Скорее! Тебя зовет Алиса.— И бросилась на середину часовни.
Ослепительная вспышка, и над пентаграммой возник белый сияющий шар. Бингерн поднялся на ноги и встал к нему лицом, оставив задыхающегося, окровавленного Люцера на полу.
— Юлеки, это несправедливо — ты не должен был приходить сейчас! — объявил он.— Я устал и не могу встретиться с тобой как полагается!
— Вот и хорошо,— пропел в ответ чей-то мелодичный голос.— Превращайся! Ты не должен стыдиться того, что уходишь со мной без борьбы.
Бингерн посмотрел на Люцера.
— Ты помнишь? — прогремел его голос.
— Что? — спросил Люцер.
Бингерн быстро взглянул на Юлеки.
— Я следую кодексу воина, будем сражаться!
— Отлично.
Он бросился вперед, но, как только коснулся сверкающего шара, какая-то сила подняла его в воздух, завертела, словно в водовороте, а потом швырнула на каменный пол. Шар повис прямо над его грудью. Бингерн попытался пошевелиться, но был не в состоянии двинуть ни рукой, ни ногой.
— Мог бы и подольше со мной повозиться,— прошептал он,— ради него. Я уже многие десятилетия делаю все, чтобы его вылечить. Думал, что это поможет. Мне хотелось, чтобы он был в порядке, и тогда его можно было бы вернуть.
— А у меня другой план.
Бингерн повернул голову и посмотрел на Люцера.
— Господин! — позвал он.— Вспомните! Пожалуйста!
— Я помню, мой верный слуга,— послышался ответ; Люцер взял руку Алисы в свою, и ее неожиданно окружило мягкое сияние.
— Твоя работа здесь завершена,— сказал Юлеки Бингерну.— А вот его — нет, хотя к нему и вернулась память. Он наведет порядок в этой стране, которую ты принес в жертву ради его исцеления.
— Я мог бы ему помогать!
— Это неразумно. У них связаны с тобой тяжелые воспоминания.