Ванинка

Дюма-отец Александр

Женщина была поражена видом мужа. Поп попробовал ее успокоить, но его дрожащий голос лишь усилил ее страх. Она захотела узнать, в чем причина его волнения. Поп отказался отвечать. Елизавета, узнавшая накануне о болезни матери, решила, что он скрывает печальную новость. Это был понедельник, тяжелый день у русских. Утром, выйдя на улицу, Елизавета повстречала женщину в трауре. Она восприняла это

как дурную примету.

Елизавета залилась слезами.

– Матушка моя умерла! – закричала она.

Тщетно пытался успокоить ее поп, уверяя, что его волнение не связано с матерью. Бедная женщина отвечала на уговоры криком: «Моя мать умерла!» Тогда, чтобы избавить ее от этого наваждения, поп признался ей, что причина его волнения – признание в преступлении, услышанное на исповеди. Елизавета не поверила ему. «Неправда, – твердила она, – ты хочешь скрыть несчастье». Крики ее возобновились еще пуще, начались судороги. Священник велел жене поклясться, что она сохранит тайну исповеди, и нарушил ее.

Маленькая Арина проснулась при первых же криках матери. Обеспокоенная и любопытствуя, что же происходит между родителями, она соскочила с постели и стала подслушивать под дверью.

Таким образом, тайна греха была замята, а тайна преступления разглашена.

Наступил день причастия. Семеновскую церковь заполнили верующие. Ванинка опустилась на колени перед алтарем. Сзади нее стояли отец, его адъютанты и слуги.

Арина тоже находилась вместе с матерью в храме. Любопытной девочке захотелось увидеть Ванинку, чье имя она услышала той ужасной ночью, когда ее отец изменил своему долгу. Пока мать ее молилась, она слезла со стула, смешалась с верующими и дошла до алтаря. Тут ее остановили слуги генерала. Но Арину было уже не удержать, она попыталась пробиться через них, ее схватили, она заартачилась, кто-то грубо оттолкнул ее, и ребенок ударился головой о лавку. Окровавленная девочка, поднявшись на ноги, закричала:

– Мужик, а какой заносчивый! Не потому ли, что принадлежишь даме, спалившей «Красный кабачок»?

Эти слова, произнесенные в тишине, предшествующей святому таинству, были услышаны всеми. Ванинка упала в обморок.

На другой день генерал отправился к императору и рассказал ему, как своему судье, всю эту длинную

и страшную историю, которую Ванинка ночью после сцены в церкви, раздавленная долгой борьбой, которую вела сама с собою, поведала отцу.

Выслушав это странное признание, Павел задумался. Затем, встав с кресла, в котором сидел во время долгого рассказа несчастного отца, подошел к письменному столу и начертал:

«Попа, нарушившего нерушимое, то есть тайну исповеди, сослать в Сибирь и расстричь. Жену его – тоже, как не проявившую уважения к его священному долгу. Девочку оставить с родителями.

Горничную Аннушку тоже в Сибирь за то, что не рассказала своему хозяину о проступке дочери.

Сохраняю все свое уважение к генералу. Мне жаль его, и я вместе с ним огорчен постигшим его ударом.

Касательно Ванинки, не знаю, какого наказания она заслуживает. Вижу в ней лишь дочь храброго генерала, вся жизнь которого была посвящена служению своей родине. К тому же характер раскрытия преступления освобождает виновную от моей кары. Она сама должна назначить себе наказание. Насколько я понял ее характер, у нее хватит чувства собственного достоинства, чтобы сердце ее и угрызения совести помогли ей найти нужное решение».

Павел I вручил генералу незапечатанным пакет и велел отнести его графу Палену, губернатору Санкт-Петербурга.

Приказ царя был выполнен на следующий день.

Ванинка постриглась в монахини и в конце того же года умерла от стыда и отчаяния.

Генерал был убит под Аустерлицем. [5]

5

Все подробности этой трагической истории, равно как и текст царского приказа, мы черпаем из превосходной работы, опубликованной 15 лет назад г-ном Дюпре де Сен-Мором и озаглавленной «Отшельник в России». Выражая ему нашу благодарность, мы не скрываем опасений, что, добавив к его повествованию свое, мы, несомненно, лишь ослабили интерес к его рассказу. (Примеч. автора.)