Вампир

Самохина Анна

Марсель улыбнулся своей неожиданной догадке. Получается, чем сильнее он будет становиться, тем больше возможностей ему откроется? Ведь это как раз то, чего он и хотел всю жизнь. И эта возможность прямо здесь, перед ним – протяни руку и возьми.

–

Я хочу остаться в Анранире навсегда, – выпалил он, чувствуя, как приятно растекаются в животе радость и надежда.

– Хочешь – останешься, – буднично ответил Уонен.

В дверь постучали два раза, потом, через перерыв, еще один. Долорес встала и молча направилась ко входу.

Марсель не слышал, о чем она говорила с пришедшим, их шепот был едва различим. К тому же Уонен, казалось, задался целью отвлечь Марселя.

– Нехорошо подслушивать чужие разговоры, – заметил он, когда Марсель постарался лишний раз не дышать, чтобы различить обрывки фраз.

– Кто пришел? – спросил Марсель, почему-то чувствуя подступающую панику. Сердце забилось так, что он ощутил под ключицей пульс.

– Nomina sunt odiosa⁷, – процедил Уонен. – Забей.

– Почему ты говоришь по-латински? – раздраженно процедил Марсель. – Это невежливо. Я ничего не понимаю, язык-то давно умерший.

– На Земле, но не здесь. Люди так старательно забыли все, что анки подарили им.

– Подарили? – нахмурился Марсель. Неужели источник развития древних культур – это Анранир?

– Или ты думаешь, людишки

ко всему пришли сами? – прошипел над ухом злой голос, и Марсель вздрогнул, обернувшись. Позади него стоял Рене.

– Как?..

– Дверь в этом доме для кого существует? – возмущенно нахмурился Уонен.

– Как хочу, так и хожу, – отрезал Рене. В ответ Уонен лишь поджал губы.

– Мы говорили о людях, – Марсель все еще хотел услышать продолжение. Это так разнилось с его представлением об истории, что нетерпение с каждой секундой промедления сжигало его все больше и больше.

– Мы рассказали людишкам о механике, показали им колесо, часы, рычаг, объяснили, как собирать их крохи энергии, рассеянной по свету, – прошипел Рене. – Мы дали им свой язык, а некоторым даже создали религию!

– Египту? – Марсель вспомнил об энергии Ра и боге Солнца.

Рене кивнул, со злостью сжав кулак так, что тот задрожал.

– А эти блядские отродья уничтожили все, что мы для них построили. Они не захотели за это платить и воздвигли свои города и свои религии. Но мы не забыли о том, что для них сделали, и все равно потребовали плату. Тогда они объявили нас вампирами. Люди много веков охотились за нами и нас убивали. О, ебаная Ан, как я ненавижу людишек.

– Я вообще-то еще здесь, – недовольно процедил Марсель.

Конец ознакомительного фрагмента.