Вампир
Шрифт:
– Понравилось? – голос Долорес был приглушенным и довольно неестественным.
Марсель сдержанно кивнул, надеясь, что его жгучее желание вновь попасть в Анранир не настолько очевидно. Однако Долорес ничего не сказала, лишь спрыгнула на землю и поманила Марселя рукой, увлекая за собой. Он пошел следом, надеясь, что в этот раз не придется тащиться в парк.
– Темное место есть у меня в подвале, – сказал он, понимая, что Долорес направляется к выходу со двора.
– Мы пойдем в парк, – отрезала Призрак.
Сегодня она была неразговорчива; Марсель не стал донимать
Марсель молчал, не задавая неудобных вопросов. Захочет – расскажет сама. А фанатом бессмысленных светских разговоров он не был.
Все в таком же молчании они прошли к беседке, где Долорес крепко обхватила предплечье Марселя. Секунда потери гравитации – и вот они уже в полутемном помещении.
– Наконец-то, – сухо заметил кто-то сбоку, и Марсель удивленно отметил, что ему приятно видеть здесь Уонена. Тот выглядел встревоженным.
– Что-то случилось? – Марсель не выдержал. – Вы грустные.
– Временные трудности, – пространно отозвалась Долорес.
– Не обращай внимания. – Уонен ушел в глубину дома, скрываясь в царящей вокруг полутьме. – Сегодня к нам придут гости, так что познакомишься с новыми анки. Только будь внимателен, они не такие… Душевные, как мы с Дори.
– Не называй меня так! – со злостью выкрикнула девушка. Уонен в ответ лишь рассмеялся.
Марсель пошел следом за Уоненом в комнату, которая, вероятно, была гостиной. В ней ничего не поменялось; даже прозрачно-зеленая бутылка от «Спрайта» до сих пор стояла в углу.
– Какая валюта в Анранире? – спросил он идущую следом Долорес.
– Что? – переспросила она. – А, деньги… У нас ценится только энергия.
– Вся энергия стоит одинаково? – Марсель понимал, что качество все равно будет разниться. Только вот кто его оценивает? Есть ли здесь привычные банкиры или это делается на глаз?
– Самая дешевая – энергия Ра, потому что ее легко получить, – объяснила Долорес. – На порядок дороже – Ан. Энергию Нир официально не добывают, но, полагаю, некроманты и алхимики в подвалах и не такое проворачивают.
– И все? – Марселю не верилось, что в таком огромном мире было только два варианта денег.
Уонен, скользнув взглядом мимо него, на секунду задержал его на Долорес. На миг дольше, чем следовало.
– Есть еще кое-что, но это скорее экзотика, – нехотя добавила девушка. – Долги, например. Но их используют только те, кто знаком лично.
– Как твой? – тут же вспомнил Марсель.
Долорес кивнула.
– Если не выполнишь долг, то пострадает репутация. Для большинства анки это будет трагедией.
– Есть еще одна энергия, –
– Это энергия с Земли, – спешно перебила Долорес.
– Ее добывают из людей.
В разом нагрянувшей тишине было слышно, как на улице ветер бьется о каменные бока зданий.
Марсель выжидающе смотрел на Долорес. Неужели для этого она и привела его сюда? Чтобы «добыть» энергию?
– Ненавижу тебя, – безэмоционально сказала Долорес.
Она прошла через всю комнату и, достав из-под стола бутылку недопитого абсента, сделала большой глоток прямо из горлышка.
– Не ты ли говорила, что важна лишь правда? – насмешливо процедил Уонен. – Я не собираюсь плясать под твою дудку, по крайней мере до тех пор, пока кормлю тебя.
– Правда важна тогда, когда она нужна, – прошипела девушка. – А не когда может навредить. Помни, кто ты такой и кто здесь я.
– Прекрати страдать херней, – Уонен злобно прищурился. – Твоя «ложь во благо», – он нарисовал в воздухе кавычки, – еще никому блага не принесла.
– Я сама разберусь со своим долгом, – она грациозно подскочила к Уонену и, поскольку была на голову ниже, приподняла подбородок, чтобы смотреть на него сверху вниз. – Еще раз влезешь – клянусь всеми богами, тебе не поздоровится.
Уонен закатил глаза и молча отошел. Во взгляде Долорес читалась плохо сдерживаемая ярость; Марсель не двигался с места, ожидая объяснений. Он не был уверен, что уйдет, если она подтвердит его догадку. Все же Анранир был так загадочен…
– Я не добываю из тебя никакую энергию, – примирительно сказала Долорес, однако сейчас ее тон больше походил на угрожающий. – И никогда не буду. И не только я, но и все остальные. Клянусь.
– Почему я должен тебе верить? – Марсель понимал, что сейчас не в том положении, чтобы корчить обиженную даму и диктовать условия.
– Я отдаю долг, так что в любом случае не могу причинить тебе вред, – устало ответила Долорес. – За мной смотрит весь этот блядский город, разве я могу опозориться?
– Мне казалось, тебе нравится Абисс, – протянул Марсель.
– Город, а не его жители, – Долорес снова глотнула абсента. – В большинстве своем.
Марсель понимающе хмыкнул. Люди его раздражали, буквально постоянно действовали на нервы. Даже неглупые и весьма интересные личности вызывали бурю негативных эмоций. При общении с ними ему все чаще хотелось заставить собеседника страдать. Иногда воображение вырисовывало картины, которых пугался сам Марсель. Но от этого не убавлялось желание повалить человека на пол, сомкнув руки у него на шее, и душить, душить, душить. Люди раздражали одним своим присутствием. Раздражали их внешность, манера речи, мимика, даже запах. Со временем Марсель научился так контролировать свои желания, что даже на секунду, бывало, забывал о них. Однако в следующие мгновения в груди вновь сжималось сладостное чувство, приказывающее вынуть из кармана перочинный нож и вонзить в грудь человека напротив, потом достать и снова вонзить, и снова, снова, снова.