Вампир в Атлантиде
Шрифт:
Он ловил губами слезы на щеках Серай — одну за другой.
— Прощение — это замечательно, ми амара. Но есть вещи настолько отвратительные, что не заслуживают прощения. Я помог свергнуть одних из худших монстров в истории, но по-прежнему не уравнял счет. Смогу ли я когда-нибудь сделать достаточно? Смогу ли примириться со своим прошлым? Нет, никогда. Только смерть подарит мне покой.
— Тогда ты обрекаешь меня прожить еще одну жизнь без тебя? — Серай обняла Дэниела за шею и посмотрела ему прямо в глаза. — Думаешь, я тебе позволю? Подумай хорошенько,
Тут она хлюпнула носом, несколько подпортив эффект от таких заносчивых слов, но Дэниел знал, что именно Серай пыталась для него сделать, — и от благодарности у него потеплело на душе.
— Я никогда не стану достойным тебя, — мрачно ответил вампир.
На губах Серай расцвела красивейшая улыбка, хотя на ресницах все еще блестели слезы, словно маленькие звезды в лунном свете.
— Ну что ж, дам тебе еще тысячу лет, чтобы постараться, но смотри, ни днем больше!
— Подожди, это еще не все, — предупредил Дэниел, пытаясь заставить Серай понять прежде, чем он поверит в ее безрассудность. Прежде, чем почувствует надежду. — Я связал себя узами крови с Квинн. Сестра жены Вэна Дейдре умерла из-за меня. Все, кто мне небезразличен, погибают. С твоей стороны лучше держаться от меня подальше.
— Узы крови? Ты сделал это для того, чтобы спасти жизнь Квинн так же, как мою?
— Ну да, но…
— А вторая девушка — Дейдре, — настойчиво продолжила Серай, хотя Дэниел видел и слышал боль в ее глазах и голосе. — Ты любил ее? Как она умерла?
— Нет. Нет, я не любил ее. Пытался спасти, но Дейдре слишком долго подвергали пыткам. Она закрыла меня собой от смертельного удара, чтобы убежать от своей боли, — признался Дэниел.
— Я знаю, что в твоей жизни были женщины, но меня это не волнует. Не могу же я ревновать к ним или злиться на тебя за то, что ты находил друзей или утешение, считая, меня мертвой. Я уже потеряла тебя однажды, — прошептала Серай. — И не потеряю снова. Перестань пытаться заставить меня уйти.
Дэниел старательно вспоминал что-нибудь еще — что угодно — лишь бы переубедить Серай, но она не собиралась давать ему время на раздумья. Теплое, нежное тело атлантийки, лежавшее в объятиях вампира, заставляло его жаждать обладать ею — снова и снова.
Серай поцеловала Дэниела, и все мысли о благоразумии, благородстве и стойкости вылетели из его головы — вампир просто поцеловал ее в ответ, вкладывая в этот поцелуй все те чувства, что бушевали у него в душе. Чувства, в которых разум не позволял ему признаться.
— Дэниел, — прошептала Серай долгое время спустя. — У меня снова голова кружится.
Он усмехнулся.
— Ну да, я частенько так на тебя действую.
Атлантийка вымученно улыбнулась в ответ.
— Да. Нет. Кажется…
Глаза Серай закатились, и она упала на Дэниела. Вампир поймал ее и бережно опустил на траву, спешно подложив рюкзак ей под голову. Чертов «Император» собирал свою дань — их время заканчивалось. Серай становилась все слабее и слабее, а Дэниел ничего не мог с этим
Вампир склонился над ней, чтобы вытащить из рюкзака еще одну бутылку воды, и с облегчением убедился, что и пульс, и дыхание любимой были ровными и размеренными. Значит, это ненадолго. Небольшой отдых определенно поможет.
Еще даже не услышав крик, Дэниел ощутил какое-то изменение в воздухе. Кто-то приближался — и приближался быстро. Вампир откатился в сторону и вскочил с кинжалами в руках, готовый защитить Серай от любой опасности, какой бы она ни была, но оказался абсолютно не готов к тому, что увидел.
На них напал атлантиец. Воин с длинной косой голубого цвета. Мужчина, которого Дэниел знал и считал союзником. Вампир успел выкрикнуть имя своего противника — как раз перед тем, как меч, нацеленный в голову ночного странника, описал в воздухе смертельную дугу.
— Джастис! Какого черта ты творишь?
Но тут началась настоящее сражение, и Дэниелу пришлось поберечь дыхание для схватки, потому что по какой-то безумной причине лорд Джастис из Атлантиды решил его убить.
Глава 23
Очнувшись, Серай поначалу решила, что все еще спит: Дэниел сражался с атлантийским воином, изо всех сил старавшимся убить вампира. Внешность данного представителя Атлантиды оказалась классической: высокий, темный и мускулистый. Серай даже сочла бы его красивым, не кидайся незнакомец со своим огромным мечом на мужчину, которого она любила.
Дэниел кинжалами отразил мощный удар, взвился высоко в воздух, пролетел над головой атлантийца и грациозно приземлился за его спиной. Резко выбросив вперед руку, вампир ударил нападавшего, но не лезвием, а рукоятью своего кинжала.
Почему он так странно себя ведет? Отвлекать Дэниела не хотелось, особенно во время боя с таким опасным противником, но узнать, что происходит, просто необходимо. Борясь с головокружением, Серай села, подождав, пока пройдет тошнота.
— Дэниел! Кто это? Почему он напал на нас?
Вампир отпрыгнул в сторону, уворачиваясь от удара устрашающего, острого как бритва меча, но лезвие пропороло-таки рубашку.
— Принцесса, познакомься, — лорд Джастис, бывший атлантиец.
— Бывший? О чем ты, вампир? — переспросил Джастис, оставив попытки проткнуть Дэниела. — Мы не оставили Атлантиду.
— Бывший, потому что скоро ты умрешь, если сейчас же не прекратишь и не объяснишь мне, какого черта на меня напал, — зарычал Дэниел.
Джастис отбросил за спину свою длинную косу, казавшуюся почти синей в лунном свете, и встал в боевую стойку с мечом наготове.
— Возможно, тебе стоило подумать о последствиях, прежде чем нападать на принцессу Атлантиды. Теперь ты поплатишься жизнью за свою самонадеянность, и мы с большим удовольствием станем твоими палачами.
Серай поднялась на ноги, стараясь не обращать внимания на то, что они тряслись. «Если мы с Дэниелом в ближайшее время не найдем «Императора», мне долго не протянуть».