Валькирия
Шрифт:
— После того как пропали эти записи он всё ещё так думает? — скептически поинтересовалась Санъяра.
— Я надеюсь вернуть их ему раньше, чем он заметит пропажу.
— А ведь если бы я не потребовала показать их мне… ты бы вовсе их у него не взял, — Санъяра покачала головой.
— Дай мне шанс, — упрямо произнёс Наран. — Я хочу тебе помочь.
— Что ж… Допустим. Если хочешь помочь — отведи меня туда, — Санъяра внемательно посмотрела на собеседника. — В этот Первый Мир. Я хочу увидеть всё сама.
Наран молчал.
—
— Тогда я не смогу приносить пользу.
— Рано или поздно тебе придётся выбрать, — повторила девушка. — А сейчас я должна сама увидеть те места, о которых мы говорим. Ты обманул меня. Вы, талах-ар, изучили их без нас. Своими путями. Я буду использовать свои.
— Ты ничего не сможешь доказать.
— И всё-таки я хочу. Я не буду просто смотреть, как ты, Наран. Я так не могу.
Наран вздрогнул и резко отодвинулся, в полной мере прочувствовав этот удар.
— Ты считаешь меня слабаком? — тихо спросил он.
— Я ничего не считаю. Талах-ар есть талах ар, вы всегда были слабее нас и всегда боялись нас. У меня нет времени вас попрекать или обвинять. Я должна защитить тех, чей путь находится в моих руках.
— Свою касту.
— Весь свой народ, Наран. Таков принцип храма Свинцовых Волн. Даже если вы не понимаете, что, уничтожая нас, уничтожаете самих себя.
24
— Разве нам не понадобятся представители других двух каст? — спросила Санъяра, когда оба стояли на взлётной площадке перед Кольцом.
Наран лишь помотал головой. С самого разговора в покоях Санъяры он был сосоредоточен и серьёзен, если не сказать мрачен. Санъяра чувствовала, что так должен вести себя человек, который ощущает близость угрозы — или просто делает то, чего ему не хочется.
Однако ответом на вопрос он её всё-таки удостоил:
— В тот раз схема была экспериментальной. Я не знал, что именно мне потребуется, мог только предполагать, что генетический материал. Но проверка могла проходить по любому другому признаку.
— Сейчас вы точно знаете ответ?
На сей раз Наран кивнул.
— Моя схема сработала, и я смог вернуться в наше пространство даже в одиночку. Значит, носители как таковые не требовались. Впрочем, этого следовало ожидать — ведь судья по всему схема была рассчитана на неразделённых крылатых.
— Неразделённых крылатых, — задумчиво повторила валькирия, пытаясь мысленно представить, какими они могли быть. Те картины из записей, найденных Нараном говорили ужасно мало. Она даже не могла с уверенностью сказать, был ли это настоящий, смертельный, или постановочный бой. — Ладно, идём, — резюмировала девушка. — Пока нас кто-нибудь… не застал.
Жестом показав Нарану следовать вперёд она прыгнула в кольцо Потока следом за ним.
Ветер подхватил крылья, поднял её в небо, ударил в лицо. Ткань длинных одеяний
Санъяра почти сразу пожалела о том, что решила идти в многослойных церемониальных одеяниях — прежний кожаный доспех обычного воина был бы куда удобнее. Но менять что-либо было поздно, и решив не останавливаться лишний раз, они с Нараном двинулись в сторону горы, где уже были однажды вместе — а Наран после бывал и без неё.
— В этот не вмешиваемся в дела бескрылых, — предупредила Санъяра.
— Нет, — подтвердил Наран.
— Ты… видел их ещё… с тех пор? — спросила девушка тем не менее.
Наран покачал головой.
— Они не заходят в эти леса. Большинство боится нас больше, чем мы их.
— Трудно представить чтобы эти грубые, агрессивные дикари чего-то боялись.
— Однако так и есть. Они очень беспокоятся за свою жизнь.
Санъяра поразмыслила над сказанным. Даже после ухода Райере вечный сон представлялся ей печальным, но не пугающим концом пути.
— У них нет покоев Веченого Сна, — угадал её мысли Райере. — Они верят, что в конце пути их внутренняя сущность воспарит над бренным телом и отправить на небеса, пировать с богами.
— Красиво, — согласилась Санъяра. — только без крыльев они далеко не улетят.
В этот раз до горного портала добрались гораздо быстрей, без единого привала. Санъяра окинула взглядом обветренные колонны и арку, которая, казалось, ничуть не состарилась за тысячу лет.
— Что дальше? — спросила она.
Наран подошёл к тому же озерцу, возле которого в прошлый раз проводил ритуал. Взял девушку за руку и достав из складок одежды свой прибор капнул в золотистый туман смешанную кровь.
Небо мгновенно затянули плотные красновато-серые тучи, воздух стал жёстким и сухим, от шелеста листвы не осталось и следа.
Санъяра снова огляделась по сторонам, свыкаясь с мыслью, что переместиться из мира в мир можно так легко — даже легче, чем на Потоке долететь от храма до храма.
— Интересно, — задумчиво проговорила она. — Вы не выясняли, это то же место, что и с нашей стороны?
— Географически, кажется, да, — немного рассеяно откликнулся Наран. — Дело в том, что чем выше поднимаешься, тем больше видна разница. Рельеф окрестностей полностью повторяет рисунок наших гор. Но вот дальше… кромка океана выглядит совсем иной.
— Насколько высоко вы забирались?
Наран молча повернулся лицом туда, где горы становились выше и ткнул в самую высокую рукой. Вершина её терялась среди туч.
— И ещё насколько можно взлететь.
Санъяра кивнула.
— А с какой стороны был ваш город? Тот, где нашлись записи?