Валентайн

Киселёва Мария

– Желаю понаблюдать, как ты будешь лечить ей руку.

Он взял стул и поставил его вплотную с креслом, на котором сидела Лилит.

– Здесь не театр. И мы не развлечения. –пробормотала Грейс.

– Я уже залечила, смотреть не на что.

Одри убрала руки и наблюдала, как отец почти скрежещет зубами и уходит. Лилит тут же обернулась к сестрам.

– Здесь призрак, клянусь, вы не видите?

Девушка подскочила и подошла вплотную к тени, хоть и до жути боялась, но сейчас день. Все в свете, да

и не одна она.

Призрак не шелохнулся. Только стал еще четче.

– Ты узнаешь, кто это? –Одри положила руку на плечо сестре.

– Женщина, похожа на нас…очень.

– Или мы на нее. –сглотнула Грейс – Мама? –шмыгнув носом, спросила она.

Тень поднесла призрачный платок к глазам, улыбнулась, закивала головой.

– Да. Перед нами мама. –подтвердила Лилит и сделала еще шаг, пытаясь прикоснуться, но рука не почувствовала ничего, кроме едва заметного холода.

Леди Валентайн приложила свою руку к стене и поманила другой Лилит.

– Мне надо сделать так же? –сообразила она.

Одри и Грейс не понимали, что происходит. Когда средняя из сестер положила руку на тканевые обои, обернулась, то в комнате были совершенно другие люди.

Девушка, так похожая на саму Лилит, в которой она узнала молодую маму и женщину в возрасте, умершую от тифа больше пяти лет назад, бабушку.

– Даже не думайте, матушка! Я не прикоснусь к этому человеку! –ходила из стороны в сторону девушка, размахивая руками.

– Он прекрасная партия. Ты видела земли? А его лорда? Он так добр, что берет меньше десятой части заработанного, хоть это и немало, если посмотреть.

– Вы слышали, что о нем говорят! Вы видели его. –девушка бросилась в ноги к своей матери – Прошу, не заставляйте меня. Я смогу очаровать даже лорда. Лишь бы не Георг!

– Довольно. Встань! –голос бабушки Лилит стал похож на сталь – Хотела бы узнать твоего мнения –спросила. А так я заявляю. Послезавтра будет помолвка. Нагрубишь своему жениху, попробуешь сбежать –пеняй на себя, плаксивая девчонка.

Лилит завороженно наблюдала за происходящим. Вдруг, девушка своими заплаканными глазами посмотрела прямо на нее.

– Не доверяй ему. Ни…ей. –неожиданно в гостиную зашла Елиз. Она почти не изменилась.

– Леди, стоит готовиться к празднику. Последняя примерка платья состоится через десять минут. Вас нужно привести в порядок.

Ее почти волокли в коридор, но будущая мама тройняшек все время говорила губами: «не верь».

Лилит зажмурилась и открыла глаза. Уши заложило. Она пересказала то, что видела Грейс и Одри.

– Отец точно знает больше, чем говорит. Но спрашивать его о твоем даре сейчас –глупо.

– Ты веришь мертвой больше, чем живому? –спросила Лилит.

– Не знаю. Но…мне не нравится отец.

– Знаете кому я доверяю еще, кроме вас? –задала вопрос Грейс, и сама же на него

ответила: – Дяде Бруту. Он будет здесь уже завтра. Вот от него и узнаем правду.

На том и остановились, но все равно девочки строили догадки.

– Наверно, сила проснулась после пары удавшихся алхимических формул.

– Как катализатор? Почему же тогда я ничего не умею? –младшая не была особо этим расстроена.

– Чары –нечто непредсказуемое. Не торопись, сестренка. Лучше займись тем, что у тебя выходит лучшего всего –правь Валентайном.

Одри была совершенно права. Ведь на каждом документе были пометки и росписи исключительно Грейс и нанятого ею помощника.

– Пообедайте без меня. Не хочу наблюдать за твоими нежностями с князем. –фыркнула она.

– Прекрати ревновать! –Лилит уже удалилась в свои покои.

– Я не ревную. –упрямо сказала Грейс – Просто…когда уедешь не забывай, что мы существуем, ладно? –только сказано это было так, будто Одри их уже оставляла одних по собственному желанию.

Старшая Валентайн промолчала и отправилась к князю.

– Она смешна, не правда ли? –сидели они вместе на диване и читали письма из Приморья.

– Ты все еще думаешь о сестре? –уткнулся носом в макушку Одри Фестер.

– Конечно. Я всегда буду о них думать.

– Тогда скажи это им, а не мне. Грейс –ребенок, которому ты заменила мать. А дети, даже самые самостоятельные, не хотят отрываться от опоры, которую имели всю жизнь.

– Она не ребенок. –со вздохом возросла Одри, забираясь повыше и устраиваясь удобнее – Ребенок бы не смог обхитрить герцога, нравиться всем гражданам Валентайна и видеть людей на сквозь.

– В любом случае, вы не всегда будете под боком друг у друга.

Князь был прав, говорил терпеливо и нараспев, так, что хотелось продолжать слушать его голос. Девушка прикрыла глаза, тогда ее лицо мягко повернули за подбородок и поцеловали в уголок губ.

– Какой стыд! Какой позор!

И Одри, и Фестер тут же вскочили и оторвались друг от друга, когда увидели в дверях Елиз.

– Одри Валентайн! Вы совершенно бесконтрольны и избалованны. –начала при князе отчитывать девушку учительница, а затем взяла ее за руку – Мы сейчас же идем к вашему отцу.

– Я, пожалуй, схожу с вами. –поправил одним движением камзол Фестер и пошел за открывшей было рот в возражении Елиз.

Одри знала, зачем мужчина идет с ними и даже предвкушала, как она победно взглянет на учительницу, но…

– Нет! Ни в коем случае, ни при каких обстоятельствах я не дам согласие. –говорил отец, убрав книгу обратно.

Они были в библиотеке.

– Лорд, скажите, что вас не устраивает во мне, как в будущем супруге вашей дочери.

Одри стояла, замерев. И видела, как Фестер начинает злиться, но не показывает этого.