Ва-банк
Шрифт:
— Это то, что большинство людей делают каждое утро. Дождя не было, и день выдался замечательный для небольшой прогулки, — она снова вскинула руки вверх. — Я бегала на беговой дорожке и захотела купить мокко с белым шоколадом. Это что, такое преступление? Я же не залезла в башню и не украла драгоценную корону или еще что-то.
Я закатил глаза.
— Детка, ты хоть представляешь, каково было мне этим утром, когда я не нашел тебя? Ни сообщения, ни записки, ничего!
Она откинула голову назад на сидение и уставилась вверх.
— Да поможет мне Господь Бог! Я оставила тебе записку!
Обычное, нормально утро, которое я никогда бы в своей жизни не захотел повторить, большое спасибо!
— Я не видел твою записку! Я позвонил тебе и наткнулся на голосовую почту! Почему ты не ответила, если ты просто стояла в очереди за кофе? — я вышел из машины и рывком открыл ей дверцу. Я хотел вернуть ее в квартиру и остаться наедине. Находится на публике — полный отстой.
Она покачала головой и вышла из автомобиля.
— Я говорила со своей тетей Мари.
Я ударил по кнопке вызова лифта.
— В такую рань? — я направил ее в лифт и завел в угол, удерживая руками ее ловушке, где я мог получить немного больше влияния над ней. Она была абсолютно бесконтрольна в данный момент. Звук закрывающейся двери был самым желанным звуком, который я услышал в последние минуты.
— Тетя Мари — ранняя пташка, и она знает, что я по утрам бегаю, — Брианна посмотрела на мой рот, и ее глаза заметались по сторонам, когда она прочла меня. Мне было жаль, что я не мог знать, о чем она сейчас думает. Что сейчас у нее на сердце. Я был очень близок к ее телу, но не стал прижиматься. Я просто хотел осознать тот факт, что я привез ее в целости и сохранности.
— Не делай этого вновь, Брианна. Я серьезно. Времена прогулок в одиночестве уже закончились.
Двери лифта открылись, и она обогнула меня, чтобы выйти. Я последовал за ней по коридору и открыл дверь своей квартиры. Ее глаза пылали и блестели. Она была очень, очень зла и так красива, что я стал твердым, как камень.
— Так что, я даже не могу спуститься за кофе в «Яву»? — потребовала она.
— Не совсем. Ты не должна выходить одна и, тем более, никого не предупредив! — я раздраженно покачал головой, бросил вниз ключи и схватился за голову. — Почему это правило так чертовски трудно принять?
Она посмотрела на меня как-то странно, будто пыталась понять меня.
— Почему ты так зол, Итан? Поход за кофе среди бела дня, где полно людей, это не так уж и рискованно, — она снова сложила руки под грудью.
— Все, что я мог подумать, так это то, что ты снова бросила меня и ушла к себе домой.
Правда иногда бывает зла. Неужели я сказал это вслух?
— Итан! Я бы так не поступила, — она пристально смотрела на меня. — Почему ты думаешь, что я так сделаю?
— Потому что ты уже так делала! — заорал я.
И вновь эта злая, ублюдочная
— Да пошел ты! — прошипела она, ее волосы разметались, когда она развернулась и убежала в спальню, захлопнув за собой дверь.
Черт возьми, она так нуждалась в хорошей порке. Я смог представить несколько вещей, которые заставили бы ее замолчать. После прошлой ночи она должна была проснуться ласковой и милой, как сонный котенок. Но не тут то было. Я был в ярости, в моих руках находилась свирепая кошка.
Я вспомнил, что оставил кофе, который она купила, внизу, в машине, в держателе для напитков. К черту этот проклятый кофе, мне нужна бутылка «Ван Гога» и полпачки сигарет.
А еще мне нужно было в душ, а затем объяснить кое-что моей непонятливой женщине. Боже, она была такой непредсказуемой в этой ситуации. Но сперва в душ, а уж потом я смогу усадить ее и попытаться прийти к логическому заключению. Я прошел в ванную через заднюю дверь, а не через спальню, потому что представил, как она там собирается на работу, и подумал, что некоторое личное пространство она оценит по достоинству, учитывая, что она и так сказала мне убираться. Я сбросил обувь и рубашку и вошел в ванную.
Когда я увидел ее, у меня чуть глаза из орбит не вылезли. Брианна стояла там, полуобнаженная, в каком-то чертовски сексуальном нижнем белье, делала макияж, прическу или что-то в этом роде.
Она повернулась и увидела меня, ее взгляд говорил, что она все еще сердита.
— Я нашла записку, которую я тебе оставила, — она горделиво подняла листок бумаги. — Она была под простынями, — она ухмыльнулась, позволила бумаге упасть и повернулась к зеркалу, выставляя свой великолепный зад в роскошных, черных, кружевных трусиках, мои глаза чуть было не ослепли.
Я задумался о ее заднице и о прошлой ночи. О том, что мы сделали и чего не сделали...
Ее глаза поймали мой взгляд в зеркале непосредственно перед тем, как она посмотрела вниз, ее грудь покраснела в этом черном кружевном лифчике, к которому я безумно ревновал.
Вот это моя девочка.
Она тоже вспоминала это. Некоторые вещи сейчас были испорчены между нами, но по части секса мы были солидарны.
— Мы даже не приблизились к концу разговора о том, как организовать твою безопасность, — Я подошел к ней сзади, подняв руку к ее волосам и схватив их в пригоршню. Она глубоко вздохнула и схлестнулась со мной взглядом в зеркальном отражении. — И у тебя сейчас большие проблемы, — я потянул ее голову в сторону и обнажил шею так, чтобы получить к ней прямой доступ.
— А-а, — выдавила она, тяжело дыша. — Что ты делаешь?
Я набросился на ее шею и заскользил губами вверх по изящному изгибу, покусывая кожу зубами. Укуса было достаточно, чтобы извлечь из нее кое-какие звуки. Она так приятно пахла, а ее аромат дурманил меня до такой степени, что я не собирался себя долго сдерживать.
— Не я. Говорить будешь только ты. Скажи, что мне сделать, детка. С чего начать? — я удерживал одной рукой ее волосы, а другую поднес к ее плоскому животику и раскрыл пальцы, сильно прижимая, пока не опустил руку под тонкое кружево.