Ва-банк
Шрифт:
Она отняла у меня полотенце, сексуально ухмыляясь, и воспользовалась им, чтобы обернуть всю эту восхитительную наготу в пушистый бежевый хлопок. Чертовски обидно. Она ушла в спальню, и я услышал, как открывались и закрывались ящики. Мне нравилось улавливать звуки ее передвижений по спальне и подготовки ко сну. Я вытащил для себя полотенце и начал вытираться, безмерно благодаря бога за то, что этим вечером она заснет в моих объятьях.
Глава 6
Я открыл
Необходимость. Теперь мне многое необходимо. И эти потребности могла удовлетворить только Брианна, что меня ужасно пугало. Всего месяц назад я и представить себе не мог, что испытаю такие чувства к какой-либо женщине, а сейчас даже жизнь свою без нее не представляю. Боюсь, время в разлуке изменило меня навсегда.
Я глубоко вздохнул и замер. От простыни исходил слабый запах секса, но в основном, это был ее чистый, цветочный аромат, который вводил меня в состояние опьянения. Этот аромат дурманил меня так же, как и в первую ночь нашей встречи. От нее пахло так хорошо, что не хотелось оставлять ее одну в постели, но я осторожно встал и натянул на себя первые попавшиеся штаны и футболку.
Я пересек главную комнату и по коридору направился в свой кабинет, оставив дверь спальни приоткрытой на тот случай, если Брианне приснится кошмар. Мне необходимо было покурить и поговорить с ее отцом.
— Том Беннет, — его четкий американский акцент на другом конце трубки напомнил мне о том, как далеко Брианна находилась от своей семьи, хотя, должен признать, мне нравилось, что теперь она считала Лондон своим домом.
— Это Итан, — я глубоко затянулся от своей сигареты.
После секундного затишья посыпались вопросы:
— Брианна в порядке? Что случилось? Где она?
— Ничего не случилось, Том. Она сейчас спит в полной безопасности, — я снова затянулся.
— Ты с ней? Подожди. Она сейчас у тебя? — пока Том Беннет размышлял над тем, что именно я делал с его дочерью, тишина в трубке стала слишком напряженной и зловещей. — Получается, вы во всем разобрались. Слушай, я сожалею о том звонке…
— Сожалешь? — прервал я его. — Да, Брианна сейчас со мной, и я намерен держать ее как можно ближе к себе, Том, — я затушил свой «Джарум» и решил, что не зажгу новую сигарету, пока не завершу разговор. — Просто, чтоб ты знал, я не собираюсь извиняться за то, что встречаюсь с ней. Ты все это заварил. Я простой парень, который влюбился в прекрасную, милую девушку. Теперь уже ничего не изменишь, не так ли?
Том издал звук, выказывающий его раздражение. Мне следовало отдать ему должное за то, что он не взорвался, но, скорее всего, он все еще был на пределе.
— Послушай, Итан... Я только хочу, чтобы она была в безопасности. Брианне самой решать, с кем она хочет встречаться. Я просто хочу, чтобы эти ублюдки держались от нее
— Я знаю. Она мне вечером обо всем рассказала. И мне тоже нужно тебе кое-что сказать.
— Начинай, — нетерпеливо произнес Том.
— Во-первых, я хочу поблагодарить тебя за то, что прислушался к интуиции в тот день и, придя домой пообедать, проверил, все ли с ней в порядке. А во-вторых, я хочу тебя кое о чем спросить, — я выдержал эффектную паузу. — О чем, нахрен, ты думал, утаив от меня то, что на самом деле произошло с твоей дочерью? Знание — сила, Том. Как, черт возьми, я могу ее защитить, не зная, что они с ней сделали? Брианна описала мне не просто нескромное секс-видео, о котором ты упомянул; это было изнасилование семнадцатилетней девушки, которое организовали трое совершеннолетних парней.
— Я знаю это, — обреченно произнес он. — Я не хочу потерять ее доверие и раскрывать подробности тебе или кому-либо еще. Это ее история, и ей решать, что рассказывать.
К черту. Я зажег вторую сигарету.
— Ты упустил ту часть, в которой говорится о стипендии в Лондонский университет, предоставленной сенатором. Он на протяжении многих лет точно знает, где она находится.
— Я все понимаю, но я лишь хотел увезти ее как можно дальше от этих людей, насколько это возможно! — проскрежетал он в ответ. — Я знаю, эта ситуация потенциально опасна и оставляет мою дочь в худшем положении! Теперь понимаешь, почему ты мне нужен? Все это могло постепенно забыться, если бы не та авиакатастрофа. Кто мог подумать, что Оукли станет следующим вице-президентом!
Я громко вздохнул.
— Я работаю над сенатором, но до сих пор не обнаружил никакой просочившейся грязи, способной его обличить. Я знаю, у него проблемный сынок, но черная книга сенатора Оукли чиста и опрятна.
— Ну, я ему не доверяю. К тому же, один из этих гребаных дегенератов мертв! Сенатор отчаянно стремится похоронить эту историю, и сейчас моя дочь по уши во всем этом дерьме! Это недопустимо!
— Ты прав, и я присматриваю за ними, поверь. У меня имеются кое-какие контакты в спецназе, так что удастся заглянуть в военные документы сенаторского отпрыска. Если там что-нибудь есть, я это найду. Вопрос к тебе. Брианна сказала, что единственный человек, которого можно распознать на видео — она сама. Она сказала, что другие не попали в кадр, а их голоса заглушила песня…
— Я… я смотрел видео. Я видел, что они сделали с моей девочкой ... — мужчина, произнесший это, был сломлен.
Я закрыл глаза и пожелал, чтобы эти образы просто исчезли. Я не мог представить себя на его месте, увидеть такую гнусность и не попытаться убить тех, кто причинил ей боль. Том Беннет, на мой взгляд, заслуживал похвалу за то, что не стал убийцей.
Я откашлялся, чтобы продолжить разговор.
— Тебе следует знать еще кое о чем.
— О чем же?
— Она теперь под моей ответственностью. Я принимаю решения и свяжусь с людьми Оукли, когда и если придет время. Брианна уже взрослая, и мы вместе. Если ты беспокоишься о моих мотивах, то я не буду их от тебя скрывать. Я люблю ее, Том. Я сделаю все возможное, чтобы обеспечить ее безопасность и благополучие, — я сделал последнюю затяжку, пока до него доходил смысл моих слов.