Ва-банк!
Шрифт:
– Если его поймают, заплатите мне вдвое больше.
Уайли слишком нагрузился, чтобы хорошенько обдумать это предложение. Обычно Валентайн не пытался воспользоваться преимуществом над пьяными, но этот поселил его в самый скверный номер. Будучи католиком, он верил в расплату за грехи – и чем раньше, тем лучше.
– Договорились! – невнятно произнес питбосс.
7
Ближе к вечеру Нолу выпустили под залог, который внесла ее лучшая подруга Шерри Соломон. Шерри была родом из Южной Калифорнии, обладала белокурыми волосами, хорошеньким личиком и
– Брат моего бывшего парня как раз занимается залогами, – объясняла она, пока давала три доллара на чай парню с автостоянки. – Сол Кац. Да ты его рекламу наверняка по всему городу видела! Эту вот: «Не рыдай – скорее Сола призывай!» Я за тебя поручилась – сказала, что ты не скроешься, что ты девушка порядочная.
– Спасибо, Шерри. – И Нола в очередной раз вытерла слезы.
– Да не реви! Все у тебя будет в порядке.
Порывшись в бардачке, Нола вытащила бумажный платок и громко высморкалась.
– Я шесть часов провела в камере прикованная наручниками к стулу. Ты знаешь, каково это? Все мужики, которые заходили, пялились на меня, словно я их собственность. Да я себя сейчас чувствую каким-то куском мяса!
Десять минут спустя Шерри зарулила на стоянку возле «Джамбо Бургер» и сделала обычный заказ – большую хрустящую картошку и диетический апельсиновый напиток. Набив рот картошкой и снова выехав на шоссе, Шерри спросила:
– А у Рауля проблемы, да?
Нола с силой проткнула крышку стакана соломинкой:
– Похоже, что так.
– Я попросила Сола внести залог и за него…
Нола горько рассмеялась:
– А он ответил что-то вроде: «За какого-то мокроспинника? [16] Детка, ты в своем уме?»
– Ну, не совсем… И что ты так на всех кидаешься?
Нола втянула лимонад, а потом со злобой в голосе произнесла:
– По-моему, ты не врубаешься! Это я в полной заднице, дорогая моя! Рауля вышлют, но он хотя бы домой поедет. А мой дом – здесь, в Вегасе. Ник ни за что не примет меня обратно, а если они решат, что я виновна, то и в тюрьму упекут.
16
Мокроспинники – уничижительное прозвище нелегальных иммигрантов из Мексики.
– Ты собираешься нанимать адвоката?
– А на что, интересно? – осведомилась Нола. – Дом мой ни шиша не стоит, у меня есть акции казино, но я не имею права их продавать. – Нола опустила голову и с трудом справилась с очередной волной слез. – Черт побери, я понятия не имею, что делать.
Шерри свернула к Лужкам, миновала пустовавшую будку охраны. Одинаковые домишки, состоявшие из гостиной и двух спален, выстроились аккуратным рядком. Из-за остроконечных крыш на фоне оранжевой пустыни они походили на индейские вигвамы. Иногда они выглядели просто как на картинке, иногда – уродливо, все зависело от настроения. Перед ними
– В казино ходят всякие слухи.
Нола подняла голову. В глазах мелькнуло беспокойство.
– Уайли сказал одному дилеру, будто у Сэмми Манна есть видеозапись того, как вы с Фонтэйном разговариваете на автостоянке возле казино.
– На автостоянке?
Шерри кивнула. Она ехала вдоль ряда, в котором находился и дом Нолы. На подъездных дорожках стояли одинаковые японские машины.
– Ник везде установил камеры, даже снаружи.
Нола сидела очень прямо, сжав губы. Теперь лицо ее было напряженным, взгляд – непроницаемым.
– И когда же этот предполагаемый разговор между мной и Фонтэйном состоялся?
– Три дня назад, когда мы выходили со смены.
Нола громко выругалась.
– Ты о чем? – забеспокоилась Шерри.
– Это означает: «Ну и что?» – и Нола сжала кулаки. – Ради Бога, каждый день я на работе с сотнями людей разговариваю!
– Но у Сэмми Манна есть запись.
– Ну и что? – повторила Нола, закипая. – Вон, в «Инкуайерер» [17] постоянно печатают фото всяких знаменитостей, которые стоят рядом с преступниками. Это же не значит, что они сами преступники!
17
«Нэшнл Инкуайерер» – еженедельный журнал, специализируется на публикации сенсационных новостей для неискушенного обывателя.
– По словам Уайли, ты сделала это все нарочно, чтобы отомстить Нику за то, что он сделал с тобой десять лет назад. Будто ты его ненавидишь.
– «Йе-йе-йе», – пропела Нола, прекрасно спародировав знаменитый Ников припев.
– Это правда?
– Что я ненавижу Ника? Да не больше всех остальных, кто на него работает.
– А еще Уайли говорит, что с Фонтэйном ты была слишком уж любезной.
– Фонтэйн очень приятный малый. А разве не предполагается, что именно такие и должны нам нравиться?
– Ты с ним где-нибудь встречалась? В баре или еще где-нибудь?
– Ради Бога, Шерри! Я этого парня совсем не знаю! – Нола уже почти кричала. – Я его никогда раньше не видела – Богом клянусь, что не вру!
Шерри въехала на дорожку, ведущую к дверям Нолы, и заглушила двигатель.
– Сэмми и Уайли всех в казино тормошат. Расспрашивают и расспрашивают.
– А ты что им рассказала? – саркастически осведомилась Нола.
– Я сказала, что ты самый порядочный дилер в заведении.
– Спасибо за поддержку.
Шерри положила руку на коленку подруги и ободряюще сжала: как-то раз, ненастной пятничной ночью, когда во всем Лас-Вегасе для них не нашлось ни одного пристойного мужика, они занялись любовью друг с дружкой. Этот эксперимент хоть и не получил продолжения, однако значительно сблизил их эмоционально.
– Ведь ты бы рассказала мне, если б знала этого парня, правда? – мягко спросила Шерри.
– Кажется, ты ревнуешь? – поддразнила Нола.
– Да прекрати. Просто стараюсь тебе помочь.
– Уж тебе бы я точно рассказала, – продолжала Нола. – Ты же знаешь, секреты у меня не держатся. Так что, когда в следующий раз Уайли станет тебя пытать, скажи ему правду. Я с Фонтэйном незнакома.