В здоровом теле...
Шрифт:
— Разумеется, — подтвердил Ипполит, и патриций с облегчением вздохнул, устыдившись своего гнусного подозрения.
— Но у него была борода. Короткая такая, клинышком, — вспомнил хранитель. — Когда Богиня явится снова, мы попросим у нее разрешения носить бороду и нам.
— Увы, Исида больше никогда не явится. Она сама мне об этом сообщила, — с искренним сожалением сказал Ипполит. — Но я буду служить ей вечно, с величайшей преданностью!
— Уверен, ваша Богиня сумеет вас вознаградить, вскоре даровав все милости, о
— Она уже это сделала, сенатор! — ответил тот, и глаза его сияли от радости. — У меня наконец-то будет наследник!
Вскоре после этого Аврелий, под предлогом прощания с гостями, ворвался в покои для прислуги с плетью в руке.
— Кастор! — прогремел он.
— Я здесь, господин!
Сенатор с удивлением его оглядел: коротко и аккуратно подстриженные волосы были на месте. Возможно, он крупно ошибся…
Лишь когда слуга собрался уходить, Аврелий заметил на его затылке какие-то липкие следы.
— Что ты нацепил себе на голову, чтобы притвориться лысым, Кастор? — спросил он, нетерпеливо постукивая ногой по полу.
— Мочевой пузырь телки, господин. Немного клейкой пасты, и он идеально прилипает к коже. К сожалению, бороду замаскировать не удалось, — признал тот, даже не пытаясь оправдаться.
— Ты немедленно вернешь украденное! — приказал ему хозяин.
— Раз уж ты приказываешь… эй, а тебе не кажется, что слышен какой-то странный шум? Тонкое, едва уловимое шипение… похоже на змею!
— Боги Тартара, священная кобра! — похолодел Аврелий, отпрыгнув назад.
— Прячься, господин, я тебя защищу! — героически выставил себя вперед секретарь, выталкивая патриция за дверь.
Аврелий, ошеломленный столь неожиданным жестом великодушного слуги, даже не успел среагировать.
Послышалась какая-то возня, и через несколько мгновений Кастор появился из комнаты целый и невредимый, с таким же триумфальным видом, какой, должно быть, был у новорожденного Геркулеса после битвы с двумя змеями, напавшими на него в колыбели.
— Ах, если бы не я… но теперь все в порядке, господин. Я поймал эту тварь и запер ее там, — сказал секретарь, указывая на плетеную корзину. — К счастью, я с детства отлично управляюсь со змеями. В Египте я их даже разводил… Но мы говорили о тех жалких грошах, что мне дали в храме. Ты уверен, что вернуть их — лучшее решение?
— А то как же? — удивился хозяин.
— Во-первых, с моральной точки зрения, мой поступок нельзя считать мошенничеством. Ведь благодаря искусному расследованию, которое я провел в Капуе, последователи Исиды получат в свои руки флот Вибия, и справедливо, чтобы небольшая часть прибыли досталась и мне. Во-вторых, твоя щепетильность в вопросах честности горько разочарует бедного Ипполита, разрушив его прекрасную мечту. Он убежден, что его рукоположил сам верховный жрец. Представь, как он огорчится, если узнает, что на
«Люди вроде Ипполита, — подумал Аврелий, — это просто-напросто подстрекательство к преступлению для всяких хитрецов». Возможно, Кастор был не так уж и неправ, желая оставить все как есть…
— В-третьих, где ты найдешь в себе смелость наказать верного слугу, который только что спас тебе жизнь, рискуя своей? — добавил Кастор в качестве решающего аргумента.
Аврелий скривил губы. Великодушный жест секретаря был уж слишком своевременным. Не колеблясь, он направился к корзине с коброй.
— Осторожно, господин, она очень опасна! — предостерег его секретарь, оттаскивая назад.
Но патриций уже сбил плетью крышку с корзины, в которой обнаружился безобидный водяной уж.
— И это ядовитая змея! Ты устроил этот спектакль, думая меня обмануть, да? — воскликнул Аврелий, замахиваясь штаффилем.
Видя, что его разоблачили, Кастор поднял руки над головой, чтобы защититься от заслуженного наказания, но в этот самый миг уж извернулся и вцепился ему в правую ногу.
— Ради всего святого, сними его с меня, господин! Я до смерти боюсь змей! — завопил он, а Аврелий, уронив плеть, расхохотался.
Кастор поспешил этим воспользоваться и исчез в фауциях, все еще в компании ужа, который и не думал разжимать хватку. Патриций даже не попытался его остановить. У него были дела поважнее, чем гоняться за этим плутом. Не каждый день встречаешься с Богиней лицом к лицу, и он должен был воспользоваться этой необычной возможностью…
Женщина, облокотившись на балюстраду, выходившую на порт, с блаженной улыбкой смотрела на море.
— Хвала Исиде белорукой, что исцеляет немощных и дарует дитя бесплодным… — тихо сказал ей Аврелий, бесшумно подойдя сзади.
Фабиана вздрогнула.
— Однако иногда даже Бессмертным требуется небольшая помощь. А для красивой женщины, привыкшей прятаться под строгими и скромными одеждами, не так уж и сложно занять место Богини в ложе верующих.
Женщина не стала отрицать.
— Я хотела ребенка. Дамас не мог мне его дать.
— Идея пришла тебе в голову, когда ты узнала об обмане жены претора, верно? Должен сказать, что при всей твоей кажущейся скромности, ты была очень убедительна в роли сладострастной Богини!
Фабиана покраснела и поджала губы.
— Здесь нечего стыдиться. Когда хороший актер играет, он часто становится единым целым со своим персонажем, — с ироничной снисходительностью утешил ее Аврелий.
— Ты скажешь Дамасу? — спросила она дрожащим голосом.
Патриций улыбнулся. Доводы Кастора о неуместности честности любой ценой его убедили.
— Зачем? — ответил он Фабиане. — Ты поступила мудро, осчастливив троих: себя, своего мужа и Ипполита. И если бы я только чуть раньше понял, в чем дело, то и мне бы от этого кое-что перепало…