В западне

Харри Джейн

Норман вздохнул.

– И очень жаль. Это было бы слишком хорошо, чтобы оказаться правдой! Малышка, не могла бы ты поторопиться и исполнить два моих самых горячих желания?

Шери подняла светлые брови.

– Каких на сей раз?

– Во-первых, я хочу ввести тебя в церковь под звуки свадебного гимна и вручить хорошему человеку, который позаботится о тебе, когда я тебя покину…

– Ты собрался в кругосветное путешествие? – с невинным видом поинтересовалась Шери.

– Ты прекрасно поняла, что я имею в виду, – нахмурился Норман. –

В конце концов мне за семьдесят.

Шери поспешно сменила тему разговора:

– А второе желание?

Дед взглянул на нее мечтательно.

– Хотел бы я взглянуть на Мэри, когда она узнает, что готовится стать бабушкой! Шери укоризненно покачала головой.

– Какой ты злой, дедушка. Ты же знаешь, что бедная мама скрывает свой возраст от подруг из туристического клуба… Но, вообще-то, она справится. Просто скажет, что вышла замуж в двенадцать лет.

– Да, пожалуй, – хмыкнул Норман. – Но речь о тебе, а не о ней. Не появился ли кто-нибудь на твоем горизонте? Я очень надеюсь, что ты поладишь с Эндрю. Когда вы договорились встретиться снова?

Шери сделала вид, что изучает лежащую перед ней рукопись.

– Никогда, дедушка.

– Я так и предполагал… Что же он натворил?

– Да ничего. Просто у нас мало общего.

– Понятно.

Несколько секунд Норман молчал, подписывая чеки. Потом поднял голову.

– А ты уверена, что знаешь, чего хочешь? Я имею в виду – хочешь от мужчины?

– Да… По крайней мере, раньше знала. А теперь куда лучше понимаю, чего я не хочу.

– И чего же?

О, глаз, похожих цветом на летнее небо, лица, как у Роберта Брюса, и усмешки, говорящей, что ее обладатель слишком много знает о женщинах и обо всем мире…

– Дедушка, это длиннющий список. А я хотела уйти пораньше, чтобы успеть заскочить в супермаркет. Дома нет ни крошки еды.

– Тогда оставайся у меня!

– Дедушка, я и так у тебя жила все выходные!

– Ну да, – кивнул Норман. – И я все недоумеваю почему.

– Как это – почему? Из родственных чувств. – Шери так порывисто вскочила из-за машинки, что ее полосатая юбка раздулась колоколом.

– Обычно, когда ты так себя ведешь, я знаю, что ты хочешь мне что-то рассказать. – Норман хитро прищурился. – Что-то особенное, но не решаешься.

– На этот раз ты ошибся, – весело сказала девушка, целуя деда в щеку. – Спасибо тебе, я побежала. До завтра!

Мне никогда не удавалось провести деда, думала Шери, сбегая по ступенькам. Он слишком проницателен и слишком хорошо меня знает.

В субботу она и в самом деле забежала домой только на минутку, схватила кое-что и поспешила в особняк Макдугалов, как средневековая принцесса, ищущая, где бы скрыться от преследования.

И все потому, что Парис Вилье знает ее имя. Это же паранойя, убеждала она себя, направляясь в супермаркет. Наверное, он спросил у кого-нибудь на балу, как меня зовут. Та же Дженни с радостью снабдила бы кого угодно подобной информацией.

Однако он сказал «до

скорого свидания» и еще что-то про то, что Бог троицу любит. Значит, собирается искать новых встреч с ней? Или просто дразнил ее, видя, насколько девушке неприятно его общество?

Есть мужчины, которым доставляет удовольствие добиваться женщины. И Шери казалось, что Парис Вилье из их числа.

В супермаркете она постаралась выкинуть его из головы и сосредоточиться на покупках.

Шери шла между рядами полок, заваленных продуктами, размышляя, что выбрать, когда ее тележка неожиданно с грохотом врезалась в тележку другого покупателя.

– Ох, извините! – воскликнула она, дергая неуклюжее металлическое сооружение на себя, и только тут заметила, с кем столкнулась. – Опять вы, – выдохнула Шери, мгновенно краснея. – Что вы здесь, черт побери, делаете?

– Покупаю продукты, как и вы, – улыбнулся Парис Вилье, как ни в чем не бывало. Действительно, в его тележке лежало несколько свертков.

– Но почему именно в этом супермаркете? Или опять случайное совпадение?

– Я же вам говорил, что Бог троицу любит. Он выглядел необыкновенно привлекательно в джинсах и в широкой клетчатой рубашке с засученными рукавами. А его улыбка заставляла Шери трепетать.

– Понятно. – Она перевела дыхание. – Вы преследуете меня, так? Я не знаю, каковы законы у вас на родине, но здесь, в Великобритании…

– Эй, успокойтесь, – перебил Парис. – Если я вас преследую, то зачем бы мне приходить сюда раньше вас? Скорее уж вы охотитесь за мной.

– Но я уверена, что вы никогда раньше не бывали в этом магазине…

– Иначе вы бы запомнили? – Парис усмехнулся. – Я польщен.

– Я не собиралась вам льстить.

– Хорошо, я вам верю. Даже готов все объяснить. Я пришел в этот магазин, потому что это удобно: я живу неподалеку, за углом.

– С каких пор?

Парис бросил взгляд на часы.

– Уже часа три.

– Еще в субботу вы жили где-то еще. Не верю, что можно так быстро переехать.

– Все возможно, если быть настойчивым. Глаза молодого человека загадочно поблескивали. Он окинул взглядом ее фигуру, задержавшись на груди, чуть проступающей под деловой блузкой. Затем снова посмотрел Шери в лицо.

– Я помню вас на балу, в голубом вечернем платье, потом – в джинсах, после бассейна. И вот теперь вы в образе строгой секретарши.

– Я и есть секретарша, так что ничего удивительного. А теперь, если позволите, я бы хотела расцепить наши тележки.

Но Парис не двинулся с места.

– Должно быть, вы очень серьезно относитесь к своим обязанностям.

– Так и есть. Я люблю мою работу.

– Странно, – промурлыкал он. – Я полагал, что современные боссы предпочитают более… сексуальный стиль одежды для секретарш.

– Мой босс – человек старой закалки. И мне это нравится. А теперь позвольте пройти.

Парис слегка наклонился вперед, обдавая Шери терпковатым ароматом одеколона.