В тени от битвы
Шрифт:
– Не имеем права, - ответил Страж Увлер.
– Между нами сотрудничество, Тия. Мы не можем допустить непонимания… Все вопросы мы должны обсуждать вместе… И всё то, что касается тебя, Клинок и тераики тоже должны будут обсудить. А тебе лучше при этом присутствовать… На всякий случай.
– Я буду с Сати!
– воскликнула Тия торопливо, накидывая на плечи подарок Катаро.
– А в этом никто не сомневается, - пробормотал тераик Лимас.
– Одевайтесь быстрее, и поторопимся.
Гаранд ободряюще кивнул Сати, замершему в напряжении
Сати тяжело вздохнул и опустил голову, но быстро справился с собой. Ему было тесно дышать в этой стянутой на груди рубашке, но он хорошо понимал, что дело на самом деле не в ней. Когда вошли тераики, как всегда, процессией, соответствующей всем их традициям, Клинок поклонился, но уже не так низко. Непонятливость и упорство такейцев его немного раздражало. Он уже сказал им, что Сати находится под защитой Цитадели. Этот его указ был специально направлен в Такею.
Ни Лимас, ни Тия, ни также Сати не торопились оказывать вошедшим тераикам знаки уважения. Только Сати побледнел, заметив четверых Приносящих Жертву позади процессии. Слишком свежи были воспоминания.
Во главе шёл не Чувствующий, а Изгоняющий. Это сразу сказало Клинку о многом. Значит, они прибыли не обсуждать, а - делать или не делать. Изгоняющий не был молод, но ещё не стар. Языки пламени яркими пятнами выделялись на его тёмной рубашке, не застёгнутой, а лишь подхваченной широким поясом, за который был заткнут кривой ритуальный нож. Можно было с уверенностью сказать, что ему не пришлось ещё провести ни одного обряда Изгнания, однако он уже был мастером. Это несомненно - лучшие Учителя Такеи обучают Изгоняющих. Их мастерство даже более важно, чем мастерство Карателей или Убийц. Они не уничтожают слуг Ночи, а возвращают их к Свету… По крайней мере, так считается среди тераиков.
Взгляды двух Убийц, сопровождавших Изгоняющего, не были направлены на кого-то, подобно Приносящим Жертву, они смотрели в пустоту, но у них на лицах не было блаженства, только напряжение и готовность. Сати невольно ощутил желание броситься прочь, и с трудом сдержался.
– Я вижу, что вы пришли не разговаривать со мной, а выполнять своё предназначение, - начал Клинок, - но я призываю вас сначала выслушать меня.
– Никто не мешает нам слушать, - ответил Изгоняющий, внимательно вглядываясь в лицо Сати, хотя разговаривал с Клинком Света. Сати поёжился от его взгляда.
– Мы не можем выполнить своё предназначение, пока ты не отменишь свой указ, Разящий с Мыслью. Наше предназначение ещё и в том, чтобы убедить тебя, что это необходимо.
– Я не позволю вам тронуть этого мальчика, - решительно произнёс Клинок.
– Вы не станете меня слушать, я уверен. Но я призываю вас поверить: юноша не виноват в Дарах Ночи. Потому я и взял его под охрану Цитадели - чтобы Сила Ночи больше не смущала его…
– Вы обручили его со Светом, - улыбнулся Изгоняющий одними губами. Он и вправду не слушал Клинка.
– Вот в чём разгадка той загадки, над которой так бились Чувствующие… Слуга Зла, обручённый
– Я не позволю причинять боль человеку, который не виноват в своей беде, - Гаранд поймал взгляд Сати, полный надежды и тайного страха, что Клинок вдруг передумает и поверит этим тераикам. Нет, конечно же, он не передумает.
– Убийца может прервать его жизнь, не причиняя ему боли. Он даже не почувствует ничего…
– Изверг!
– взвизгнула Тия.
– Мой брат ничего не сделал!
– Тия, молчи, - прошипел Лимас.
– Тебя ещё не хватало. Без тебя вполне разберутся,… - он тоже волновался.
– Вы слышали мой ответ?
– нахмурился Клинок Света.
– Я не позволю. Сатиан Вэсмерт находится под защитой Цитадели, и никогда никто не посмеет тронуть его.
– Слуги Зла, даже те, что приобрели свои Дары по случайности, непременно придут к тому, для чего Сила Зла их призвала. Даже если они не хотят, они это делают. Это свойственно любому, у кого есть Дар Силы Зла, - спокойно пояснял тераик.
– Такова природа людей, кому покровительствует Сила Зла…
– В покровителях этого мальчика - Сила Дня, - возразил Астиан.
– Как вы сказали сами, я обручил его со Светом. Он носит шнурок, и этот шнурок не жжёт его руку…
– Вы знаете о нашем обычае, об обете вечной верности и любви, - опять улыбнулся Изгоняющий. Он был спокоен и уверен в себе.
– Да, у мальчика есть стремление к Свету. Но воля его совсем не так сильна. Сила Зла сломит его. Поверьте мне, Разящий с Мыслью, всем будет лучше, если он умрёт. Всему миру будет лучше.
"А ведь это так!
– с ужасом подумал Сати.
– Если я умру, Хозяин не сможет вселиться в моё тело, и не сумеет вернуться!"
Будто бы та же мысль посетила Клинка. Он вздрогнул, словно его поразила молния, сцепил кулаки и повторил, наклоняя голову:
– Мальчика вы не тронете, несмотря на Дары Ночи. Пусть Чувствующие придут сюда, я расскажу им действительную правду…
Но Изгоняющий всё равно не слушал его. Кажется, для него не существовало слов Клинка Света.
– Вы запретите нам выполнить наше предназначение, Разящий с Мыслью. Мы умрём, ибо не выполнили того задания, что поручили нам Чувствующие. За нами следом придут другие, и опять умрут, - взгляды Гаранда Астиана и светло-голубых глаз Изгоняющего пересеклись.
– Потом придут ещё, и вновь умрут. Мы будем добиваться, чтобы вы позволили нам выполнить своё предназначение…
Клинок почувствовал, что теряет терпение.
– Уходите, - негромко приказал он, закидывая назад голову.
– Вы боретесь с Ночью теми же способами, которыми она заманивает в ловушки невинные души. Я не могу позволить себе допустить, чтобы на моих глазах творилась несправедливость!
– Вы не правы, Разящий с Мыслью, - Изгоняющий поджал губы.
– Жаль, что ваше сознание тоже смущено кознями Силы Зла…
Он шагнул назад, делая какой-то знак остальным. Клинок не позволял себе отпустить напряжение, охватившее его…