В теле бойца
Шрифт:
А к чёрту.
Я активировал рывок, поднырнув под руку, и понёсся вперёд. В дань уважения педагогическому составу Шрёдгера щит я так и не активировал, иначе ей бы мало не показалось.
В следующую секунду я очень пожалел о своей снисходительности к Дулиновне. Дверь в кабинет директора была далеко не пуховой.
Я врезался левым плечом, которое тут же взорвалось болью. От удара у меня в шее что-то хрустнуло, а из глаз посыпались искры.
Я покатился кубарем по полу директорского кабинета и остановился, только врезавшись в тяжёлый
Со второй попытки мне таки удалось подняться, после чего я тут же принялся осматриваться.
Вдоль по коридору до самого кабинета тянулись две пламенные дорожки. Двери, которые, судя по всему, до этого были заперты, покачивались из стороны в сторону.
Я повернулся в другую сторону и встретился с округлёнными глазами директора, а также с испуганными глазами заплаканной Долорес.
— Мистер Томпсон? — Директор Багратион и Долорес произнесли это одновременно.
— Томпсон! — разнёсся по коридору яростный рёв гномихи.
— Доброе утро, — кивнул я, пошатываясь и пытаясь перевести дыхание. — У меня к вам срочное послание, — я не удержал равновесие и завалился на пол.
Я даже испугался сначала: подумал, что так ушибся, что меня даже ноги не держат. Однако в следующий миг понял: не всё так просто. Меня начало вытягивать из кабинета директора ногами вперёд. Я толком ничего не чувствовал, но отдалённо это было похоже на невидимую верёвочную петлю, обвившуюся вокруг моих лодыжек.
Волочась по полу, я встретился взглядом с горящими глазами гномихи.
— Торина Дулиновна, — мягко произнёс директор. — Думаю, в этом нет необходимости.
— Да этот сопляк!.. Он!.. — полыхала рыжая, однако входить в кабинет почему-то не спешила.
— Я разберусь с этим вопросом, спасибо, — тем же ровным голосом ответил директор.
— Он пол поджог! — нашлась снова гномиха.
— Я обязательно распоряжусь всё исправить, — заверил директор Дулиновну. — Вы можете идти.
— Господин Багратион, я понимаю, что у нас с вами в последнее время…
— Достаточно, Торина Дулиновна, — прервал гномиху директор. — Дальше я разберусь сам, — на этот раз его голос звякнул металлом.
Ноздри гномихи расширились, лицо стало красным, она засопела, а волосы будто вспыхнули. Наверное, это у неё что-то внутри черепа кипит. Однако я с облегчением понял, что меня больше не тащит к выходу.
Багратион, видимо, тоже понял.
— Благодарю, Торина, — произнёс он прежним мягким тоном.
Гномиха, ничего не ответив, развернулась на пятках на девяносто градусов и, злобно пыхтя, зашагала, чеканя шаг металлическими набойками. А пол-то каменный. Как это я умудрился его поджечь?
Я снова поднялся на ноги и посмотрел в коридор, однако не разглядел ни огня, ни следов от него.
В следующий миг обзор пропал за плавно закрывшимися дверями.
— Мистер Томпсон, боюсь даже предположить, что за новость заставила вас так торопиться, — произнёс директор Багратион.
Глава 20.
Я пытался отдышаться, а также собраться с мыслями.
Информация, безусловно, важная, но предназначена явно не для всех ушей. Не то чтобы я не доверял Долорес, но новости о том, что скоро весь город может быть стёрт с лица страны, вполне может вызвать панику даже у директора Багратиона.
— Вы так и будете молчать? — нахмурился Директор.
Долорес и вовсе не сводила с меня взгляда.
— Боюсь, вопрос может оказаться очень острым, — произнёс я.
— Если это касается преподавательского состава или ваших взаимоотношений с другими учениками, думаю, здесь посторонних нет, — спокойно произнёс директор.
— Всё несколько глобальнее, — ответил я, всё ещё сомневаясь, что стоит вот так вываливать правду.
— Вам стало известно что-то, что может бросить тень на Шрёдгер? Вы можете говорить прямо. Я доверяю мисс Долорес, а её родители — уважаемые эрки и мои давние друзья.
— Это касается всего города, — посмотрев в упор на директора произнёс я. — Меня к вам послал один вампир по фамилии Гроуфакс.
Взгляд директора вдруг стал очень жёстким. Он сверлил меня глазами, будто пытался извлечь из меня послание и вообще всё, что хранится в моей голове. Было очевидно, что Гроуфакса он знал и был о нём не лучшего мнения.
— И каким же образом судьба свела вас с уважаемым господином Гоуфаксом?.. — вопрос явно был риторический и, не дожидаясь моеф реакции, он повернулся к эрчихе. — Мисс Долорес, вы позволите?
Девушка кивнула. Я ожидал, что она сейчас поднимется с места и направится к выходу, но Долорес осталась на месте. Директор тоже не двинулся.
Я вопросительно посмотрел на директора, однако в следующий момент заметил полупрозрачный воздушный купол, что уплотнялся с каждым мгновением, становясь матовым. Пара секунд, и я уже плохо различал эрчиху, которая находилась в паре метров от меня.
— Скажу честно, Эльфин, — я едва не подпрыгнул от сухого голоса директора, что в ограниченном пространстве прозвучал как выстрел, — я искренне рекомендовал бы вам держаться как можно дальше от господина Гроуфакса. Для многих моих друзей личное знакомство с ним закончилось большим горем.
Я не решился перебивать Багратиона, однако он сам вдруг замолчал. По его лицу было видно, что он хочет сказать что-то ещё, но не решается. Причём это что-то очень важно для меня. Я даже на миг забыл о том, зачем пришёл сюда.
— Что там у вас за послание? — наконец спросил директор.
Мою руку вдруг обожгло резким уколом боли. Я посмотрел на ладонь и увидел на пальце чёрное кольцо. Я не сразу вспомнил, откуда оно… Точно! Его ведь мне дал Гроуфакс и поручил передать Вацлавне.
Глядя на перстень, я сам не заметил, как начал говорить.