В Стране странностей
Шрифт:
Если бы я точно придерживался маршрута Нильса Хольгерсона, то не смог бы побывать ни в Лунде, ни в портовых городах юга страны. Гусиная стая направилась из Сконе на северо-восток, и, когда гуси летели вдоль побережья, паренек видел только военный порт Карлскруна. Затем стая повернула к большому острову Готланду. Странно, что Нильсу не понравился город Висбю на этом острове. Мальчуган нашел его бедным и одичавшим. Сейчас этого не скажешь: тут полно приезжих, потому что Готланд — самое солнечное место в Швеции, а развалины Висбю, серые башни с бойницами и остатки крепостных стен вдоль берега вызывают много воспоминаний не только у шведов.
Висбю,
В средние века на улицах Висбю слышалась немецкая, арабская, русская речь. Торговые гости из Новгорода приплывали сюда на кораблях, набитых мехами, пенькой, воском, и недаром одна из городских улиц до сих пор называется Новгородской. Бывали тут и русские иконописные мастера — их приглашали разрисовывать стены храмов столицы торговой Готландской республики. Она существовала на острове до тех пор, пока высадившаяся с кораблей датская конница, а позднее набеги морских пиратов не заставили спустить флаги над башнями Висбю.
С Готланда гусиная стая вернулась на материк и опустилась в той части Швеции, которую называют Смоландом. Вот что рассказывает легенда об этом уголке страны:
Когда бог был очень занят сотворением Вселенной и как раз трудился над черновой отделкой будущей Швеции, к нему пришел святой Петр. Посмотрев на божью работу, Петр подумал, что творить разные страны не очень сложно, и предложил богу: отдохни, мол, а я пока за тебя поработаю, потворю.
— Сумеешь ли? — усомнился бог.
Но святой Петр не без досады ответил, что надеется сделать все не хуже господа бога.
Бог сказал:
— Ладно, попробуем. Для начала доделай то, что мною тут начато. А я пока займусь местами поюжнее.
И бог отправился творить соседнюю Сконе, оставив святому Петру доделывать Смоланд.
Вернувшись, бог глазам своим не поверил. Кажется, трудно было испортить то, что он довольно удачно начал, но святой Петр ухитрился это сделать. Он нагромоздил посредине Смоланда высокое плоскогорье из камней, думая таким образом приблизить его к солнцу. Правда, сверху это каменное безобразие было присыпано землицей, но первый же дождь наполовину смыл ее, оставив лишь тяжелую глину.
— О чем ты думал, когда делал все это? — воскликнул бог.
Святой Петр стал извиняться. Но переделывать его работу богу было уже некогда — ведь требовалось создать еще много других стран.
Эту легенду сочинили, наверное, обитатели Сконе: свой-то край, соседний со Смоландом, они считают весьма удачным божьим творением…
Шведская спичка
Смоланд действительно бесплодное, каменистое плоскогорье, и каждый, кто побывает здесь, может убедиться, что святой Петр не слишком-то старался, делал все как попало, лишь бы поскорее.
Жители Смоланда пытались было сеять ячмень и рожь на песках и глине, но не могли прокормить себя. Они покидали родные места и разбредались кто куда в поисках работы и хлеба. Тот же, кто остался на этой скудной земле, нашел чем заняться: в умелых руках даже здешний кварцевый песок стал сокровищем.
На полянках темных боров смоландцы понастроили кустарные стекольные заводики. Здоровыми легкими лесных жителей через длинные трубки стали выдувать из раскаленной массы вазы и кувшины. Сначала смоландские изделия покупали плохо. Но шведы умеют придать вещи добротность и красоту. Пришло время —
Я был на одном небольшом стекольном заводе. Здесь сохранили все так, как было в глубокую старину: никакой техники, никаких усовершенствований.
— Мы выдуваем стекло тем же способом, какой был известен при египетских фараонах, — с гордостью сказала хозяйка завода.
Позвольте, но чем же тут гордиться? Рабочий берет расплавленное стекло концом длинной трубки и сильно дует в другой конец, чтобы получился стеклянный пузырь. Пока этот пузырь не остыл, он мягок, податлив, и стеклодув искусно придает ему форму изящной вазы. Но попробуй-ка подуй в трубку целый день!
Так почему же, вы думаете, на заводе чураются машин? А потому, что смотреть, как работают машины, современному человеку не интересно. Он видит машины всюду. Посмотреть же, как работали еще при фараонах, — другое дело.
И туристы смотрят. Для того чтобы удобнее было смотреть, одну стену цеха сделали стеклянной. К ней предприимчивая хозяйка пристроила кафе и маленький магазин стеклянных изделий. Приехавшие издалека господа неторопливо пьют кофе, поглядывая на стеклодувов, потом покупают вещицы на память. А хозяйке от всего этого доход.
Те смоландцы, которым ремесло стеклодува пришлось не по душе, принялись столярничать. За здешней мебелью — светлой, легкой, удобной — приезжают даже из дальних стран. Сколько шкафов и письменных столов из бука сделано в Смоланде, никто не считал, но буковые леса здесь сильно поредели.
И еще одному дереву не повезло в Швеции: осине. Виной тому шведская спичка. Смоланд ее родина.
У той спички, которую мы зажигаем, небрежно чиркнув о коробок, много предков и длинная история. Среди ее прародителей — сухие куски дерева. Их сильно терли друг о друга до тех пор, пока не появлялся огонь. Родственником спички был и кусок кремня. Из него ударом стальной пластинки высекали искру на легкозагоравшийся трут.
Концы первых спичек, длинных, как вязальные спицы, намазывались раствором бертолетовой соли. Чтобы такая спичка загорелась, ее головку нужно было опустить в сосуд с серной кислотой. Представляете, сколько возни?
Потом бертолетовую соль заменили серой и белым фосфором. Такие спички уже не нужно было обмакивать в кислоту, но они легко загорались сами по себе — от тепла, от толчков, при трении друг о друга. В поездах и на пароходах, перевозивших ящики со спичками, вспыхивали сильные пожары. Кроме того, белый фосфор ядовит. Его пары отравляли рабочих спичечных фабрик.
Кто первый додумался до замены белого фосфора красным, сказать трудно. Но достоверно известно, что именно в Смоланде стали делать спички из осины с головками, покрытыми красным фосфором. Они похожи на те, которые сегодня можно купить в любом ларьке. Их назвали шведскими или безопасными.
Шведы торговали своими спичками во всем мире. Коробком с надписью «Сделано в Швеции» стали пользоваться и погонщики верблюдов в Сахаре, и эскимосы, охотившиеся на белых медведей в Гренландии.
Хороши шведские спички! Фабрики выпускают теперь изящные плоские коробки с яркими картинками, на которых и реклама ресторанов, и эмблемы фирм, и рисунки городов.
Бабушка и семеро внучат
С Малышом и Карлсоном, который живет на крыше, вы, наверное, знакомы даже лучше, чем с Нильсом. Повести о Малыше и Карлсоне написала Астрид Линдгрен, самая знаменитая детская писательница современной Швеции. Несколько ее книг переведено и на русский язык.