В стране слепых
Шрифт:
– Джереми Коллингвуд и группа из Денверского университета. Да. Джим мне говорил.
Джереми в качестве человека действия? Саре трудно было в это поверить. Сожитель Денниса всегда казался ей довольно-таки бестолковым. Хотя никогда неизвестно, как поведет себя человек в критической ситуации. Один, пройдя через огонь, становится хрупким, а другому это только придает твердости.
– Еще вам, может быть, будет интересно узнать, – продолжал Кеннисон небрежным тоном, – что сегодня днем он и эта группа стерты с лица земли взрывом.
Сара резко подняла голову. Сердце ее забилось сильнее. И Джереми тоже? Она стукнула обоими кулаками по столу; подростки,
– Как вы смеете сидеть напротив меня и…
– Спокойно, девушка! – Кеннисон выпрямился. – Это был не я.
– В новостях сказали, что взрыв произошел по небрежности, – вмешался Селкирк. – Репортер местной телекомпании обнаружил в хозяйственном отделе университета заявку двухмесячной давности на ремонт газовых труб – там была утечка газа. Начальник хозяйственного отдела утверждает, что в глаза не видел этой заявки, но он в любом случае будет это утверждать.
– Двухмесячной давности?
– Да. Это еще до того, как была создана группа. Правда, в новостях упоминалось и про распечатку, но они пришли к выводу, что взрыв – всего лишь совпадение.
– А вы хотите верьте, хотите не верьте, – сказал Кеннисон.
Ред внимательно посмотрел на него.
– Это были не вы?
– Но в совпадения я не верю.
Ред снова постучал ногтем по зубам, потом взглянул на Сару.
– Я думаю, он говорит правду. – И, обращаясь к Кеннисону, продолжил: – А не мог это быть кто-нибудь еще из вашей организации?
Тот мотнул головой.
– Возможно, но маловероятно. Особенно теперь, когда репортеры не сводят с нас глаз.
– Но вы же сидите здесь, – заметил Ред, – а репортеров не видно.
– Х-м-м… Да. Я понимаю, что вы хотите сказать. В моей квартире в Нью-Йорке есть потайной лифт. Полицейский, который дежурит у моих дверей, думает, что я сейчас отдыхаю после долгого перелета.
– Значит, кто-нибудь из ваших братьев или сестер мог это устроить.
Кеннисон сморщился и снова сложил руки, как для молитвы. «Каким богам может молиться такой человек?» – подумала Сара.
– Это возможно, – признал Кеннисон наконец. – Денвер – часть владений брата Ульмана. Но… – он покачал головой. – Это была колоссальная глупость, а у брата Ульмана хоть и много недостатков, но глупость среди них не числится. Только вот…
– Что?
– Только вот один из тех, кто оказался в числе убитых, был математик. Если денверская группа активно изучала этот аспект распечатки… Все остальные университеты отбросили такую идею prima facie note 46 , сочтя ее нелепой. Не исключено, что брат Ульман счел нужным действовать на свой страх и риск. И все же… Я знаю, кто из его людей проник в группу, и сомневаюсь, чтобы он решился пожертвовать столь ценным агентом. – Он перевел дух и взглянул на Сару. – Таким образом, получается, что мы с вами вынуждены хотя бы временно стать союзниками. Я сделаю все возможное, чтобы помочь вам разыскать вашего друга.
Note46
сразу же, с первого взгляда (лат.)
Сара посмотрела на него. У нее не было ни малейшего желания иметь с ним дело, а тем более получать от него помощь. Но похоже было, что он говорит серьезно, и лицо его казалось открытым и искренним. В конце концов, какого черта? Она готова была принять помощь даже от самого дьявола, если бы только он помог ей найти Денниса.
– А почему? –
– Ну, просто ради удовольствия. Всегда приятно помочь другому в беде. – Кеннисон с невинным видом развел руками. – И еще потому, что люди, которые похитили вашего друга, угрожают и мне тоже. Так что на некоторое время наши пути совпадают. Когда-нибудь потом, может быть, мы снова станем противниками, но сейчас… – Он многозначительно пожал плечами. – Кто знает, вдруг окажется, что у нас с вами больше общего, чем вы думаете?
Сара хотела ответить, но Кеннисон жестом остановил ее.
– Я все прекрасно понимаю, моя милая. Если это послужит вам утешением, знайте, что я голосовал против той операции, объектом которой стали вы. Я говорил им, что улик против вас недостаточно, и не исключено, что мы гонимся не за той дичью. Но увы, мадам Вейл была непреклонна. Очень трудная дама. Она… Впрочем, nil nisi bonum note 47 . Впоследствии ваше поведение начало становиться более опасным, и боюсь, что я дал себя уговорить. Надеюсь, вы понимаете, что лично к вам у меня нет вражды. Как показали позднейшие события – и в поместье мистера Бентона, и в особняке мадам Вейл, – страх разоблачения, который мы испытывали, был вполне обоснован.
Note47
(о покойниках) ничего, кроме хорошего (лат.)
Он бросил быстрый взгляд на часы.
– Боюсь, нам пора идти. А пока… – Он повернулся к Саре и серьезно сказал: – Если вы когда-нибудь окажетесь в опасности – из-за этой истории или по какой бы то ни было другой причине, – вы всегда можете обратиться ко мне за защитой и получите ее без всяких оговорок.
Сара всмотрелась в его лицо, пытаясь понять, что у него на уме. Но она не увидела ничего, кроме искренности и открытости. И даже нечто вроде готовности. Неужели он пытается с ней подружиться? Или как-то загладить свою вину за те муки, через которые она прошла по его милости? Ей было странно думать об этом человеке как о своем возможном защитнике. Однако или Кеннисон чертовски хороший актер, или он говорил искренне.
Она покосилась на Реда и с удивлением заметила на его лице выражение почти неприкрытой враждебности. Реду, который ни к чему не относился серьезно, предложение Кеннисона защитить ее не понравилось. Не ревнует ли он? Вот это мысль!
После того, как Кеннисон и Селкирк ушли, Ред и Сара еще некоторое время оставались в пиццерии. Ред заявил, что хочет доесть пиццу, а Сара тихо сидела рядом и ждала. Опершись локтями на стол, она сцепила пальцы и начала разглядывать гладкую черную кожу на запястьях. Потом прикрыла глаза и остро ощутила все свое тело – положение рук и ног, натяжение блузки и юбки, обтягивающих фигуру. Она ощутила даже присутствие Реда, сидящего в нескольких сантиметрах от нее. Что это, его аура?
Наконец Ред заговорил.
– Похоже, Тайной Шестерке не терпится добраться до братца Дэниела. Я думаю, не их ли был и тот загадочный соглядатай в Убежище?
Сара открыла глаза.
– Не забудь, – сказала она, – что Шестерка раскололась, как и Общество Бэббиджа.
– Помню.
– Я заметила, что братцу Дэниелу ты об этом ничего не сказал.
– Забыл, должно быть.
– Забыл?
– Ничего, он малый сообразительный, догадается. Ведь дилемма Карсона входит в обязательную программу.