В стране любви
Шрифт:
Внезапно нахлынувшие воспоминания чуть не разорвали ее и так измученное сердце. Стремление Гейбриела доставить ей удовольствие ввело ее с заблуждение, заставило поверить в то, что он видит в ней что-то особенное, питает к ней интерес.
Теперь же Рейчел понимала, что это были действия опытного мужчины, решившего подтвердить свою репутацию умелого любовника. Должно быть, его самолюбию льстило то, что он смог довести до оргазма даже такую неискушенную девственницу, какой она тогда была.
Но надо было задать ему
— Скажи мне еще одну вещь. Если Аманда была для тебя «защитой»… — Она почти выплюнула это слово ему в лицо, желая продемонстрировать, что думает о его заявлении. — Тогда, бога ради, на что тебе понадобилась бедная Кэсси? Зачем ты на ней женишься?
— Потому что я должен это сделать, — бесстрастно ответил он.
— Потому что ты…?
Поняв истинный смысл его слов, Рейчел почувствовала, что у нее подкашиваются ноги. Так, значит, она была обманута даже в этом. Любовного влечения, существование которого она, по своей глупости, подразумевала, не было и в помине. Он готов жениться только потому, что они ожидают ребенка. Так это и значит сделать все возможное, чтобы быть хорошим мужем? Ее охватила слепая ярость:
— Ты ублюдок! — Тарелка с куском пирога по-прежнему стояла на столе и, не успев понять, что делает, Рейчел запустила ею прямо ему в голову. — Ненавистный, презренный ублюдок!
Легкость, с которой Гейбриел уклонился от ее метательного снаряда, окончательно вывела Рейчел из себя. Не в силах больше находится в одной комнате с ним, она издала нечленораздельный, приглушенный крик и бросилась к лестнице.
— Рейчел!
Гейбриел преследовал ее и, используя преимущество своих длинных ног, перепрыгивал через две ступеньки, нагоняя с каждой секундой. Не рискуя оглянуться, Рейчел старалась только не оступиться. Слезы застилали ей глаза, мешая видеть дорогу.
— Рейчел, подожди…
Он поймал ее перед дверью в спальню. Вцепившиеся в плечи жесткие пальцы заставили Рейчел остановиться и удержали на месте.
— Отпусти меня! Отпусти, черт возьми!
Она изо всех сил пнула его ногой в лодыжку и со злорадным удовлетворением услышала сдавленный стон. Но появившаяся на ее губах мрачная торжествующая улыбка тотчас же сползла с лица Рейчел — Гейбриел не отпустил ее. Вместо этого, толкнув плечом дверь, втащил ее в комнату.
— Рейчел, сядь! Сядь и успокойся!
— Я ничего не буду делать по-твоему. Слышишь — ничего!
Каким-то образом ей удалось освободить руки. Совершенно потеряв самообладание, она в отчаянии замолотила ими по его груди, плечам, даже лицу, как будто физическое насилие могло облегчить ее боль.
Он не останавливал Рейчел, а только отклонял голову, принимая удары и молча ожидая, пока кипящая в ней ярость не уляжется. Когда это наконец случилось, он подвел ее к постели, сел рядом и притянул к себе.
Только тогда он, испустив глубокий, неровный вздох, распрямил плечи, как бы принимая на них груз, избежать которого было невозможно. Сильные пальцы взяли Рейчел за подбородок и, когда она попыталась воспротивиться, нажали сильнее, принуждая повернуться к нему лицом.
— Первым делом… Нет, послушай меня! — решительно сказал он, когда она попыталась снова отвернуться. — Я ни разу, слышишь, ни разу за все время нашего знакомства не спал с Кэсси и не собираюсь делать этого, пока мы не поженимся.
Рейчел была так ошеломлена, что не сразу обрела дар речи.
— Ни разу… Но ты ведь сказал…
— …Что женюсь на ней, потому что обязан это сделать? Да, это правда, но совсем не потому, что у тебя на уме. Она не носит моего ребенка, как ты, вероятно, полагаешь.
— Но тогда почему?
Гейбриел опустил голову, избегая ее взгляда.
— Лучше не спрашивай, Рейчел. Ради бога, оставь все как есть.
Но она не могла этого сделать. Не могла оставить столько вопросов без ответов, один из которых был для нее жизненно важен.
— Ну а я?
Его суровое лицо внезапно смягчилось.
— А ты была… и есть для меня нечто совершенно особое… И всегда будешь.
— Настолько особое, что через пару дней ты забудешь меня, уйдешь к другой!
— О господи, Рейчел, нет! Я никогда не забуду тебя! Просто не могу этого сделать!
Почему она поверила ему теперь? Почему именно сейчас слова Гейбриела показались ей искренними? Да потому что на этот раз Рейчел действительно поверила в то, что она значит для него больше, чем он сам хочет признать.
— А сейчас?
— Рейчел…
Это был стон отчаяния, но вместе с тем Рейчел чувствовала, что он наконец-то уступает, и до правды уже недалеко, если только у нее хватит сил и решимости настоять на своем. Да она уже и не могла отступить. Интуитивно Рейчел ощущала, что вот-вот узнает нечто важное, настолько важное, что это навсегда изменит ее жизнь. Будут ли эти изменения к лучшему или к худшему, можно было только гадать. Она понимала только, что если не выяснит все сейчас, то будет жалеть об этом всю оставшуюся жизнь.
— Какие чувства ты испытываешь ко мне сейчас?
Гейбриел с трудом сглотнул. Рейчел увидела конвульсивное движение мышц его шеи и поняла, что ее догадка верна. Он не будет больше уклоняться от ответа и расскажет ей все, но только если она вынудит его сделать это. Решение было за ней.
— Гейбриел, я должна знать! Питаешь ли ты какие-нибудь чувства…
— Чувства! — Это прозвучало как крик души. — О боже, Рейчел, если бы ты только знала!
— Тогда скажи мне! Хочешь ли ты меня?