В сердце Африки
Шрифт:
Другой охотник, мистер Кэтрам, подошел вместе со спутниками к сраженному пулей слону. Охотники предполагали, что животное убито наповал. Вдруг слоя поднялся на ноги, обвил Кэграма хоботом и швырнул его. Он кинулся вслед за Кэтрхмом, но охотник забился в траву. Не иайдя его, слон стал яростно топтать упавший с его головы шлем. Кэтрам воспользовался моментом и подобрался к самому хвосту слона. Слон стал кружиться па одном месте, охотник же старался не потерять этот своеобразный якорь спасения, пока не подоспели спутники Кэграма и не пристрелили слона.
В отличие от моего случая в рассказанных происшествиях
нями, применение которых чуть было не стоило мне жизни. Мой оруженосец Дудо Мохамед как-то показал мне в стране Сомали место, где слон у него на глазах разделался с каким-то итальянским князем. Обхватив итальянца хоботом, слои стал колотить им о собственные бивни. Охотник огчаяпио защищался, осыпая голову слона градом кулачных ударов. Затем слоя бросил его на землю и, примяв ногами, уселся на нем. Но и этого показалось мало разъяренному животному. Он до те-х пор ерзал взад и вперед своими массш яыми ляжками, пока не сравнял князя с землей.
Однако, часто слоны в борьбе пользуются и бивнями и, конечно, со столь же печальными результатами для жертвы. В то время, как мы скитались в лесах Будонго, мистер Лошдоы охотился вместе со своей женой возле озера Альберт, в Бельгийском Конго. Лонгдои убил слона и затем, не сходя с места, стал наблюдать за бегством остального стада. Он не заметил, что сзади к нему приближалась слониха. Она ударила его бивнями. Они пробили его насквозь. Выдернув бивни из его тела, слониха кинула его в кусты. Лонгдоп прожил еще четыре дня.
Как бы ни был страшен слон в тех случаях, когда ему приходится защищаться, у нас пет оснований утверждать, что жестокость — постоянная и характерная его черта. И в моей памяти особенно запечатлелись его ум, ловкость и быстрота движений и, если можно так выразиться, чувство товарищества, которого я яе замечал у других животных. Я с нежностью почти вспоминаю рассказ майора Гаррисона о том, как два старых самца самоотверженно тащили вперед раненого товарища. Не менее трогательна картина, которую пришлось наблюдать мне самому и которая не могла быть случайной: юные слонята окружили цепью стадо, чго-62
бы защитить старых слонов от опасности, приближение которой они почуяли в воздухе. С такой же нежностью я воспоминаю день, когда мне удалось подсмотреть, как слонята, точно мяч, катили на расстоянии километра огромиый ком ссохшейся глины около метра в поперечнике. И еще я вспоминаю подлинную игру, во время которой те же слонята донимали столь же юных буйволят, пока их не отогнали буйволицы. Не могу я забыть также и о том, что мне ни разу не пришлось видеть борьбы африканских слонов между собою.
Иовидимому, среди слонов царит ненарушимый внутренний мир, и кроме человека у них нет врагов на земле.
Слоны вымирают по мере того, как цивилизация завладевает Африкой. Так же двумя поколениями раньше стали вымирать североамериканские бизоны. Вероятнее всего, хотя эго и не вполне доказано, африканский слон не может стать домашним животным. Правда, в Конго существует ферма, на полях которой работают пятьдесят ручных слонов, столь же хорошо дрессированных, как и их индийские собратья. Но дрессировка слонов не приносит хозяйсгвеияых выгод. Держать
Новые поселенцы Африки прилагают все усилия, чтобы ускорить этот процесс. Правительство держит особых охотников, которые уничтожают слонов, чтобы опи не топтали и не объедали плантации туземцев. Несколько лет тому назад в Адоо было решено уничтожить всех слонов. Но их оказалось так много, что охотникам пры-шлось отказаться от выполнения этой задачи. Теперь их убиваюг только в тех случаях, когда они угрожают полям. Таким образом они уцелели среди лесов, правда, в ограниченном количестве. Борьба со слонами в Уганде, в британских колониях Восточной Африки и около Тапганайки ведется тоже правительственными охотниками. Слоны уходят подальше от заселенных
Лев и львица (скульптура Экли).
мест, и так мало-по-малу гибнет величайшее из очарований Африки7.
Много чудесного. рассказывали мне о долине Руинди в Бельгийском Конго, этой подлинной стране испуганного зверя. Теперь эта долина нал оминает кладбище. Лихорадочное развитие торговых сношений послужило и на этот раз причиной уничтожения крупной дичи. Мы пашлп здесь еще довольно много львов и два или три вида антилоп. Остальные породы погибли. Я увереп, что в долину Руипди проникли охотники за слоновой костью, и на них лежит ответственность как за уни-64 чтожение слонов, так к за вымирание других видов крупной дичи.
В первобытных лесах попрежиему вьются протоптанные слонами тропинки, но слонов на них уже не встретить. Редко-редко попадаются отдельные слоны или немногочисленные стада. То" же случилось и с буйволами. Там, где прежде они бродили огромными стадами, теперь пасутся лишь жалкие их остатки.
МОЕ ЗНАКОМСТВО СО ЛЬВАМИ
Традиция изображать льва жестоким хищником создавалась в литературе и в изобразительных искусствах в течение тысячелетий. С незапамятных времен человек борется со львом, и когда лев, отстаивая свое существование, сам переходит в нападение, ему выносится обвинительный приговор. Правда, наряду с этим человек очень высоко расценивает храбрость, силу и боеспособность льва и награждает его почтенными названиями в духе той древней старины, когда предполагалось, что все вообще цари, князья и цезари обладают в высокой степени только что перечисленными львиными качествами.
Лев покидает свое логовище в сумерки. Позевывая и потягиваясь, он поглядывает по сторонам в поисках добычи. В Восточной Африке любимое блюдо льва—зебра, хотя он не отказывается и от других животных. Единственное стремление его во время охоты — это возможно легче и возможно скорее утолить голод. Вследствие этого он предпочитает охотиться за крупными животными, которых легче поймать и от которых больше проку, чем, например, от маленьких антилоп. В поисках добычи лев выходит из ущелий и спускается