В самом Сердце Стужи
Шрифт:
Вместо слов я нежно коснулся щеки моей молодой жены, провел кончиками пальцев по ее шее, чуть тронул ключицу, выступающую через распущенную горловину. После этого я поставил колено на перину, а сам уложил Эрен на спину.
Действовал я так, словно передо мной была фарфоровая кукла, которая от любого неосторожного касания пойдет трещинами. Чтобы хоть с чего-то начать, я отбросил в сторону прядь волос девушки и коснулся губами ее шеи.
В нос сразу же ударил приятный, чуть мускусный запах женского тела. Белоснежная тонкая кожа, черные, чуть вьющиеся волосы. Моя ладонь опустилась
Внутри уже поднималась горячая волна, от выпитого вина стало плясать перед глазами, а единственное, что я чувствовал — гибкое девичье тело подо мной. Я чуть подвинул вперед колено, проскальзывая между ног девушки и наклоняясь все ближе. Простынь, которой я обернулся, уже почти упала. Кончиками пальцев я провел по талии и бедрам Эрен до самых колен, ухватил край сорочки и потянул легкую, чуть влажную ткань вверх, попутно касаясь ладонью ее кожи.
Все шло хорошо. В своих мыслях я уже почти отказался от просто механической консумации брака, а вместо этого решил распалить и возбудить Эрен. Чтобы мы на самом деле смогли провести эту ночь в постели как муж и жена.
Я приподнялся на локте, с сожалением отстранившись от шеи девушки, чтобы поцеловать ее или хотя бы попытаться поймать ее тонкие алые губы, но единственное, что я увидел — бледная щека без капли румянца.
Эрен лежала подо мной, отвернув голову в сторону и безжизненным взглядом уставившись куда-то в сторону окна. Ее льдистые серые глаза сейчас были еще более пустые, чем у мертвеца — когда человек умирает, в его взгляде хотя бы навсегда замирает последнее сожаление, последнее жизненное стремление. Тут же я увидел лишь абсолютную пустоту.
И я понял: что бы я сейчас не делал, как бы не сжимал в своих объятиях, сколькими бы поцелуями я не покрыл все тело Эрен, даже на простом физиологическом уровне она мне не ответит. Ей все это было настолько омерзительно, что ее здесь и не было. Осталась только пустая кукла, тело, с которым я был волен поступать, как владелец волен поступать со своими имуществом — то есть совершенно не интересуясь мнением предмета.
От осознания, что Эрен не та женщина, бледность кожи и острота взгляда которой занимали все мои мысли мгновение назад, а лишь предмет для утех, всякое желание мигом испарилось. Я почувствовал даже что-то похожее на обиду, на предательство, хотя это было совершенно смешно и нелепо — мы оба не выбирали оказаться в этой комнате.
Я резко поднялся на колени, все еще не сводя взгляд с бездушного лица Эрен. Девушка вернулась, только когда я полностью отстранился — мои бедра, которые находились между ее ног, выскользнули прочь, а сам я встал с постели и направился к столу.
Я хотел похвалить эту девушку за великолепный маневр со старейшинами, но она не хотела мне отвечать.
Я хотел проявить нежность и облегчить для нее эту ночь, но она только сидела и молчала.
И даже когда я выбрал язык тела, ведь словами общаться у нас не получалось — она тоже от меня сбежала. Не физически, но морально.
Эрен была сейчас за моей спиной, но я все никак не мог ее коснуться, хотя и пытался, уже не раз пытался.
—
Голос Эрен дрожал от тревоги. Я же ничего не говорил. Махнул еще пол кубка вина, придерживая спадающую с бедер простынь, взял со стола небольшой серебряный ножик для разделки буженины, который так и не пригодился за ужином.
— Милорд! Прошу! — вскрикнула Эрен, увидев у меня в руках нож. — Пожалуйста, вернитесь ко мне, я не хотела…
Она совсем не понимает, какой я человек? Я что, животное, которое по ее мнению пойдет на случку, потому что ему так сказали? Она видит во мне насильника?
Игнорируя испуганные мольбы девушки, хмуро, не имея сил что-либо объяснять, я просто полил ножик остатками вина из кубка — не спирт, но тоже сойдет — после чего махнул лезвием по внешней части левого предплечья, слегка пуская себе кровь. Дождавшись, когда у локтя соберется жирная капля, я наклонился над постелью и пролил алое на простынь, прямо рядом со стопами замершей в непонимании Эрен.
— Брак консумирован, простынь как доказательство у нас есть, — хмуро сказал я. — Ложитесь спать, Эрен, поговорим завтра.
Сам же я развернулся и пошел к камину. Опустился в кресло, оторвал кусок ткани от простыни на своих бедрах и перемотал предплечье. Налил еще вина, сделал большой глоток и посмотрел на слабое пламя.
Не так я представлял себе этот момент, но именно так все и закончится. Потому что, очевидно, Эрен сегодня не явилась, а резвиться с живой куклой мне было попросту противно.
Уж лучше так. Кресло, камин и терпкое вино.
И оглушительная тишина моей неудавшейся брачной ночи с баронессой Эрен Гросс.
Глава 15
Эрен
Уже как полчаса я тихо лежала на огромном брачном ложе, укрывшись тяжелым одеялом, и вслушивалась в происходящее в комнате.
С момента, как барон порезал свою руку и приказал мне ложиться спать, мужчина словно исчез. Время от времени я слышала, как поднимается со стола кувшин с вином, как хмельная жидкость льется в глубокий кубок, как все пустеющий и пустеющий глиняный сосуд становится на место.
Всё.
Более — ничего.
Ни слова, ни вздоха, ни единого звука. Оглушительная тишина. Будто бы в комнате никого и не было. Вот только засов на двери был на месте, а значит, на месте был и барон, человек, который сегодня стал моим мужем и который пошел на преступление перед людьми, короной и Творцом, потому что не захотел взять меня, как женщину.
Всемогущий Алдир, что только что вообще произошло и что не так с этим наемником?! Я прокручивала в голове десятки различных вариантов, строила сотни предположений, но так и не могла найти достойного ответа поведению барона.
Все мужчины, с которыми я сталкивалась за прошедшие девять жизней, с легкостью переходили к делу. Одни были страстны и пылки, шептали мне на ухо слова любви и покрывали мое тело болезненными отметинами грубых поцелуев, чтобы наутро исчезнуть или бросить на меня лишь холодный взгляд. Другие — ложились со мной молча, подходя к процессу соития исключительно практично. Третьи — были жестоки и властны, с легкостью применяя ко мне силу.