В руках врага
Шрифт:
– Черт побери! – тихо пробормотал МакКеон.
К «Принцу Адриану» устремились восемьдесят четыре ракеты. Это составляло чуть больше половины числа, выпущенного им самим, однако имелась существенная разница между десятью разделенными во времени и пространстве залпами по шестнадцать ракет в каждом, с которыми операторы оборонительных систем могут разобраться по очереди, и единым массированным ударом. С начала войны подобный расклад не раз оборачивался бедой для Народного Флота, но сейчас в критическом положении оказался Корабль Ее Величества. Джеральдине Меткалф с ее помощниками оставалось лишь сделать все возможное, чтобы хоть что-то противопоставить
Генераторы активных помех пытались ослепить самонаводящиеся головки, ложные цели отвлекали их на себя, сбивая с пути, но аппаратное обеспечение снарядов, полученных Народной Республикой от Солнечной Лиги, намного превосходило то, с чем Народный Флот начинал войну. Новые сенсоры и программное обеспечение повысили возможности распознавания цели примерно втрое, а отсутствие у Королевского Флота достоверных данных о новых параметрах существенно снижало эффективность РЭП Меткалф. Правда, четверть вражеских ракет удалось ослепить, но на ложные цели перенаправились лишь очень немногие. Пятьдесят семь прорвались через первую линию обороны, и навстречу им вылетели противоракеты. Кроваво-красные огоньки на экране Меткалф угасали один за другим, но это происходило слишком медленно. Тридцать пять ракет прорвались сквозь рубеж атаки противоракет и были встречены заградительным огнем работающих на ближней дистанции лазеров.
Лазеры уничтожили девятнадцать атакующих единиц, и в результате прорваться на дистанцию прямого поражения удалось лишь шестнадцати – меньше двадцати процентов от первоначального их числа, – однако и этого было достаточно. Крейсер искусно маневрировал, но даже самые удачные маневры не позволяли уклониться от всех боеголовок.
Резкий поворот «Принца Адриана» вокруг своей оси в вертикальной плоскости позволил принять на «днище» импеллерного клина удар четырех ракет и трех – на равно неуязвимую «крышу», но пять из девяти оставшихся взорвались над крейсером и слева от него. Ракеты с подвесок «Катаны» не уступали по мощи тем, какие могли быть выпущены супердредноутом, и впитавшие энергию ядерных взрывов рентгеновские пучки вспороли защитную броню мантикорского корабля, сокрушили переборки, уничтожив две ракетные пусковые установки, гразер, три лазерные батареи и третий радар. Тридцать два человека мгновенно погибли от динамического удара, хотя он и был несколько смягчен бортовой броней и защитными стенами.
Однако спереди, где почти прямо по курсу взорвались еще четыре боеголовки, такой защиты не имелось, и ущерб, нанесенный этими ударами, был поистине ужасен. Сталь рвалась, как бумага, энергетические цепи прерывались, замыкание следовало за замыканием, последовало несколько вторичных взрывов. Страшный толчок – корабль тряхнуло, словно крысу, схваченную за шкирку терьером, – швырнул Хонор на колени. Дисплеи командной рубки замигали, погасли и снова зажглись, переключившись на дублирующие источники питания.
– Доложить о повреждениях! – рявкнул МакКеон.
Не получив ответа, он ткнул в клавишу на подлокотнике, подключившись напрямую к системе аварийного контроля. Однако и она оказалась выведенной из строя. Капитан вызвал через коммуникатор коммандера Гиллеспи.
– Тейлор, мне нужен доклад о повреждениях! – крикнул он, не успев дождаться подтверждения получения вызова.
Несколько бесконечных мгновений коммуникатор молчал, потом послышался чей-то слабый голос.
– Старпом мертв… аварийный контроль не работает. Мы тут все… никого…
Связь прервалась, и МакКеон закрыл
– Бандиту-Десять досталось, сэр, – доложила Меткалф. – Мы влепили в этих ублюдков как минимум четыре заряда!
– Передняя противоракетная защита выведена из строя, – прозвучал чей-то голос. – Первый и второй лидары уничтожены. Третий гравитационный детектор не действует.
– Переключиться на лидар-пять, – приказала Меткалф. Приказ был принят к исполнению, но голос Джеральдины звучал очень напряженно. Система аварийного контроля бездействовала, и представление о повреждениях можно было составить лишь по разрозненным донесениям. Которые, впрочем, не прекращали поступать.
– Первый гразер уничтожен. Тяжелые потери в Третьем и Пятом гразерах и Пятой пусковой. Потерян контакт с седьмым ракетным отсеком. Подача ракет из первого погреба не происходит.
– Как дела с первым импеллером? – спросил МакКеон у рулевого, оставив попытки связаться с кем-либо в инженерном отсеке.
– Контакт с первым импеллером утрачен, – натянуто отозвался Гаррис. – Наше ускорение снизилось до двухсот g и продолжает падать.
– Первый, третий, пятый и седьмой генераторы защитного поля отключились. Мы теряем защиту левого борта.
– Сэр, Бандит-Один открыл огонь. Выпущено двадцать четыре ракеты, удар через один-семь-три секунды.
– Бандит-Десять меняет курс и наращивает ускорение. Ускорение пять-точка-три километра в секунду за секунду.
«Принц Адриан» содрогнулся от очередного удара.
– Прямое попадание в БИЦ! – донесся возглас из коммуникатора. – Мы теряем кон…
Голос оборвался на полуслове. Из главной вентиляционной шахты повалил дым, но чудом уцелевшая противопожарная автоматика перекрыла ее. Повсюду завывали сирены.
– Мостик, докладывает лейтенант Джуно из второго реакторного, – раздался по внутренней связи голос младшего офицера инженерной команды. – Я собираюсь заняться контролем повреждений, но и с первого взгляда вижу что дела обстоят неважно.
– Что там с первым импеллером? – требовательно спросил МакКеон.
– Он не действует, сэр. Возможно, мне удастся подключить четыре или пять бета-узлов, но это все, что у нас осталось.
Лицо МакКеона окаменело. Лишившись передних альфа-узлов, «Принц Адриан» утратил паруса Варшавской… а Адлер находился в центре гиперпространственного гравитационного потока, в котором только наличие парусов могло позволить кораблю маневрировать. Капитан понял, что сокрушительный залп хевов обрек его корабль на гибель.
– Рулевой, сорок градусов лево руля, – рявкнул он и, встретившись взглядом с Меткалф, пояснил: – Мы поднырнем под Десятого, и, когда его глотка окажется в пределах досягаемости, шарахните по нему всем, что у нас осталось.
– Есть, сэр! – ответила Меткалф и склонилась над своим пультом, стараясь насколько возможно восстановить управляемость еще не вышедших из строя систем
Между тем корабль вновь и вновь содрогался под уничтожавшими оборудование и убивавшими людей ударами.
Хонор поднялась на ноги. Нимиц прижимался к ее плечу, из прокушенной при падении губы на подбородок текла кровь, однако она воспринимала все это лишь отдаленной частью сознания, как будто со стороны. Бросив взгляд на покрывавшие значительную часть командного дисплея темно-красные пятна, означавшие поврежденные сектора, она открыла было рот, но очередной толчок отбросил ее к креслу. Хонор чуть не упала снова, но удержалась, схватившись за плечо МакКеона.