В ритме танго
Шрифт:
Сандра выбралась из зарослей с огромными садовыми ножницами в руках.
— Ничего не получается! — с раздражением сказала она. — Эти ножницы никуда не годятся.
— Ладно, брось это. Я попрошу мистера Лонгема.
Мать подняла ножницы и направилась к дому.
— Через полчаса обед, — произнесла она, уже стоя в дверях. — Дик, вы же не откажетесь отобедать с нами?
— Я не знаю, — пробормотал он, все это время, молча смотревший на Сандру. — Если Сандра меня не прогонит…
— Как
— Я вообще молчу, — буркнула Сандра. Когда миссис Томпсон удалилась, Дик наконец произнес:
— Привет.
— Привет, — ответила Сандра. — Предупреждать же надо. Я тут вымазалась, как трубочист, и вообще…
— Ты потрясающе выглядишь. И тебе очень идет эта косынка… и эта рубашка…
— И эти старые резиновые сапоги, — со смехом закончила Сандра. — Ладно, погуляй пока тут, я пойду, переоденусь.
— Сандра, — окликнул ее Дик, когда она уже повернулась, чтобы уйти. — Извини, что я вот так вломился, без предупреждения. Но я просто не мог ждать до вечера. Я так ужасно соскучился по тебе!
— Я тоже скучала. И думала о тебе все утро, — призналась Сандра, потупив глаза.
Он взял ее за руку.
— Я все-таки пойду, переоденусь. — Она вырвалась и убежала.
Дик с улыбкой смотрел ей вслед…
За столом сначала чувствовалось некоторое напряжение, но вскоре оно исчезло. Дик расхваливал суп из брокколи и телячьи отбивные, отец ему поддакивал, мать была довольна, а Сандра не могла понять, почему у нее кусок в горло не лезет и почему ей так нравится смотреть, как Дик с удовольствием уплетает все, что ему положили на тарелку.
— Чего я никогда не забуду, так это тех пирожков с капустой, — вспомнил вдруг Дик.
— Каких пирожков? — спросила миссис Томпсон.
— Тех, которые вы испекли для пикника, когда мы нашли Жужу, — помните?
Жужа, услышав свое имя, вылезла из-под стола и уставилась на Дика умоляющими глазами.
— Жужа, не попрошайничай, — строго сказал отец.
Жужа виновато на него посмотрела, а потом снова так уставилась на Дика, что он чуть не поперхнулся.
— Ну, что за невыносимое животное! — воскликнула мать. — У нее всегда такие глаза, как будто она как минимум три дня не ела.
— Да, а сама скоро станет круглой, как пуфик, — вступила в разговор Сандра. — Вам же доктор сказал, что ее ни в коем случае нельзя перекармливать. Ей же самой от этого будет хуже. Жужа, ну-ка брысь на место!
Жужа вздохнула, опустила голову так, что ее длинные уши подметали пол, и понуро побрела на свое место.
— Вот если бы она ходила на охоту, как и положено охотничьей собаке, то могла бы есть, сколько захочется, и все равно бы оставалась стройной и подвижной, — заметила мать.
— Уж не прикажете
— Да нет, это я так, к слову. Жужа просто обожает носиться по лесу, но ей нечасто это удается.
— Я думаю, сегодня долгая прогулка ей обеспечена, — произнес Дик, глядя на Сандру. — Ты не против?
— Не против, — кивнула Сандра, и в ее глазах зажглись еле заметные огоньки. — Пошли! — вскочила она.
— Сандра, ну что за манеры, — упрекнула ее мать. — Нас еще ждут десерт и кофе.
— Не хочу кофе. А десерт — потом. После прогулки для него как раз освободится место. — И дочь выскочила из столовой вместе с радостной Жужей.
Дик тоже встал, поблагодарил за вкусный обед и отправился догонять Сандру.
Они бродили по лесу, бросали палки ошалевшей от радости Жуже, собирали букеты из начинающих желтеть листьев, слушали кукушку, которая куковала минут двадцать, сбивая их со счета. День был теплым, но в воздухе уже чувствовалось приближение осени. Он стал ароматным, в нем появились запахи, которых никогда не бывает летом: запах опадающей листвы, грибов и особая свежесть, присущая только ранней осени.
Сандра сначала носилась и скакала по холмам вместе с Жужей, но потом устала и притихла. Она шла рядом с Диком, смотрела себе под ноги, на яркие желтые листья, и чувствовала, как на нее накатывает откуда-то внезапно появившаяся робость.
— Ты не устала? — спросил Дик. — Нам ведь еще обратно идти.
— Нет, — помотала головой Сандра. — Ну, разве что чуть-чуть.
— Может, отдохнем перед обратной дорогой? Смотри, вон там очень удобное бревно.
— Давай отдохнем.
Сандра села на самый край бревна, Дик уселся рядом с ней.
— Ты не замерзла? — спросил он, обнимая ее за плечи.
— По-моему, сегодня совсем не холодно, — сказала она и попыталась немного отодвинуться, но у нее ничего не вышло, потому, что бревно заканчивалось совсем рядом с ней.
Горячее дыхание Дика обдавало ее щеку, сердце бешено колотилось, а по коже бегали мурашки.
— Мне кажется, ты все-таки замерзла. — Он придвинул ее ближе к себе. — Хочешь надеть мой свитер?
— Мне ни капельки не холодно.
— Тогда почему ты дрожишь?
— Я не дрожу.
Дик наклонился и поцеловал Сандру в висок, потом в щеку, потом она почувствовала прикосновение его губ к своим губам.
— Дик, — прошептала она, опустив голову, — не надо.
— Хорошо, я не буду. — Он немного ослабил объятия.
— Пожалуйста, не торопи меня. Мне как-то не по себе. Мне страшно…
— Я больше не буду тебя пугать, — улыбнулся Дик. — Я совсем не страшный, это тебе показалось.