В разные стороны?
Шрифт:
– Тебе-то откуда знать? – Бенедикта ощутила в груди пустоту и холод: все ее иллюзии развеялись как дым. – Обо мне ты вообще не думал, только о себе. А чем я тебе так могла помешать, Фредди? Ты боялся, что я буду стоять у тебя над душой всякий раз, как ты в очередной раз собьешься с пути истинного?
– Все не так просто... – угрюмо проворчал Фредерик. – Я начал новую жизнь. Я не хотел, чтобы ты...
– Чтобы я тебя опекала, – безжалостно докончила за него Бенедикта. – Но когда тебе вновь понадобилась моя помощь, ты решил вызвать меня в Неаполь и цинично
– Нет...
– Да. – Бенедикта сверлила брата негодующим взглядом. – Меня от тебя просто с души воротит, Фредди. Видеть тебя не могу! – Она помолчала и, видимо решив, что терять ей нечего, с трудом произнесла: – Тогда, два года назад, когда ты лгал направо и налево, играя чужими судьбами, я была беременна. Когда ты вздумал устраивать мою жизнь за меня, я ждала ребенка от Паоло!
– Нет, – долетел от дверей еле слышный, исполненный муки возглас.
Бенедикта испуганно вскочила.
– Джованна... – убито прошептала она, – я не слышала, как ты вошла.
– Прости, я не хотела подслушивать, – ответила юная итальянка, не обращая внимания на мужа.
– Ты здесь давно? – осведомился Фредерик, с трудом поднимаясь и бросая на сестру убийственный взгляд. – Не знаю, что ты успела услышать и чего не успела...
Демонстративно игнорируя мужа, Джованна шагнула к золовке.
– Значит, ты ждала ребенка от Паоло. – От этих слов невестки сердце у Бенедикты упало. – Я и не знала, что вы с кузеном настолько близки.
– Они и не близки! – отрезал Фредерик. – Должно быть, в ночь нашей свадьбы они... немного увлеклись. Вот и все!
Бенедикта болезненно поморщилась: какое жестокое и вместе с тем правдивое описание их с Паоло отношений! Ведь так оно и было. И сама она повела себя как последняя распутница. У нее даже не хватило здравого смысла настоять на том, чтобы Паоло воспользовался презервативом. Она сходила с ума от любви, она себя не помнила от нетерпения, она так боялась, что Паоло передумает...
Джованна ждала ответа. Молодая женщина вдохнула и выдохнула несколько раз, пытаясь успокоиться, и произнесла:
– Это и впрямь было ошибкой. – Подставлять брата Бенедикта не стала: зачем ей это? Не хватало еще и эту семью разрушить! – Я улетела обратно в Сидней, а на четвертой неделе у меня случился выкидыш.
Джованна закрыла рот ладонью.
– О, Бенни, – всхлипнула она, и ее темно-карие глаза наполнились слезами, – мне так жаль... Такого и врагу не пожелаешь.
– Наверное, это было к лучшему, – солгала Бенедикта. – Трудно воспитывать ребенка одной... А теперь, вы уж меня извините, я вас оставлю. Сегодня вечером я улетаю, а вещи еще не упакованы.
– А как же Паоло? – воскликнула Джованна, глядя на золовку сквозь влажные ресницы. – Ты должна рассказать ему все как есть. Он имеет право знать.
– Нет! Нет, только не это! – одновременно воскликнули Фредерик и Бенедикта. И в кои-то веки молодая женщина была полностью согласна с братом.
– По-моему, ты просто боишься, что Паоло станет винить тебя, Фредерик, – осуждающе произнесла Джованна. – Я пришла
11
До своей квартирки на окраине Сиднея Бенедикта доехала на такси. Она внушала себе, что Кевину будет нелегко отпроситься с работы и встретить ее в аэропорту. Но на самом деле ей просто хотелось по возможности отдалить встречу с женихом. Собственно говоря, ей еще предстояло найти способ разорвать помолвку. А это была задача не из легких, тем более что Кевин ни о чем таком даже не помышляет.
А вот для Бенедикты все разом изменилось. И я сама уже не та, что прежде, удрученно размышляла молодая женщина, шаря в сумочке в поисках ключей. Ибо еще до того, как Паоло оказался полностью оправдан в ее глазах, Бенедикта осознала: ее чувства к любимому неизменны и силы своей не утратили.
Ну не глупо ли это, тем более что Паоло наверняка презирает ее всей душой. Считает, что заигрывала она с ним только для того, чтобы спасти брата. А объяснять Паоло, что, целуясь с ним, она вообще не думала о брате, слишком поздно, даже если бы он и захотел ее выслушать. Их отношения настолько отравлены ложью, выдумками и недомолвками, что, пусть даже ее вины в том нет, Паоло Ланци ни единому ее слову не поверит...
Милая, славная Джованна... Кто, как не она, уговаривал ее не уезжать, не повидавшись и не поговорив начистоту с Паоло. Джованне не составило труда объяснить свою дружескую близость с Паоло Ланци. Юная итальянка проходила курс лечения в надежде забеременеть, а Паоло оплачивал счета от врачей. Джованна вся извелась, мечтая о ребенке, а родителям признаться не смела, опасаясь еще больше настроить их против Фредерика.
И, разумеется, Фредерик утверждал, будто ничего об этом не знал. Так это или нет, но Бенедикта с облегчением убедилась, что Джованна по-прежнему любит мужа, невзирая на все его недостатки и слабости. И даже собиралась попросить отца о ссуде, чтобы выплатить, наконец, долги Фредерика. И хотя теперь, когда тайное стало явным и Фредди предстояло отчитаться за свои грехи перед тещей и тестем, пожалуй, усиленный контроль пойдет ему только на пользу. Великовозрастному оболтусу пора, наконец, научиться отвечать за свои поступки.
Ах, если бы хоть у Фредди с Джованной все закончилось счастливо, удрученно думала Бенедикта, поворачивая ключ в замке и распахивая дверь. Как ни странно, из почтового ящика не торчал ворох газет, а из кухни доносилось радио. В доме кто-то был.
Однако не успела она испугаться и запаниковать, как на пороге гостиной возник очень довольный собой Кевин.
– Сюрприз, сюрприз! – весело объявил он, явно ожидая, что хозяйка квартиры несказанно ему обрадуется. – Старина Крэйги, наш строгий шеф, сегодня захворал и на работу не вышел, так что я ушел на часок пораньше.