В рай без очереди
Шрифт:
– Ну, попробуй поговори. Только гнида он, Ланс. Бесполезно все.
Поговорить с Закосом у меня не вышло. Он уехал на два с половиной дня вместе с деньгами, потом вернулся крепко навеселе и отсыпался еще день. На мой вопрос, нельзя ли отдать напарникам хотя бы тысяч шесть-семь, он широко развел руками и, кривляясь, выдал: «Какые дэнги, дарагой? Нэту больше дэнги…» Ботаник, поморщившись на прямой вопрос Пани, когда мы сможем снова выйти в Зону, напомнил, что мы проданы Пузырю и по факту уже не должны работать на Закоса. Тот на удивление спокойно согласился, посмотрел на Ксанку с Депутатом, плюнул и ушел к себе в дом.
Сионист
– Приветствую, соратник, – негромко, без малейшего акцента проговорил Сионист и крепко пожал мне руку. – Ну, здесь работу дают?
– Так точно, здесь.
– Это вы, значит, в Бермуды ходили, да, Фрилансер? Рисковый вы человек, надо сказать. Но это в каком-то смысле хорошо, да.
Непривычное обращение на «вы», негромкий, мягкий голос несколько не вязались со странной внешностью сталкера. Манера разговора, интонации были едва не профессорскими. Иначе я представлял себе Сиониста. Определенно иначе.
– Ба! Сионист! Е-мое! – Из флигеля вышел Кося и, открыв рот, от удивления даже присел. – Ты? Вот это да… Я слышал, что какой-то сталкер прибудет, но ты? Вот, Ланс, легендарный человек. Теперь Москва вся наша будет! Мы из нее все вытрясем до последнего арта. Хэ-э, Сионист приехал!
– Приветствую, Депутат, – улыбнулся сталкер. – Вот уж не ожидал тебя здесь увидеть. Историями своими никого еще не замучил, нет?
– Во, я же говорил, знает меня Сионист, говорил же! – Кося цвел, как майская роза. – Та еще Зона, наша, э-эх! Как там Лунь с девкой своей? Живы аль нет? Слухи ходили всякие, когда я уезжал.
– Живы они. Я лично у профессора Зотова интересовался. В Крыму домик купили, Лунь ученых консультирует да какие-то статьи строчит. Будешь в Украине, «пятое музыкальное» поймай, заодно и Хип послушаешь, она там диджействует периодически. Говорят, их недавно опять в Зоне видели…
– Да уж эти-то могут, за уши не оттащишь… – Кося чуть не захлебывался. – Что другие? Как они?
– Викинг погиб. – Сионист помрачнел. – Фреон без вести пропал. Гопстоп в Зону ходит, но уезжать не собирается. Ну и другие молодцы, коптят потихоньку, хотя и разбегаются один за другим. Европа помалу наступает, а с их новыми порядками не особенно и посталкеришь. Наши же финансирование теряют из-за новых Зон, вот и наступает сталкеру край. Здесь, говорят, теперь лучше.
– Ну, я с Фрилансером маленько побродил тут, – важно, с чувством кивнул Кося. – Нашли кое-чего, от мутантов отбились – он вообще молодец, не смотри, что молодой. Здорово мне помог. Фильм сняли, покажу, посмотришь…
Сионист снова улыбнулся.
– Узнаю Депутата. Не изменился.
На пороге дома появился Закос.
– О, едренать, сталкеры приихалы. Здоровеньки булы, или как там у вас положено приветствовать… Ты Сионист? Еврей, да?
– Добрый день, Паня. – Сионист сел за садовый столик, положил на столешницу скрещенные руки, кивнул. – Да, еврей. Давайте теперь побеседуем о делах.
– Обшмонали? – поинтересовался Закос у бандитов,
– А как же, шеф? Чисто все. – Цапель длинной струей сплюнул в пыль. – Стволов нет, ножи вытащили.
Сионист мельком глянул на Цапеля и вздохнул.
– Вот это я понимаю, вот это молодцы ребята. – Паня сразу повеселел. – Ну, о делах, значит, о делах. Мои условия шоколадные, сталкер. Налог пятьдесят процентов, меньше по Москве ни у кого из контор нет, звиняй. Но барыга у нас теперь дельный, платит по-божески, внакладе вы не останетесь так это точно. Это правильно, мужик, что ты к нам обратился. Хабар у нас по хорошей цене берут. Даже лучшей.
– Значит, мы платим вам половину с найденных артов, верно? – мягко поинтересовался Сионист.
– Не только. Половина всех доходов с нашего участка. Главный у нас Кореец, и весь юг Москвы вдоль МКАД его плюс Бермуды и три песчаных карьера. Саларьево еще есть, там все наше. В других местах тоже ходить, в общем, можно, главное, тамошней братве не попадаться.
– Понятно. Где мы проживаем, Закос?
– Да тут и проживаете. Флигель есть на лето и осень, зимой я вам фатеру найду для съема. Ну, не бесплатно, естественно.
– Тоже ясно. Теперь что вы даете нам взамен?
– Ну… Порядочек я тебе даю взамен, сталкер. По-ря-до-чек, понял? И разрешение я тоже даю на нашей земле зарабатывать. Как бы так.
– Это все?
– Натурально, все. А ты что хотел? Или, может, ты предложишь другие условия?
– Предложу.
– И какие же? – Закос, широко ухмыльнувшись, откинулся на стуле и сделал рукой приглашающий жест.
– Вот, держи список. – Сионист кивнул, неуловимым движением извлек из-за пазухи пистолет и выстрелил. Все произошло так быстро, что бандит даже не перестал улыбаться, когда прямо посередине лба у него возникло небольшое круглое отверстие. Улыбка поплыла, Паня обмяк лицом и начал медленно сползать со стула. Из его ноздрей на рубашку с журчанием полились две толстые красные струи. Сионист, оттолкнувшись от столика, кувыркнулся назад, а я в каком-то оцепенении выслушал несколько металлических чихов из кустарника напротив дороги, сопровождаемых громкими шлепками. Трое бандитов у машины, не успевших даже схватиться за короткие автоматы, дружно выпустили из голов длинные розовые шлейфы и тут же плавно улеглись на землю, не успев издать ни звука.
– Ах, еп… – вскрикнул выбежавший Цапель, так и не успевший закончить фразу. На лице бандита в облачке красных брызг как-то разом исчезла переносица, а стена дома украсилась широкой кровавой кляксой.
– Держи, Ланс. – Подбежавшая Ксанка бросила мне «Сталкер» и дробовик. – Сейчас начнется.
– Ложись, – приказал я. И вовремя.
Высыпавших из дома бандитов расстреливали короткими, злыми очередями из кустов, из окон соседней недостроенной дачи, из густой травы и зарослей сирени слышались ватные звуки глушителей. Пули стегали по окнам, оставляя белые кляксы пробоин, волнами поднимали шторы, в воздухе летала пыль и мелко покрошенная щепа. Бандиты, бестолково отстреливаясь, один за другим валились на ступени дома и дорожку, по бетонной плитке на глазах растекались кровавые ручейки. Кто-то истошно, визгливо заорал, выбил окно и попытался убежать в лес, где крик и захлебнулся. Один из бандитов кинулся к автомату, схватил оружие и, оскалившись, отвел затвор…