В подручных у киллера
Шрифт:
– А какую операцию он будет проводить? – полюбопытствовала Маня.
– Не хирургическую, это уж точно, – засмеялся Никита.
А в больнице тем временем происходило следующее: ровно через полчаса к дверям реанимационного отделения подошел Иван Егорович Шишмарев. Он заметно волновался. К нему тотчас же вышел капитан Куваев в белом халате и, широко улыбнувшись, сказал:
– Порядок, я уже договорился обо всем. Идемте. Только не больше двух минут!
– Спасибо, дружище. Вот!
И он попытался
– Нет-нет, это потом. Мы вместе выйдем, тогда уж…
– Дело твое.
Куваев ввел его в палату, где лежало пять женщин. Они были прикрыты простынями и подключены к разным приборам.
Шишмарев был белый как мел, и руки у него дрожали.
– Где она? – шепотом спросил он.
– Вот…
– Миша, на минутку! – позвал девичий голос.
– Я сейчас! – отозвался Куваев и вышел из палаты.
Шишмарев, воровато оглядевшись, подскочил к койке Томилиной и повернул какой-то рычажок на пульте прибора. Но в тот же миг кто-то сзади схватил его и прошептал на ухо:
– Вы арестованы, господин Шишмарев. За попытку убийства!
Он хотел что-то крикнуть, но рот ему зажали и вытащили из палаты. Жизнь Людмилы Захаровны Томилиной была спасена, а опасный преступник обезврежен. Все произошло в считаные секунды, и практически никто ничего не заметил. Но в этом была уже заслуга капитана Куваева, который так ловко все организовал. Однако сам он считал, что в этом деле ему просто сопутствовала удача. Что он там говорил сегодня Гошке: вот бы ему долю их везения? Так вот же оно, его везение, поджидает во дворе. В лице этих симпатичных ребятишек!
Глава XII
Неожиданный визит
Радости ребят не было предела! Преступник арестован! Людмила спасена! И старушке Алевтине Донатовне ничто больше не угрожает!
– Это надо отпраздновать! – сказала Саша. – Завтра приходите к нам. Мы с Манькой испечем торт!
– В такую жару печь торт? – завопила Маня. – Это кошмар!
– А что же? – задумалась Саша. – Вообще-то ты права.
– Да ничего не надо, – сказал Никита, – купим мороженое – и хватит. Я тебе, Маня, все равно мороженое должен.
– Нет, так неинтересно, в кафе ты меня еще сводишь, – заметила Маня. – Вы окрошку любите?
– Очень! – в один голос ответили мальчишки.
– Тогда приходите на окрошку! Мы целую бадьищу наготовим.
– Бадьищу! – засмеялся Гошка. – Это хорошо.
– А мне жалко, что с нами нет вашей Ксюши, – сказала Саша. – Ведь если бы не она…
– Ну ничего, когда она приедет…
– Давайте отложим до ее возвращения, – предложил Никита.
– Нет, ничего откладывать не надо. А то потом уже вернется мама, и вообще… Лучше два раза отпразднуем! – закричала Маня.
– Один праздник хорошо, а два лучше! – радостно захохотал Гошка.
– Вот
Утром Гошка проснулся в роскошном настроении. Благодаря их усилиям вчера на месте преступления был пойман преступник, а сегодня вечером будет окрошка, приготовленная Сашей, и никто не помешает Гошке смотреть на нее сколько влезет! Разве жизнь не прекрасна?
– Сын, ты что, влюбился? – вернул его к действительности голос мамы.
– А? Что?
– Почему ты не ешь? Это же твой любимый омлет! И смотришь куда-то вдаль… Типичные признаки влюбленности.
– Мам, прекрати! Просто я задумался…
– Ну-ну, не хочешь говорить, не надо. А она хорошенькая?
– Кто она?
– Твоя девочка, кто же еще!
– Мама!
– Все! Молчу! – ласково улыбнулась мама и потрепала Гошку по голове. – Как же ты быстро растешь…
– Мам, а как твои дела, ведь уже выставка скоро. Успеваешь?
– Успеваю, успеваю… Только вот тебя совсем забросила.
– Ерунда, разве я похож на заброшенного? – засмеялся Гошка.
– Ну, не очень… Разве что на полузаброшенного. Вон как оброс, неплохо бы подстричься: зачем такие патлы в жару? Я дам тебе денег, подстригись, будь добр…
– Хорошо, если это необходимо для очистки твоей совести…
– Вот именно! – засмеялась мама и чмокнула его в макушку. – Ну все, я побежала! Посуду помоешь, ладно?
– Ладно, беги!
Мама ушла. Гошка помыл посуду, вытер стол и плиту и даже пол подмел, упиваясь собственным великодушием. И тут в дверь позвонили.
Кто бы это мог быть?
– Кто там? – на всякий случай спросил Гошка и прильнул к «глазку». За дверью стоял незнакомый мужчина.
– Георгий Гуляев здесь живет?
– Здесь. А вы кто?
– Я к тебе по делу, Гоша, – негромко сказал мужчина. – Открой! Не бойся.
– Нет, вы скажите, зачем я вам нужен, – снова проявил осмотрительность Гошка.
– Я из милиции, посмотри в «глазок» на удостоверение.
– Вы от Куваева?
В «глазок» он увидел какой-то документ, но что там написано, было не разобрать.
– Нет, никакого Куваева я не знаю. А вот ты знаешь Ростислава Ивановича Корзуна?
– Да! – ответил Гошка, хотя впервые узнал его фамилию.
– Так, может, впустишь? Впрочем, если ты боишься, я подожду тебя внизу на лавочке. Ты молодец, осторожный! Всем бы такими быть.
И Гошка не выдержал, открыл дверь. На пороге стоял мужчина лет под сорок с папкой в руках.
– Ну здравствуй, Георгий! Меня зовут Алексей Алексеевич Бузылев. Я следователь…
– Заходите, пожалуйста! Садитесь… – Гошка старался загладить свою недоверчивость, возможно обидную для этого человека. Ему было безумно интересно, зачем явился к нему следователь.