В плену сновидений

Лэй Мэри

– Что? Ты же, точно, шла ко мне не в шахматы играть, – остудил ее пыл Айзек.

Пришедшие уединились в комнате, а мы с моими новыми братанами продолжили играть. Разум уже затуманился, и я плохо соображала, что происходит, успевала только нащупывать стакан со спиртным и подносить ко рту. Кажется, пиво уже закончилось, и мы пили что-то другое.

Затем, видимо, я резко вырубилась, потому что начала видеть сон с Амалией в главной роли. Правда, на этот раз чертовка меня удивила и соблазнила Рона! Я уважала эту роковую женщину, но использовать для

эротического удовлетворения парней из моей реальной жизни – это уже перебор.

Утром я проснулась в чьей-то комнате. По развешанным на стенах картам идей и бизнес-планам, догадалась, что принадлежала она Рону. Через несколько минут в дверях появился и сам хозяин с подносом в руках. Завтрак в постель от друга, как это заботливо.

– Яичница и кофе для моей принцессы, – пропел парень и вдруг чмокнул меня в губы.

– Что? – я почувствовала, как округлились мои глаза, желая вылезти из орбит.

– Слишком тороплюсь? – улыбнулся Рон.

– Что вчера произошло?

– У нас был чудесный секс. Ты не помнишь?

– Разве это не Амалия?

– Амалия? Кто такая Амалия? – не понял молодой человек.

А мне стало страшно от осознания, что Амалия как-то вырвалась в реальный мир и совратила моего ни о чем не подозревавшего коллегу.

Пулей выпрыгнув из кровати Рона, я побежала в санузел и заперла дверь на замок. Шторка в ванной была закрыта, но оттуда исходил звук бултыханий.

– Кто здесь? – в один голос с чьим-то мужским произнесла я.

– Милли, это ты? – удивился Люк.

Я узнала его растерянные интонации в голосе, когда он обращался к женскому полу.

– Да, прости. Уже ухожу, – бросила быстро, а после умчалась обратно в комнату Рона, где меня ждал не менее пораженный мужчина.

Коллега и сам не мог поверить в случившееся этой ночью. Моя реакция не добавляла плюсиков в его и без того хрупкую самооценку.

– Мне нужно собираться на работу, – попыталась сделать вид, словно метания по лофту – следствие страха опоздать.

– Дорогая, ты забыла? На работу нам в одно место, – улыбнулся Рон, демонстрируя на щеках не только веснушки, но и ямочки.

Ни в одном, даже бредовом сне, я не представляла коллегу и себя вместе. Рыжие сальные волосы отвращали всякое желание иметь даже малейшую симпатию к нему, как к мужчине. Неужели алкоголь настолько задурманил мысли, что я пошла на такой отчаянных шаг в противоположную сторону от своих идеалов?

Не знаю почему, но занимаясь сексом с кем-либо, я всегда ощущала чувство вины перед Себастьяном. Словно изменяла ему, предпочитая партнеров, абсолютно не равных боссу.

Все же выказывать встречное тяготение к Рону я не намеревалась. Соврав, что перед работой у меня есть неотложные дела, выбежала на улицу, чтобы вдохнуть свежий и прохладный воздух. Я соскучилась по нему за такой короткий срок в вонючей квартире трех холостяков. Морозное утро отрезвляло, но я не была до конца уверена, вышел ли весь алкоголь из моего организма.

– Мистер Макдугл? Это Милли Стоун, – дрожащим голосом

проговорила в трубку своего телефона.

– Я слушаю, – холодно отозвался Себастьян, на другом конце провода.

– Мне кажется, я немного приболела. Могу ли сегодня поработать дома? – намеренно соврала, чтобы лишний раз не показываться в офисе и не терпеть насмешки коллег после рассказов Рона о нас.

– Нет. Сегодня важное совещание и ты нужна в «Pegasus», – ответил начальник, положив трубку, даже не дождавшись моего ответа.

После его слов грусть прошла мигом, ведь я была нужна Себастьяну для чего-то очень важного. Мужчина мечты рассчитывал на мое присутствие, поэтому никакой стыд из-за ночи с Роном не заставит упустить этого момента.

– Симона Абвел, – произнесла Кимберли, как только я вошла в холл издательства.

Выскочка любила произносить никому непонятные имена, наивно ожидая от людей ответной реакции. Моей же стало вопросительное выражение лица.

– Так зовут парикмахера. Тебе срочно необходимо ее посетить, иначе гнездо на голове не сможет расчесать ни одна расческа, – усмехнулась блондинка, поправляя идеальную укладку.

Конечно, после бурной ночи я догадывалась о своем неопрятном виде, но укор Кимберли задел до глубины души. Пришлось по пути к рабочему месту пойти в уборную, где попытки привести себя в надлежащий вид не увенчались успехом. Тогда предательская слеза скользнула по щеке, обнажая отчаяние. Дополнили список неудач в туалете бумажные полотенца, которые закончились именно на мне. Пришлось зайти в кабинку, чтобы отмотать туалетной бумаги, чтобы вытереть слезы.

Только оказавшись в кабинке, услышала голоса приближающихся мужчин, о чем-то оживленно беседовавших.

– Черт, ты и тихушница Милли? Серьезно? – спросил эмоционально один.

– Я и сам не могу поверить, – восторженно откликнулся второй.

Голоса принадлежали Рону и Дэйву, еще одному из моих коллег по издательской деятельности. По их бурному разговору и шуму струек воды я осознала, что перепутала туалеты и все это время находилась в мужской уборной.

– Ну и как она? – спросил вновь Дэйв.

– Лучшая из тех, что у меня были! – с придыханием ответил мой недавний партнер.

Слезы опять подступили к горлу, как только представила, скольким успел похвастаться Рон, восхваляя меня, как Богиню Секса. Какая слава теперь ждала за дверями этого туалета? Никто еще не забыл случайный оргазм, как в огонь обсуждений подкинули новые паленья.

Юноши удалились, предоставив возможность распрощаться с былой славой «тихушницы», какой назвал меня Дэйв. Всхлипы заглушали все посторонние звуки, поэтому я не заметила, как в уборную снова зашли.

– Милли, что ты здесь делаешь? – из-за закрытой двери обратился бархатный голос.

Я не поняла, как Себастьян распознал по всхлипываниям именно меня, но постаралась сделать вид, словно обратились не по адресу.

– Выходи, я вижу твои ботинки, – не отступал босс, не сменяя строгий тон.