В плену Хранителя

Золотарева Елена

Выпутавшись из нагретого моим теплом одеяла, я потрясла головой, пытаясь вернуть здравомыслие. Не может такого быть! Я не могу слышать чужие мысли. Неправда.

— Фален!

От недовольного громкого голоса Хранителя, ворвавшегося в мою комнату, меня бросило в холод.

Правда. Это правда.

Девушки увидели Хранителя, испугались, а я прочла их мысли.

Я попятилась назад, чувствуя, как слабеют руки, и без того ватные после сна. Их не убил, меня убьет.

Я вспомнила, как его пальцы жестко сжали

шею, подавляя сопротивление, и представила, что он сделает со мной сейчас, когда я, похоже, проспала обряд. Точно убьет.

Напряженное лицо с резкими очертаниями не предвещало никакой пощады. Он был зол. Быстрым шагом он оказался у кровати, а меня будто льдом сковало. Я втянула шею и прикрыла глаза, испугавшись, что он просто меня сломает как тонкую веточку, а так я вроде уже не жива. Даже вот не дышу.

Матрас в метре от меня прогнулся. Тепло руки лизнуло щеку, а я дернулась, будто меня сейчас ударят.

Он поймал упавшую на лицо прядь и завел ее за ухо.

— Малыш, что с тобой?

Опасно верить человеку, который хочет воспользоваться тобой. Я нужна лишь как женщина, которая родит ему сына. Это не любовь! Не любовь!

— Ты боишься меня?

Он придвинулся ближе и повернул мое лицо. И как бы мне не хотелось отвернуться, пальцы, сжимающие подбородок, не давали сделать этого.

Его пристальный взгляд требовал ответа. А мне терять было нечего.

— Да. Я боюсь тебя, — с трудом выговорила дрожащими губами.

Он разочарованно выдохнул, надолго прикрыв глаза, и отпустил. Встал с кровати и пошел к двери.

Неужели передумал?

Эта мысль воодушевила настолько, что я почувствовала зарождающуюся улыбку, но тут же сникла. Хранитель забрал что-то у дев, стоящих за пределами моей спальни, и направился ко мне.

Сосуд, украшенный разноцветными стекляшками, парил, оставляя после себя голубоватый шлейф тумана. Рэй вернулся на то же место, где сидел минутой ранее и медленно поднеся к губам бутылочку, сделал глоток. Затем еще один и протянул ее мне. В нос ударил аромат аниса, смешанный с чем-то незнакомым, и я отвернулась, плотно сжимая губы.

— Не буду! — не хватало еще, чтобы меня опоили. Нет уж.

— Тебе понравится. Выпей, — ничуть не злясь, и как-то уж слишком приторно проговорил Рэй.

Да и черт с ними! Сбежать не дадут, хотя бы напьюсь, чтобы не помнить всего кошмара, что будут со мной вытворять.

Я перехватила бутылку, и выдохнув, опрокинула ее содержимое в себя.

— Глотка хватит!

Но я пила залпом, морщась от кисло-сладкого вкуса, а жидкость растекалась внутри меня, взрываясь тысячей бомбочек.

— Хватит! — Рэй силой выхватил сосуд, и ручейки синей жидкости потекли по подбородку. Капнули на простынь, оставляя голубоватые кляксы.

А внутри меня разгорался пожар. Будто кислоты глотнула. Жгло даже в тех местах, где жидкость попала на кожу.

— Когда ты

начнешь меня слушать? — выругался Рэй, одним ловким движением сгребая меня, и подтягивая ближе, чтобы потом подхватить на руки.

Мне казалось, я превращаюсь в огнедышащего дракона. Я выдыхала невидимый огонь, и только вдох приносил прохладу. Но и то лишь снаружи. Внутри все кипело.

— Воды! — я оглядывалась в поисках стакана со спасительной влагой, но Рэй целенаправленно нес меня в душевую зону, бубня под нос ругательства.

— Вода не поможет! Несносная ты женщина!

— Сам сказал, выпей.

Он ничего не ответил, но в глазах читалось явное желание надавать мне по заднице. И почему-то мне это понравилось.

— Ну давай, выпори меня! — рассмеялась я, чувствуя, как шальное веселье ударяет в голову.

— Началось… — выдохнул он, ставя меня на ноги.

А у меня действительно началось. Я стала пританцовывать под мелодию, звучащую в голове, строя глазки этому чурбану.

То пей, то не пей! Да если бы я знала, что от этой штуки так весело будет, давно бы истощила все ее запасы! Правда жжется чересчур. Но это ничего! Главное, мне так хорошо!

— Мне так хорошо! — пропела я, вскидывая руки кверху, пока Рэй настраивал водный режим, — что за пойло хранится в ваших погребах, милорд?

Дурной, истерический смех вырвался из меня, и я чуть не поскользнулась на мокром полу.

— Да стой ты! — вовремя подхватил меня, и прислонил к стене, чтобы не дергалась.

Он снял со стены лейку, брызгающую длинными каплями, и направил на лицо прохладную струю.

— Терпи! — строго приказал он, продолжая прижимать к стене. А я и не думала вырываться. Холодная вода отлично унимала горящую кожу.

Он убирал воду лишь на секунду, чтобы дать мне вдохнуть, и в этот момент подбородок, куда попали капли синей жидкости, снова начинало нестерпимо жечь.

И только спустя минут пять, жар сменился приятным теплом, и Рэй, будто почувствовав это, направил струю на себя.

— Что, тоже жарко? — съязвила я, сдерживая смех.

— С тобой бывает по-другому? — по его лицу стекали капли, делая его еще мужественнее. Они будто подчеркивали его густые брови, красивый нос, острые скулы с порослью щетины, — иногда мне кажется, что это ты питаешься моими эмоциями. Тебе нравится выводить меня?

Он говорил тихим низким голосом, от которого во рту ту же пересохло. А еще он стоял так близко, что я животом чувствовала твердость его члена, который, рвался из плотной ткани, готовый наказать меня по полной.

— Ну давай, отшлепай меня за это! Твоя плохая девочка готова!

Какой-то частью мозга я понимала, что несу бред, но ту дикарку, даже нет, похотливую сучку, что жила во мне параллельно с примерной заучкой, было не заткнуть.

Перед глазами все резко переменилось, и мои бедра обожгло.