В ожидании Годо
Шрифт:
Э. – Потому что не хотим сказать вам глупость.
В. – (успокаивающе) Сейчас вечер, сударь, мы пришли под вечер. Мой друг пытается заставить меня усомниться в этом, и я, должен признаться, колебался некоторое время. Но я не просто так прожил этот долгий день и я могу вас уверить, что он подходит к концу. (Пауза.) Кстати, как вы себя чувствуете?
Э. – Сколько еще придется его так держать? (Они пробуют его
В. – Вы говорили, что раньше у вас было хорошее зрение, если я правильно вас понял?
П. – Да, оно было очень хорошим.
Молчание.
Э. – (раздраженно) Дальше! Дальше!
В. – Оставь его в покое. Разве ты не видишь, что он вспоминает о своем счастье. (Пауза.) Memoria praeteritorum bonorum [1] – это должно быть тяжело.
1
Память о прошедшем счастье (лат).
П. – Да, очень хорошее.
В. – И с вами что случилось внезапно?
П. – Очень хорошее.
В. – Я спрашиваю, это случилось с вами внезапно?
П. – В один прекрасный день я проснулся слепым как крот. (Пауза.) Иногда я себя спрашиваю, не сплю ли я все еще.
В. – Когда это?
П. – Не знаю.
В. – Но не раньше чем вчера…
П. – Не расспрашивайте меня. Слепые не ощущают время. (Пауза.)
В. – А! Я был уверен в обратном.
Э. – Я ухожу.
П. – Где мы?
В. – Не знаю.
П. – Может, мы в так называемом Ла Планше?
В. – Не знаю.
П. – На что это похоже?
В. – (оглядываясь) Я не могу описать. Это ни на что не похоже. Тут нет ничего. Тут одно дерево.
П. – Тогда это не Ла Планше.
Э. – (сгибаясь) Вот тебе и развлечение.
П. – Где мой слуга?
В. – Он здесь.
П. – Почему он не отвечает, когда я его зову?
В. – Не знаю. Похоже, он спит.
П. – А что произошло, на самом деле?
Э. – На самом деле!
В. – Вы оба упали.
П. – Посмотрите, может, он ранен?
В. – Но мы не можем вас бросить.
П. – Вам
В. – (Эстрагону.) Иди ты.
П. – Да, пусть ваш друг пойдет. От него так плохо пахнет. (Пауза.) Чего он ждет?
В. – (Эстрагону.) Чего ты ждешь?
Э. – Я жду Годо.
В. – Что в самом деле он должен делать?
П. – Ну, пусть сперва дернет за веревку, только осторожно, чтобы его не задушить. Обычно он на это реагирует. Если нет, пусть бьет его по лицу и в пах как можно сильнее.
В. – (Эстрагону.) Видишь, тебе нечего бояться. Это даже случай отомстить.
Э. – А если он будет защищаться?
П. – Нет, нет, он никогда не защищается.
В. – Я сразу же прибегу на помощь.
Э. – Не теряй меня из виду. (Идет к Лакки.)
В. – Сначала посмотри, живой ли он. Нет смысла бить его, если он мертвый.
Э. – (склонившись над Лакки.) Он дышит.
В. – Тогда начинай.
Внезапно придя в ярость, Эстрагон бьет ногами Лакки, крича при этом. Но больно ушибает ногу и отходит, испуская стоны. Лакки приходит в себя.
Э. – (стоя на одной ноге) О, скотина!
Эстрагон садиться, пытается снять башмаки, затем успокаивается, ложится калачиком, согнув голову к коленям и обхватив её руками.
П. – Что случилось?
В. – Мой друг ушиб ногу.
П. – А Лакки?
В. – Значит, это действительно он?
П. – Как так?
В. – Это действительно Лакки?
П. – Я не понимаю.
В. – А вы Поццо?
П. – Конечно, я Поццо.
В. – Те же, что и вчера?
П. – Что и вчера?
В. – Мы виделись вчера. (Молчание.) Вы не помните?
П. – Я не помню, что кого-то встречал вчера. Но завтра я не вспомню, что кого-то встречал сегодня. Не рассчитывайте на меня, если хотите узнать. И хватит об этом. Встать!
В. – Вы его вели на рынок святого Спаса, чтобы продать. Вы с нами разговаривали. Он танцевал. Он думал. Вы хорошо видели.
П. – Если вам так хочется. Отпустите меня, пожалуйста. (Владимир отходит.) Встать!