В ожидании Годо
Шрифт:
Эстрагон закрывает глаза, шатается еще сильнее.
Э. – (останавливаясь, бешено размахивая кулаками.) Господи, сжалься надо мной!
В. – (обиженно) А я?
Э. – Надо мной! Надо мной! Сжалься! Надо мной!
Входят Поццо и Лакки. Поццо ослеп. Лакки несет его вещи, как и в первом акте. Веревка, которой привязан Лакки, немного
П. – (цепляясь за Лакки, который шатается под новой тяжестью.) Кто здесь? Кто кричал?
Лакки падает, выпуская все из рук и увлекая за собой Поццо. Они неподвижно лежат посреди вещей.
Э. – Это Годо?
В. – Как нельзя кстати. (Идет к ним, за ним Эстрагон.) Вот и подкрепление!
П. – (беззвучным голосом) На помощь.
Э. – Это Годо?
В. – Мы начинаем разговариваться. А это скрасит нам вечер.
П. – Ко мне!
Э. – Он зовет на помощь.
В. – Мы больше не будем одни ждать ночь, ждать Годо, ждать… ждать. Весь вечер мы сражались своими силами. Теперь этому конец. Уже настало завтра.
П. – Ко мне!
В. – Уже теперь время течет по другому. Солнце сядет, взойдет и луна, и мы уйдем… отсюда.
П. – Сжальтесь!
В. – Бедный Поццо!
Э. – Я знал, что это он.
В. – Кто?
Э. – Годо.
В. – Но это не Годо.
Э. – Не Годо?
В. – Не Годо.
Э. – Тогда кто это?
В. – Это Поццо.
П. – Это я! Это я! Поднимите меня!
В. – Он не может встать.
Э. – Пойдем.
В. – Мы не можем.
Э. – Почему?
В. – Мы ждем Годо.
Э. – Ах, да.
В. – Может, у него есть еще кости для тебя.
Э. – Кости?
В. – Цыпленок. Не помнишь?
Э. – Это был он?
В. – Да.
Э. – Спроси у него.
В. – Может, ему сперва помочь?
Э. – В чем?
В. – Подняться.
Э. – Он не может подняться?
В. – Он хочет подняться.
Э. – Тогда пускай поднимется.
В. – Он не может.
Э. – Что с ним?
В. – Не знаю.
Поццо извивается, стонет, бьет кулаками о землю.
Э. – Может, у него сперва попросить
В. – Ты хочешь сказать, что он в нашей власти?
Э. – Да.
В. – И что мы должны поставить условия, на каких мы будем ему помогать?
Э. – Да.
В. – Действительно, умно придумано. Но я кое-чего опасаюсь.
Э. – Чего?
В. – Что вдруг очнется Лакки. Тогда нам попадет.
Э. – Лакки.
В. – Тот, кто тебя вчера побил.
Э. – Я же тебе сказал, что их было десять.
В. – Да нет же, раньше, тот, кто тебя бил ногами.
Э. – Он здесь?
В. – Ну посмотри. (Показывает.) Пока он не двигается. Но он может сорваться с цепи в любую минуту.
Э. – А что если нам его хорошенько проучить?
В. – Ты хочешь сказать, что мы можем броситься на него, пока он спит?
Э. – Да.
В. – Хорошая идея. Но способны ли мы на это? Спит ли он на самом деле? (Пауза.) Нет, лучше воспользоваться тем, что Поццо зовет на помощь и помочь ему, рассчитывая на его признательность.
Э. – Но он не…
В. – Не будем тратить время на пустые разговоры. (Пауза. С чувством.) Сделаем что-нибудь, раз представляется случай. Не каждый день мы бываем нужны кому-то. Конечно, не мы именно нужны кому-то. Другие смогли бы сделать так же, а то и лучше. Призыв, что мы услышали, он скорее адресован всему человечеству. Но на этом месте, в этот момент, человечество – это мы, нравится нам это или нет. Воспользуемся этим, пока не стало слишком поздно. Достойно представим те отбросы общества, с которыми сравняла нас беда. Что ты об этом скажешь? (Эстрагон ничего не говорит.) Правда в том, что, взвешивая, сложа руки, все за и против, мы отдаем дань нашему социальному положению. Тигр бросается на выручку своих сородичей не раздумывая ни секунды. Или спасается бегством в густом кустарнике. Но суть не в этом. Что мы здесь делаем, вот о чем мы должны себя спросить. Нам повезло, что мы знаем. Да, во всем этом ужасном хаосе ясно одно: мы ждем, когда придет Годо.
Э. – Ах, да.
В. – Пусть настанет ночь. (Пауза.) У нас назначена встреча, этим все сказано. Мы не святые, но у нас назначена встреча. Сколько людей может вам ответить так же?
Э. – Тысячи.
В. – Ты так думаешь?
Э. – Не знаю.
В. – Возможно.
П. – На помощь!
В. – Что совершенно точно, так это то, что в такой момент время течет медленно и заставляет нас разнообразить его поступками, которые, как бы это сказать, могут на первый взгляд показаться разумными, но к которым мы привыкли. Ты скажешь, что это чтобы не дать угаснуть нашему разуму. Это само собой разумеется. Но не блуждает ли он уже в вечной ночи подземелий, вот о чем я себя иногда спрашиваю. Ты следишь за моей мыслью?