В ожидании Годо
Шрифт:
В. – (Эстрагону.) Дай ему шляпу.
Э. – Я? После того что он мне сделал? Никогда!
В. – Тогда я ему дам. (Не двигается.)
Э. – Пусть сам возьмет.
П. – Лучше ему её дать.
В. – Я ему дам.
Поднимает шляпу, протягивает Лакки на вытянутой руке. Лакки не двигается.
П. – Надо её надеть.
Э. – (Поццо.) Скажите, чтобы он сам её взял.
П. – Лучше её надеть.
В. – Я её надену.
Он обходит с опаской Лакки, медленно приближается сзади, одевает ему на голову шляпу и быстро отходит. Лакки не двигается. Молчание.
Э. – Чего мы ждём?
П. –
Лакки – С другой стороны, если взять…
П. – Стой! (Лакки умолкает.) Назад! (Лакки отходит назад.) Здесь! (Лакки останавливается.) Но! (Лакки поворачивается к публике.) Думай! (Напряженное внимание Эстрагона и Владимира. Подавленность и отвращение Поццо.)
Л. – (монотонно) Дано существование Бога личного, каковым оно представлено в работах Штампа и Ватмана какакака седобородого кака вне времени и протяженности что с высот своей божьей апатии своей божьей атамбии своей божьей афазии нас любит за редким исключением неизвестно почему но придет и страдание что подобно божественной Миранде с теми кого неизвестно почему но у нас есть время в муках и огнях что огонь и пламя если это продлится хоть недолго и кто может в этом сомневаться зажгут наконец стропила к сведению вознесут ад к облакам голубым иногда еще тихим спокойным своим спокойствием таким спокойным что бесконечен но не менее ждут его но не будем забегать вперед и коль скоро с другой стороны в результате трудов неоконченных однако увенчанных лаврами Акакакакадемии Антропометрии в Берне на Брессе Дебиляра и Дуранда (Эстрагон и Владимир начинают перешёптываться. Страдания Поццо увеличиваются.) доказано безошибочно с возможным просчётом свойственным человеческим расчетам что в результате трудов неоконченных трудов Дебиляра и Дуранда доказано казанно казанно что исходя исходя исходя сходяи впрочем не будем забегать вперед неизвестно почему в результате работ Штампа и Ватмана совершенно ясно но ясно что в виду того что усилия Фартов и Белькера неоконченных неоконченных неизвестно почему Дебиляра и Дуракуса что человек выясняется что человек в Брессе Дебиляра и Дуранда что человек короче говоря человек короче наконец несмотря на прогресс в питании и отправлении нужд чахнет и в то же (Эстрагон и Владимир успокаиваются, снова слушают. Поццо всё больше и больше нервничает, испускает стоны.) время параллельно неизвестно почему несмотря на развитие физической культуры и спорта как то как то теннис футбол и мотоспорт и велоспорт водный спорт конный спорт авиаспорт канотация теннис камотация конькобежный спорт как на льду так и на асфальте теннис на газоне на пихте на земле авиаспорт теннис хоккей на земле на море и в воздухе пенициллин и заменители короче я продолжаю и в то же время параллельно уменьшаться неизвестно почему несмотря на теннис короче я продолжаю авиаспорт гольф на девять и восемнадцать лунок теннис на льду короче неизвестно почему в Сене Сене-и-Уазе Сене-и-Марне Марне-и-Уазе к слову одновременно параллельно неизвестно почему чахнут и уменьшаются я продолжаю Уазе Марне короче чистой потери со смерти Вольтера порядка два дюйма сто граммов на душу в среднем почти округленно раздев догола в Нормандии почему неизвестно короче неважно и словом впрочем факты налицо и важней несомненно с другой стороны что выявляется важнейшее (Восклицания Эстрагона и Владимира. Поццо вскакивает и дергает за верёвку. Лакки дергает за верёвку, шатается, кричит. Все бросаются на Лакки, тот отбивается, выкрикивает свои слова.) в свете забытых опытов Штейнвега и Петерманна выявляется что на селе в горах и на берегу моря и водных потоков и огня воздух тот же и земля к сведению и воздух и земля в мороза и земля юдолью камней в лютые холода в седьмом столетьи их эры эфир земля море юдолью камней в великих глубинах и в лютые холода на море и на суше и у чёрта на куличках я продолжаю неизвестно почему несмотря на теннис факты на лицо неизвестно почему я продолжаю следующий короче наконец к сожалению юдолью камней кто может в этом сомневаться я продолжаю но не будем забегать вперед я продолжаю головой в то же время параллельно неизвестно почему несмотря на теннис следующий борода пламя плачь камни голубые спокойные к сожалению головой головой головой головой в Нормандии несмотря на теннис незаконченные забытые труды серьезней камни короче я продолжаю к сожалению к сожалению заброшенные незаконченные головой головой в Нормандии несмотря на теннис на голову к сожалению камни Дуранд Дуранд (Свалка. Лакки издает ещё несколько криков.) Теннис!.. Камни!.. Спокойные!.. Дуранд!. Неоконченные!.
П. – Шляпу!
Владимир завладевает шляпой Лакки, который замолкает и падает. Молчание. Тяжёлое дыхание победителей.
Э. – Я отомщён.
Владимир
П. – Дайте её мне! (Вырывает шляпу из рук Владимира, бросает на землю, топчет.) Теперь он больше не будет думать!
В. – А он сможет ходить?
П. – Я буду его водить. (Бьет Лакки ногами.) Встать! Свинья!
Э. – Может, он помер?
В. – Вы его убьёте.
П. – Встать! Падаль! (Дёргает за верёвку, немного сдвигает Лакки с места. Эстрагону и Владимиру.) Помогите мне.
В. – Каким образом?
П. – Поднимите его!
Владимир и Эстрагон ставят Лакки на ноги, поддерживают некоторое время, затем опускают. Лакки падает.
Э. – Он нарочно.
П. – Надо его поддержать. (Пауза.) Давайте, давайте, поднимайте!
Э. – Мне надоело.
В. – Ну же, попробуем ещё раз.
Э. – За кого он нас принимает.
В. – Ну же.
Ставят Лакки на ноги, поддерживают.
П. – Не отпускайте его! (Эстрагон и Владимир шатаются.) Не двигайтесь! (Поццо берёт чемодан и корзинку и подносит Лакки.) Держите крепче! (Вкладывает ручку чемодана в руку Лакки. Лакки сразу же выпускает её.) Не отпускайте его! (Снова делает тоже самое. Постепенно ощущение чемодана приводит Лакки в нормальное состояние, и его пальцы наконец обхватывают ручку.) Держите ещё! (Повторяет тоже самое с корзиной.) Ну вот, можете его отпустить. (Эстрагон и Владимир отходят от Лакки, который спотыкается, шатается, чуть не падает, но остаётся на ногах с чемоданом и корзиной в руках. Поццо отходит, щелкает кнутом.) Вперед! (Лакки идет вперед.) Назад! (Лакки отходит.) Кругом! (Лакки поворачивается кругом.) Всё в порядке, он может ходить, (поворачиваясь к Эстрагону и Владимиру.) Спасибо, господа и позвольте мне вам… (копошится в карманах)…вам пожелать… (копошится)…вам пожелать… (копошится)…куда это я подевал свои часы? (Копошится.) Ну вот! (Поднимает голову, расстроенный.) Настоящая луковица, господа, с секундной стрелкой. Мне её дедушка подарил (Копошится.) Наверное, она упала. (Ищет на земле с Владимиром и Эстрагоном. Поццо переворачивает ногой остатки шляпы Лакки.) Ну что ж это такое!
В. – Может, она у вас в жилеточном кармане?
П. – Подождите. (Сгибается, приближает голову к животу, слушает.) Ничего не слышу! (Делает им знак приблизиться.) Посмотрите сами. (Эстрагон и Владимир подходят и склоняются над его животом. Молчание.) Мне кажется, должно быть слышно тиканье.
В. – Тихо! Слушают, склонившись.
Э. – Я что-то слышу.
П. – Где?
В. – Это сердце.
П. – (разочарованно.) Вот чёрт!
В. – Тихо! Слушают.
Э. – Наверное, они остановились. Выпрямляются.
П. – От кого из вас так плохо пахнет?
Э. – У него воняет изо рта, а у меня воняют ноги.
П. – Я вас покидаю.
Э. – А ваша луковица?
П. – Видно, я её оставил в замке.
Э. – Тогда, прощайте.
В. – Прощайте.
Э. – Прощайте.
Молчание. Никто не двигается.
В. – Прощайте.
П. – Прощайте.
Э. – Прощайте.
Молчание.
П. – И спасибо.
В. – Вам спасибо.
П. – Не за что.
Э. – Нет, есть.
П. – Да нет же.
В. – Нет, есть.
Э. – Да нет же.
Молчание.
П. – У меня не получается… (колеблется)…уйти.
Э. – Такова жизнь.
Поццо поворачивается, отходит от Лакки в сторону кулисы, постепенно разматывая верёвку.
В. – Вам не в ту сторону.