В омуте страстей
Шрифт:
— Я не думаю, что мы настолько стали друг другу чужими, — обиделся Кирилл.
Его слова мне так легко не давались. Нельзя сбежать на несколько лет, а потом появиться и сказать: «Я не чужой». Нет, Кирилл! Ты уже чужой, а я чужая жена. Всё прошло!
Всё прошло? Или я успокаиваю себя этим сама, чтобы заглушить медленно пробивающиеся чувства к нему. Невозможно забыть любовь. Особенно, первую и такую сильную, какая была между нами. Можно пережить её. Заставить эти чувства немного притухнуть в сердце. Но, полностью избавиться от любви нельзя. Она обязательно даст о себе знать. Изрядно усложнит устоявшийся семейный
ГЛАВА 7
Среда. Саммит по климату прошёл быстро. Так всегда происходит, когда занимаешься любимым делом. Кирилл экспромтом задавал самые каверзные вопросы. Не редко ставя в тупик участников саммита. Я только успевала помечать и записывать, в сотый раз благодаря прогресс за гаджеты. Не ручкой по бумажке строчить.
Когда саммит закончился, времени оставалась много. Самолёт с забронированными местами для нас вылетает завтра в час дня. А ещё только перевалило за два часа. Чем занять себя полдня сегодня и полдня завтра? Не знаю. Сегодня пообедаю и по магазинам, а завтра прогуляюсь утром. Женева восхитительна. Особенно, старинные улочки.
— Может, пообедаем? — подкрался незаметно Кирилл.
— Ой, ты напугал меня! — воскликнула я.
— Прости. Ну, что насчёт обеда?
— Я пообедаю, но не с тобой, — сообщила я ему о своих намерениях пообедать одной.
Он хитро улыбнулся.
— Хорошо.
Что это? Кирилл так просто согласился. На него это не похоже. Выяснять, почему он не настаивает, я не хотелось. Перекинув шлейку сумочки через плечо, я отправилась на поиски походящего кафе.
Пройдя пару кварталов, я присмотрела одно милое кафе. Уютное и подальше от многолюдных улиц. Сев за столик заказала кофе и кусочек ягодного пирога. Только принялась наслаждаться своим сладким обедом, как некая тень закрыла меня от солнца. Поднимаю глаза и вздыхаю.
— Кирилл, ты следил за мною?
— Нет. Я тоже решил пообедать в этом кафе, — врал он, улыбаясь. — Ты не против?
Он отодвинул стул и сел. Я не успела запротестовать.
— Уже нет, — отпила я кофе.
— Мне тоже кофе, только чёрный без сахара. А к кофе, что взяла моя девушка. — Заказал он, подбежавшему официанту.
— Твоя девушка? — улыбнулась я, переспросив. — Ты ничего не путаешь?
— Нет.
— Ясно.
Спорить с Кириллом я не стала. Зачем? Настроение отличное. Выспалась. Вроде с мужем не плохо, вчера по телефону поговорили. Его девушка так девушка. Пусть помечтает. Мне не жалко.
— Вкусы не меняются. Чёрный горький кофе, — начала разговор я. — Что ещё осталось неизменным?
Он, как и тринадцать лет назад, наклонил голову набок. Щурясь от ярких лучей, улыбнулся.
— Так же люблю, когда ты злишься. Твои глаза так горят, что хочется поцеловать тебя, — признался он.
Я опустила так возбуждающие его мои глаза.
— И ещё люблю этот румянец на твоих щеках.
— Довольно, Кирилл, — прошептала я, смущаясь, — не надо.
— Хорошо. Тогда поговорим о другом общем у нас.
— О чём? — вскинув удивлённо брови, спросила я.
— Не о чём, а ком? О наших друзьях.
Кириллу принесли его заказ. Он взял чашку в руку, а я поймала себя на мысли: «Какая она миниатюрная по сравнению с его ладонью».
Кирилл почти
Мы просидели в кафе больше часа. Время так скоротечно, когда вспоминаешь юность. Годы, разделяющие нас, растворились, словно, их и не было. Так легко и непринуждённо мы общались. Смеялись, улыбаясь друг другу.
— Почему ты не позвонила мне? — вдруг спросил он, глядя мне в глаза.
Я не поняла вопроса. Куда позвонить? Когда и зачем?
— О чём ты? — только и смогла я сказать.
Он взял мою ладонь в свою и сказал.
— Я должен был уехать, Марина. Мама попала в автомобильную аварию и была в тяжёлом состоянии. Отец сообщил мне за день до того, как мы собирались подать заявление в загс. Мне срочно нужно было уехать. Я не успел бы на рейс. Звонил тебе с аэропорта. Твоя сестра сказала мне, что передаст мои слова. Номер она записала, куда позвонить.
Он смотрел на меня, а в глаза такая боль. Я этого ничего не знала. Аля мне не сказала о разговоре с Кириллом в тот день. Я пришла к загсу. Ждала. Ждала. Не дождалась. Какая запоздалая правда. Правда, которая ничего не в состоянии изменить теперь в моей жизни. И сестра. Неужели она забыла о просьбе Кирилла. Ей было четырнадцать лет тогда. Совсем ребёнок. Могла и забыть.
— А почему ты сам не позвонил? — мой голос уже дрожал.
— Звонил. И попадал на Алю. Она говорила, что тебя нет дома, а потом и вовсе сказала ты выходишь замуж. Полгода и ты вышла замуж, Марина, — в его глаза осуждение.
Я смотрела на Кирилла и не верила его словам. Не могла моя сестра так лгать мне. Не полгода, а через три года я вышла замуж. Год я сходила сума от горя. Два года после расставания пыталась начать жить заново. Жить без него. Кажется, это у меня получилось. Вроде счастлива. На первый взгляд, а копнёшь глубже, и счастья нет. Иллюзия для окружающих нас людей.
ГЛАВА 8
Придя в номер, я набрала почему-то мужу. Разговор с сестрой решила оставить на потом. Не по телефону. Да и поостыв, я подумала, а что ей скажу. Але было тогда четырнадцать лет. Вряд ли она понимала, что происходит в моей жизни. Она видела, как я расстроена и защищала меня от причины моего расстройства. От Кирилла. Защитила.
Мужу позвонила. Чувствовала себя виноватой. Хоть и не изменила, но позволила Кириллу взять меня за руку. И мысли некоторые тоже были. Сдержалась. Не девочка уже, а мужняя жена.
Дима поднял трубку, как не странно, быстро.
— Да.
И смех на втором плане. Женский смех… Моё сердце екнуло.
— Ты не один? — спросила я.
— Один, — как-то не уверенно отвечал он.
— Что за девушка там смеется?
Я имела права задать этот вопрос. Я его жена.
— Это телевизор! — уже уверенней и раздражённей звучал его голос. — Что за дурацкие вопросы? Это ты уехала в командировку с шефом! А я один и смотрю телевизор! — накричал он на меня и отключился.