В объятьях падшего
Шрифт:
– Мне кажется или они меня помнят? – и на лице некра расползлась такая опасная улыбка, что на месте людей я бы уже рыла тоннель из таверны, ведь мой товарищ по бутылке направлялся именно туда.
Мне ничего не оставалось, как пойти за ним. Только зайти я не успела, меня накрыло головокружение и в глазах потемнело.
* * *
– О! А где это мы? – я пьяно икнула и захихикала, когда посмотрела на позеленевшее от перехода лицо Лисандра.
Некра явно мутило, но он переборол приступ тошноты. Вокруг не было ни души. Глухая ночь
– Теперь ты мне веришь? – гордо выпятив грудь вперед, спросил оборотень.
Весь его величественный вид портили пошатывания и неконтролируемые фырки, которые ужасно меня веселили, заставляя давиться смехом. Особенно в состоянии подпития.
– Не совсем. Как докажешешь… докажнешь? Тьфу, докажи! – наконец, выговорила сложное в нетрезвом состоянии слово.
– Да как зомби голову с ногой поменять! Фырк. Пойдем в город, там и спросишь у местных. – Лис схватил меня за руку и потащил вниз с холма к мерцающим огням домов.
– Что спрошу?
– Что за мир.
– Так они ж не знают, – объяснила само собой разумеющееся.
Оборотень остановился и замер. Явно пытался что-то осознать.
– И что тогда спрашивать? – он обернулся ко мне с абсолютно растерянным лицом ребенка, которому сказали, что черное – это белое. Или наоборот, но суть одна.
– А не знаю. Давай налбюдать, – заключила я.
Несмотря на корявое, спутанное произношение, блондин меня понял. Тогда я сама схватила мужчину за руку и потащила несопротивляющегося мэтра в город. Налбюдение началось.
Нам обоим было совершено невдомек, что мы безбожно пьяны и соображаем через раз. Когда ты пьян, ты редко это осознаешь в полной мере, особенно если твое состояние уже приравнивается интеллектом к зомби. Наше было почти на этом уровне. И, как заправская нежить третьей ступени, мы пошли на свет. Ярче всех светилась таверна «У холма». Туда мы и направились.
Встретила нас духота, алкогольные пары и запах пота вперемежку с едой. Лис снова стал зеленеть. Я кое-как держалась. Через пару минут мы оба привыкли к специфической атмосфере и больше не зеленели. Так как план был в наблюдении за аборигенами, то мы заняли столик в углу и затаились. Правда, это громко сказано, ибо один только вид Лисандра привлек к нам внимание всех присутствующих, но мы все равно стойко шифровались. Во всяком случае, нам так казалось тогда.
За первые пять минут мы выяснили, что лавки жесткие, мужики пьяные, а есть хоть что-то из предложенного опасно для здоровья. А вот про то, какой это мир, – ничего.
– Лиэ растан тагохаке иртак? – отвлекла нас от наблюдений подошедшая разносчица.
– Что она сказала? – я тут же посмотрела на Лиса.
– Сейчас. – Он обхватил ладонью мой затылок и в одно мгновение запечатал рот поцелуем.
Я слегка остолбенела, потому не особо сопротивлялась, когда его язык раздвинул мои губы и настойчиво протиснулся внутрь. Как только кончик его языка коснулся моего, я ощутила мгновенный прострел от проникновения в тело чужой магии. Это было необычно остро и странно приятно одновременно. Когда
– А это… Для чего… А зачем? – сложно было сформулировать вопрос. Разум в этом мало помогал, у него был алкогольный отпуск.
– Вам принести что-нибудь выпить? – снова обратилась к оборотню разносчица, вот только теперь я ее понимала.
Вообще, я знаю все языки всех созданных мной миров. Из чего можно сделать вывод, что этот создала не я. А раз язык все еще мне неизвестен, то мир закрыт. Вот так незамысловато Лис доказал, что может открывать порталы в закрытые миры. Но это для меня очевидно, а вот для Ханы нужны другие, более приземленные доказательства. Даже в опьянении я это понимала.
– Я поделился с тобой языком, – объяснил оборотень, зачем лез ко мне в рот.
– А по-другому было никак? – не то чтобы возмущалась, но вопрос обязана была задать.
– Ритуал передачи языка муторный, требует пентаграммы, крови и заклинаний. Напрямую проще.
– Тогда почему я впервые слышу о таком способе? – я же вроде как приличная… мать троих детей. Просто обязана пристыдить, если он лжет.
Способ и вправду весьма оригинальный. Головокружительный.
– Он срабатывает только тогда, когда принимающая сторона с сильной аурой и ментальной защитой. У тебя все это на высоте. Ты хотела знать, что говорит эта женщина, – ты узнала. В чем проблема? – не понимал моего возмущения мэтр. Сильно пьяный мэтр, ибо вел себя слишком свободно.
– Думаю, девушка не позволяла ее целовать, – снова вмешалась наша прилипчивая разносчица.
– Да кто ее целовал! Я язык передал! – накинулся на третье лицо в нашем разговоре некр.
– Простите за мою неучтивость, но вы ее поцеловали, – не сдавалась пухленькая блондинка в сарафане и переднике.
– Да нет же, глупая девчонка! Целуют вот так. – Он схватил меня за руку, дернул на свои колени и притянул к своим тонким губам, но не впился, как сделал это в первый раз, а медленно и нежно коснулся.
Лис обхватывал мою верхнюю губу своими, слегка втягивал, покусывал, а потом отпускал. Язык сначала осторожно прошелся по нижней губе и только потом слитным движением проник внутрь, вплотную проходясь по моему. Вот это действительно был поцелуй. Кажется, демонстрация затянулась и неизвестно во что переросла, если бы не смущенная девушка.
– Простите. Впервые вижу такой чувственный поцелуй. Обычно наши мужчины грубы, как вы были в первый раз. – И блондинка покраснела.
Именно ее слова вернули нам частично присутствующий разум.
– Ты мне потом просто обязан показать, как передавать язык нормальным путем, – тяжело дыша, произнесла я и аккуратно сползла с мужских коленей на жесткую лавку. Она сейчас была спасением от разгоряченного тела.
Лис в ответ кивнул.
– Ты шарлатан! – вдруг выкрикнул мужчина за соседним столиком. – Магов не существует. Не дури девчонке голову!
И пятеро мужчин поднялись вместе с зачинщиком. Им явно хотелось драки, но противника они выбрали не того. Это как червяк начнет бодать тигра.