В объятиях незнакомца

Александер Виктория

– О, не стоит придерживаться формальностей, – произнесла Камилл. – Здесь только друзья и члены семьи. Мы все почувствуем себя довольно неуютно, если вы начнете обращаться к нам соответственно нашим титулам.

– Хотя того требуют правила приличий, – заметила Делайла.

– Ну что ты такое говоришь? – Камилл бросила на сестру неодобрительный взгляд, а потом улыбнулась мистеру Расселу: – Вы должны простить мою сестру. Несмотря на то что она самая младшая в семье, Делайла удивительно консервативна в отношении приличий.

– Хоть кто-то должен

быть консервативным, – пробормотала Делайла. В подобные моменты она по-настоящему ценила важность правил приличий. Ведь они давали ей необходимую защиту.

Однако Камилл не обратила на ее слова никакого внимания.

– Прошу вас, зовите меня по имени. А это – Тедди.

– Очень приятно познакомиться с вами, мистер Рассел. – Тедди грациозно протянула руку. – Американцы всегда приводили меня в восторг. Хотя, боюсь, до вас я не встречала ни одного.

Мистер Рассел взял руку Тедди в свою и заглянул в ее зеленые глаза так, словно на всем белом свете существовала только она.

– В таком случае мне остается надеяться, что вы не будете разочарованы.

Он флиртовал. Возмутительно и умело. И это совсем не удивило Делайлу. Он флиртовал и тогда, в Нью-Йорке. Эта его черта ужасно раздражала ее и могла быть добавлена в растущий список недостатков мистера Рассела, самым ужасным из которых было его нахождение здесь. Внезапно Делайла испытала абсурдное желание ударить его по руке.

Тедди же кокетливо склонила голову набок.

– Представить не могу, что подобное возможно.

Мистер Рассел разразился своим глубоким смехом, прочно врезавшимся в память Делайлы.

– Я приложу все силы к тому, чтобы не разочаровать вас. Кстати, друзья зовут меня Сэм.

– Хорошо, Сэм. – Тедди одарила американца обворожительной улыбкой.

Теперь Делайле захотелось ударить подругу. Нелепое и бессмысленное желание. Ведь Тедди вольна флиртовать с кем угодно.

– Я надеюсь, мы станем друзьями. – Делайле показалось или Тедди действительно захлопала ресницами?

– Ты, вероятно, помнишь Делайлу, – произнес Грейсон.

Мистер Рассел выпустил руку Тедди из своей, развернулся к Делайле, и та вынуждена была протянуть ему руку. Иначе ее поведение показалось бы подозрительным.

– Мистер Рассел.

Мужчина взял ее руку и заглянул ей в глаза.

– Сэм.

– Значит ли это, что мы тоже станем друзьями? – спросила Делайла резче, чем намеревалась.

– Я надеюсь на это. – Губы Рассела медленно растянулись в грешной улыбке. Хотя, возможно, только Делайла считала его улыбку грешной. Впрочем из всех присутствующих лишь она одна знала, насколько порочным мог быть этот мужчина. И только он один знал о ее непотребном приключении. – Никогда не поздно обзавестись еще одним другом.

– Да. Наверное, вы правы.

Делайла попыталась высвободить свою руку, но Рассел держал крепко. Он не собирался облегчать ей участь.

В глазах американца плясали веселые искорки.

– Должен признаться, я разочарован, что вы не помните нашей встречи. Как я уже сказал,

она состоялась на балу. И, честно говоря, была не такой уж мимолетной.

– В самом деле? – как можно беззаботнее переспросила Делайла, предпринимая еще одну попытку высвободить руку. – Уверена, вы сможете простить этот провал в моей памяти. Ведь все присутствующие были в костюмах. – Делайла сдвинула брови. – Вы нарядились…

– Пиратом. – Насмешливый взгляд карих глаз прожигал ее насквозь, словно бросая вызов. Этот проклятый американец играл с ней. Что ж, где может играть один, вполне сыграют и двое.

– Пиратом. Дайте-ка подумать. – Делайла замолчала, делая вид, что пытается вспомнить. Но она ничего не забыла. Сэмьюэл Рассел носил костюм пирата с такой непринужденностью, словно действительно совсем недавно сошел на берег с палубы пиратского корабля. Сногсшибательный, опасный. Перед ним просто невозможно было устоять. Да, не только Тедди читала время от времени любовные романы. Делайла с сожалением покачала головой. – Там было так много пиратов. Буквально в каждом углу. Вполне в духе американцев.

Рассел вскинул бровь.

– Это комплимент, леди Харгейт?

– Делайла, – поправила его Камилл.

– Да, конечно, вы должны называть меня по имени. – Делайла постаралась говорить как можно любезнее. – Полагаю, только американец почтет за комплимент, если его назовут пиратом. Впрочем, – Делайла пожала плечами, – можете воспринимать мои слова как угодно.

– Только глупец предпочтет оскорбление комплименту, а я не глупец. – Предостережение, прозвучавшее в голосе Рассела, было столь неуловимым, что, скорее всего, его вновь заметила одна лишь Делайла.

Да, она могла считать его раздражающим лживым животным, но он был точно не глуп. Только вот могла ли Делайла сказать то же самое о себе?

– Поэтому я благодарю вас, Делайла.

Ее имя в устах Рассела звучало иначе – нежно, чувственно. И это ужасно раздражало Делайлу и лишало ее присутствия духа.

Она вновь потянула свою руку.

– Пастушек тоже было множество, – произнес Рассел. – И все же я вас помню.

– Пастушка? – Глаза Тедди округлились от изумления. – Ди?

– Не представляю, как такое можно забыть, – тихо засмеялся Грейсон.

– Вот уж не представляла, что моя младшая сестра способна надеть подобный костюм. Такое можно ожидать от Берил, но не от Делайлы. – Камилл наклонилась к Тедди и понизила голос: – Знаешь, там были джентльмены, которые при виде Делайлы в костюме пастушки добровольно согласились бы исполнить роль овец.

Делайла ошеломленно охнула.

– Камилл!

– Декольте было невероятно глубоким, а юбка – скандально короткой, – сообщила Камилл подруге. – Можно было разглядеть ее лодыжки.

– Это всего лишь костюм. – Делайла вырвала свою руку из руки Рассела. Мало того, что здесь объявился этот американец, так теперь еще сестра начнет критиковать ее выбор костюма. Ну что за ужасный день! – И посему его нельзя назвать неприличным.