В облаках
Шрифт:
Найдя номер Майка, я решаю просто отправить сообщение: «Я долетела. Сейчас обратный рейс». Сначала, я решила, что Майк моментально ответит, но минута сменяет другую, а ответа все нет. Телефон по-прежнему вертится в моей руке, ожидая сигнала сообщения.
– Привет, - слышу позади себя мужской голос. – Можно?
Обернувшись, я вижу светловолосого мужчину за тридцать, одетого в форму пилота. Оглядевшись, замечаю еще несколько свободных столиков, и чуть щурюсь, обдумывая ответ.
– Конечно, - указываю на стул напротив меня. Мысленно отмечаю, что парень очень
– Почему в одиночестве? – снимает пиджак и перекидывает через спинку стула.
– Решила немного отдохнуть и собраться с мыслями.
– Тяжелый полет?
– Нет, ни сколько, - чуть улыбаясь, перевожу взгляд на стол.- Первый.
– Ты серьезно? Первый полет? Здорово! Ну и как тебе?
– Восхитительно, невероятно, энергично, волнующе… - мечтательно закатив глаза, я кладу палец возле нижней губы, в манере обдумывания слов.
– Все бы отдал, чтобы вспомнить ощущения от первого полета. Но знаешь, с каждым разом замечаешь что-то новое и более интересное. В нашей работе не бывает разнообразия.
– Наверное, но скоро узнаем.
– Я Джордж, - протягивает руку блондин.
– Кира, - отвечаю ему рукопожатием.
– Откуда ты?
– Нью-Йорк. А ты?
– Вашингтон. – От его слов я даже немного расстроилась, ощутив чуточку пустоты внутри. Ох, если мне и дальше будут попадаться такие сексуальные пилоты, то боюсь, что уйду в разнос. Смотрю на часы над барной стойкой и понимаю, что мне уже нужно выбегать.
– Я была очень рада нашему знакомству, но мне пора бежать. Работа важнее всего! – улыбаюсь ему и встаю.
– Конечно, - парень тоже поднимается. – Я тоже был рад знакомству. Может, еще встретимся, Кира.
– Обязательно, - беру сумку и выхожу из кафе. Может, стоит вернуться и оставить ему мой номер телефона? Парень действительно симпатичный, на Сандерсе мир не останавливается. А у меня все только начинается. Разворачиваюсь, чтобы направится в кафе, но ударяюсь носом об кого-то. Блин, как же больно.
– Черт, прости! – говорит Джордж. – Сильно ударилась? – открываю прослезившиеся от боли глаза и смотрю на парня. Он чуть присев смотрит на меня с таким выражением, словно это он сам ударился об меня.
– Нет, нет, все хорошо, – выдохнув и убрав руку от носа, отвечаю ему.
– Я просто подумал, может, дашь свой номер. Когда буду в Нью-Йорке, мы могли бы встретиться.
– Ммм, конечно, почему нет. – А у самой все внутренности делают сальто и аплодируют, что не пришлось самой идти и выглядеть навязчивой идиоткой.
Спустя три часа мы готовы для посадки пассажиров и взлету. Люди заходят один за другим. А поскольку уже глубокая ночь, то все достаточно вымотаны, заспаны и зевают. «Хорошо, что на рейсе нет детей» - пролетает мысль в голове. Закрыв двери, я прохожу в салон, чтобы помочь пассажирам разложить вещи на полки, и быть рядом, если возникнут вопросы.
В проходе стояла пожилая женщина, достаточно полная и низкого роста. Но она выглядела вполне симпатично
– Добрый вечер. Могу ли я предложить Вам свою помощь? – спрашиваю я, протягивая руки к ее ручной клади. – Давайте мы уберем это с Вами наверх, чтобы Вам ничего не мешало в полете.
– Спасибо тебе, милочка, но я бы хотела, чтобы это осталось при мне. – Она прижимает к груди два чемоданчика, которые держит в одной руке. – А вот это можно и убрать, - протягивает свою сумку. Странно, но люди обычно стараются держать свою сумку при себе, но не в этом случае.
– Как скажете. Ваша сумка будет прямо над Вами. Если Вам что-то понадобится, то Вы можете нажать на кнопку вызова стюардессы, и мы поможем достать ее.
– Хорошо, дорогая. Не волнуйся обо мне, – говорит она, но в ее глазах появляются слезы. Мне становится не по себе, в душе зарождается непонятное тоскующее чувство. Хочется что-то сделать, обнять, утешить ее. Но это было бы неправильно.
– Могу ли я еще что-то сделать для Вас? Может принести Вам воды или сок?
– Нет-нет, милочка. Не переживай.
– Хорошо. Если что – позовите меня. Меня зовут Кира. – Не хочется оставлять ее, и я стараюсь придумать предлог, чтобы задержаться.
– Если можно, то плед был бы весьма кстати. Я не летала 23 года, но думаю, что в небе все так же прохладно.
– Да, конечно, я принесу для Вас плед, как только мы взлетим.
– Тогда это все, – усаживаясь на место, говорит бабуля. Чувствую, что мы начинаем движение к взлетной полосе.
– Простите, видимо я уже не успею вам принести плед до взлета, но как только мы взлетим, я тут же его принесу, договорились? – Бабуля медленно поднимает взгляд полный печали и тоски. Я вижу, что ей хочется побыть одной, но все-таки мое сердце сжимается от ее боли, и я понимаю, что все это отражается на моем лице с нахмуренными бровями и складочками на лбу.
– Договорились, - видимо мой вид еще больше ее расстраивает, поэтому она пытается выдавить слабое подобие улыбки, и, поправляя седую прядь волос, выбившуюся из пучка на макушке, она вздыхает и прижимает свой чемоданчик ближе.
– Кира, долго возишься.
– Говорит одна из стюардесс – Милли, когда я усаживаюсь на свое место и начинаю пристегиваться.
– Да, задержалась с одной женщиной.
– Это ничего, просто можешь растянуться по проходу, когда начнем взлетать, - усмехается она. – Со мной было такое в мой первый полет. Тогда половина самолета посмеялась от души, а вторая чуть не повскакивала со своих мест. Представь, если бы они все кинулись мне помогать, началась бы каша, или еще чего похуже.