В ночи
Шрифт:
– Согласна, идем, но с тебя шоколад.
– Договорились. – Он не выпустил ее рук, сжимая их своими. – Спасибо тебе, друг мой.
Мойра отмахнулась от его благодарностей, хотя от них стало тепло на сердце.
– По крайней мере один из нас будет счастлив. – Натаниэль улыбнулся уголком рта.
– Я верю, что Уинтроп Райленд вернет улыбку на твое лицо.
– Ты неисправим. – Ей ничего не оставалось, кроме как улыбнуться ему в ответ.
– У юноши должно быть что-то, что могло бы рекомендовать его. – Все так же держа за руку,
Она спотыкалась сзади.
– Волнуешься?
– Конечно, не то что ты, – кинул он через плечо. – Я поверил, что наконец снова хочу влюбиться.
Снова?
– А я сомневаюсь, что когда-нибудь смогу полюбить. – Он замер на месте, повернулся к ней с мучительной тоской на лице.
– О, дорогая.
Свободной рукой она уперлась ему в грудь, чтобы остановить его попытку обнять ее. Она не сомневалась, что, как только он прижмет ее к себе, она выкинет какую-нибудь глупость, например, заплачет у него на плече.
– Не жалей меня, Нат. Не каждый достоин такой любви, какая связывала тебя с Тони.
Он посмотрел на нее просто и искренне.
– Наверное, не каждый, но ты достойна.
– Спасибо. – Мойра улыбнулась. – А сейчас ни слова о грустном. Едем смотреть твоего ангела во плоти.
До кофейни «У Блэкни» в районе Ковент-Гарден, где процветали подобные заведения, они доехали в экипаже Натаниэля. Кофейня не была ни политическим клубом, ни замаскированным борделем. Дамы и господа в равной степени радушно приглашались сюда отведать разнообразных напитков, среди которых был не только кофе, но также чай и шоколад. Сегодня, когда Мойра и Натаниэль появились здесь, помещение выглядело полупустым.
Едва они уселись, как Натаниэль указал на Мэтью, который и правда соответствовал его описанию. Действительно, можно было подумать, что юноша упал с небес. Он старательно разыгрывал представление, что не замечает Натаниэля, следя за ним краешком глаза.
Все-таки, наверное, мужчины в этом мало отличаются от женщин.
– О Господи, – вдруг забормотал Натаниэль, стягивая перчатки, – мы здесь очень вовремя.
Мойра, которая сидела спиной к дверям, попыталась повернуться и через плечо посмотреть, что он там разглядывает. Поля ее шляпы закрывали обзор.
– Что там такое?
– Не поворачивайся. Твой мистер Райленд здесь. – Она окаменела. Сердце ее оборвалось.
– Это точно он?
О, почему она не приказала горничной уложить волосы, прежде чем выйти из дома? Слава Богу, на ней широкополая шляпа.
Натаниэль кивнул в ответ, его голубые глаза сияли.
– И он идет сюда. Господи, на земле должно быть как можно больше таких мужчин, как он.
– Одного вполне достаточно, уверяю тебя.
– Добрый день, леди Осборн, здравствуйте, мистер Кейлан. – Мойра поклонилась, боясь открыть рот, чтобы не сморозить какую-нибудь глупость, например, назвать его по имени. Он и в самом деле выглядел роскошно в пиджаке цвета
– Добрый день, мистер Райленд. Вы присоединитесь к нам?
Мойра пихнула его под столом. К его чести, он не издал ни звука, даже не вздрогнул.
– У меня назначена встреча, – ответил Уинтроп, посмотрев в сторону двери. – Но я сочту за честь побыть с вами, пока мои собеседники не подойдут.
Мойра беспомощно наблюдала, как он поставил стул рядом с ней и уселся на него. Положив шляпу на стол, сунул в нее перчатки. Он провел рукой по своим густым темным волосам и улыбнулся ей.
– Как поживаете, леди Осборн?
– Отлично, сэр. А вы? – С кем у него здесь встреча, черт побери? С мужчиной или женщиной? Этот вопрос она не могла задать в сложившейся ситуации, но он буквально рвался наружу.
– Не могу пожаловаться.
– О, – воскликнул Натаниэль, прерывая их обмен банальностями, – здесь Мэтью Седжвик! Я должен поздороваться. Надеюсь, вы меня извините.
Он тут же вскочил со стула и исчез, прежде чем Мойра успела ответить. Сейчас она с удовольствием пнула бы его еще раз. Предатель!
Она метнула взгляд на Уинтропа. Что-то в нем изменилось. Появилась напряженность, которую она не могла объяснить. Ну что ж, кто-то из них должен начать разговор.
– Сегодня прекрасный день, не правда ли? Как мило, что снег больше не идет.
Уинтроп повернулся к ней, встретившись с ее взглядом.
– Что тебя связывает с Кейланом?
Да уж, грубо, но в точку. Чтобы скрыть глаза, ей пришлось устроить небольшое представление, убирая перчатки.
– Какая тебе разница?
Ее резкость, казалось, не задела его.
– Я хотел бы знать, есть ли у меня конкурент.
Она вдруг поняла, что до этого момента ей в голову не приходило спросить, есть ли у него уже кто-то. Она просто не допускала такой мысли.
– Могу ли я рассчитывать на взаимную откровенность?
– Разумеется. – Лицо его выражало чудовищную скуку. Она уже хорошо знала, что это не более чем игра. – Одна женщина – это уже серьезное испытание.
Она рассмеялась.
– То же самое можно сказать и о мужчинах.
– Итак, Кейлан здесь ни при чем? – Ей показалось, или на самом деле в вопросе прозвучала надежда?
– Мы с ним просто добрые друзья. – Вероятно, она слишком открыта с ним, но если их связь продолжится, он узнает о ней гораздо больше. Надо с самого начала быть с ним честной, иначе она никогда не почувствует, что может полностью доверять ему, точно так же, как и он не сможет быть откровенным с ней.
– Друзья. – Он повторил это слово, словно никогда не слышал его прежде. – Подобная привязанность – похвальная черта для вашего мужа.
– Согласна. – Мойра провела пальцем по полям его шляпы, которая лежала на столе рядом с ней. Она была бархатистой на ощупь. – Я не знаю, что бы я делала без него, когда скончался мой муж.