В мечтах о тебе
Шрифт:
– Все кончено, душа моя. – Дерек зевнул Я расплачусь со всеми твоими долгами на Бонд-стрит. Можешь выбрать себе какие-нибудь безделушки у этого легушатника-ювелира и отнести издержки на мой счет, – лениво промямлил Дерек, поправляя черный шелковый галстук и надевая сюртук.
– Зачем ты так? Ты, верно, думаешь, я стану упрашивать тебя?.. – заговорила Джойс. – Может, встать перед тобой на колени?! Тебе этого хочется?
Молодая женщина опять соскользнула на пол и, встав перед Дереком на колени, прижалась лицом к
– Послушай, Джойс… – Дерек схватил ее за плечи и отстранил от себя.
– Мне больно! – воскликнула она.
– Я не лгал тебе. Я ничего не обещал. Сколько это могло продолжаться, как ты думаешь? Мы оба получили то, что хотели! А теперь все кончено.
Джойс пристально посмотрела ему в глаза.
– Все кончится, когда этого захочу я – не раньше, – злобно проговорила она.
– Так вот в чем дело! – Дерек расхохотался. – Задета твоя гордость. Послушай, Джойс, скажи своим друзьям, что хочешь. Распиши им в самых красочных картинах, как ты меня бросила. Мне все равно.
– Да как ты, паршивый кокни, смеешь со мной разговаривать в таком тоне! Я – то знаю, сколько задниц ты облизал, чтобы попасть туда, где сейчас находишься! И все вы так поступаете! Настоящие джентльмены ходят в такой клуб, да, но они никогда не пригласят тебя и тебе подобных к себе домой, не позволят тебе есть за одним столом, не подпустят тебя к своим дочерям! И знаешь, почему? Потому что они не уважают тебя! Ты для них – нечто вроде грязи, которую надо счистить с обуви, входя в дом. Ты сам из грязи, и в грязь вернешься! Они считают тебя самым низким… – Пусть так, – согласился Дерек, перебив Джойс. – Мне это известно. Побереги дыхание, детка, – он криво усмехнулся.
Джойс вплотную приблизились к нему, поняв, что все ее оскорбления не произвели на Дерека никакого впечатления.
– У тебя нет чувств, не так ли? – вновь заговорила она. – Поэтому никто и не может тебя обидеть. Твое сердце мертво.
– Так и есть, – тихо сказал Дерек.
– И тебе на всех наплевать. Даже на меня.
Его сверкающие зеленые глаза встретились с ее глазами. Дерек ничего не сказал, но ответ был ясен. Отведя руку назад, Джойс размахнулась и изо всех сил ударила Дерека. Он было замахнулся, чтобы наградить ее ответной пощечиной, но вдруг замер… Его лицо помрачнело.
– Я сделаю так, чтобы ты захотел меня, – хрипло говорила Джойс. – Есть вещи, которых мы с тобой еще не делали, я покажу тебе… – До свидания, Джойс.
Дерек повернулся и направился к двери.
Его отказ оскорбил Джойс – как будто он отказался от любимого блюда за ужином. Женщина покраснела от гнева.
– Нет, – заявила она. – Ты не оставишь меня! Если у тебя появилась другая женщина, я ей глаза выколю!
– Другой женщины нет, – раздался его насмешливый голос. – Есть скука. – Тут его светская речь сменилась грубым кокни:
– Или, как вы, тьфу, благородные, выражаетесь –
Она, все еще нагая, бросилась вслед за ним из спальни.
– Вернись… немедленно! Или ты всю жизнь будешь жалеть об этом! Если не я, то и никто! Ты понимаешь меня?! Ты заплатишь за это, Дерек Кравен!
Дерек не принял ее угрозы всерьез, а может, просто не обратил на них внимания. Он всегда делал, что хотел. А теперь настал момент, когда желаний у него больше не было… Чертова скука! Но ведь еще несколько лет назад он даже не знал, что значит это слово. Да-да, скука – болезнь, знакомая лишь богачам, подумал Дерек и горько усмехнулся.
Глава 2
Сара тщательно готовилась к походу в казино. Она надела свое лучшее серо-голубое платье, юбка которого была заложена в три неглубокие складки, а высокий воротник украшали кружева. Гардероб Сары не отличался разнообразием, но все ее немногочисленные платья, сшитые на редкость добротно, были выдержаны в нейтральном стиле, такие туалеты всегда к месту и долго не выходят из моды. Девушка бережно относилась к вещам, а потому ей было досадно думать, что платья крови не отстираются с ее вчерашнего платья.
Вот уж было зрелище, когда прошлой ночью она явилась домой так поздно, да еще в заляпанном кровью платье. В ответ на встревоженные расспросы миссис Гудман Сара спокойно объяснила, что у нее были кое-какие неприятности, пока она занималась своими исследованиями.
– И вам вовсе не о чем беспокоиться – я просто остановилась, чтобы помочь какому – то незнакомцу.
– Но эта кровь… – растеряно пробормотала миссис Гудман.
– Тут нет ни капли моей, – девушка ласково улыбнулась суетливой старушке.
А когда та предложила ей помочь отстирать кровавые пятна, очень обрадовалась. И они вместе сначала замазали их густым раствором крахмала, а утром, когда крахмал подсох, платье и плащ замочили в смеси джина, меда и жидкого мыла, разбавленного водой.
Заколов каштановые локоны шпильками, Сара водрузила на голову кружевной чепец и вполне довольная собой, принялась рыться в своих баулах, пытаясь выудить оттуда легкий плащ.
– Сара! – раздался снизу изумленный крик миссис Гудман. – Прямо у нашего дома остановился роскошный экипаж! Что ты на это скажешь?
Заинтригованная, Сара направилась к дверям скромного жилища Гудманов и распахнула их. Перед домом стояла черная полированная карета с запряженными в нее черными, как смоль, конями. Возле экипажа гарцевали несколько лошадей с верховыми, сопровождающими карету. Кучер, слуга, верховые – все были одеты в штаны из оленьей кожи, сюртуки и треуголки.
К Саре подошла ошеломленная миссис Гудман. В окнах соседних домов маячили изумленные лица здешних обитателей, которые ни разу не видели, чтобы к кому-то в этом районе приезжала такая богатая карета.