В мечтах о тебе
Шрифт:
– Да нет, все в порядке. По крайней мере, теперь я знаю, чего от него можно ожидать, – спокойно проговорил врач и уверенными, но осторожными движениями стал обрабатывать края раны.
Несколько мгновений в спальне стояла тишина, но потом Дерек снова застонал.
– Дьявол и преисподняя! Плевал я, как это будет выглядеть! Оставьте меня в покое! – Он попытался встать с кровати.
Сара тут же вошла в комнату. Понятно, что Кравен – человек очень темпераментный, но надо заставить его лежать спокойно. Просто стыдно не позволить
– Сэр, – быстро проговорила девушка. – Я знаю, что вам очень неприятно, но вы должны потерпеть. Может быть, сейчас вы и не интересуетесь своей внешностью, но вдруг когда-нибудь потом все переменится. К тому же… – она на мгновение запнулась, – … такой большой и сильный человек, как вы, должен уметь терпеть. Уверяю вас, это даже и сравниться не может с тем, что испытывает женщина во время родов!
Дерека несколько отрезвили слова Сары. Девушка, видно, не мало забавляла его.
– Откуда ты знаешь? – усмехнулся он.
– Я однажды присутствовала при родах – у нас, в Гринвуд – Корнерз. Это тянулось много часов, но моя подруга вытерпела адскую боль, не издав ни звука.
Ворзи с мольбой взглянул на нее.
– Мисс Филдинг, – чуть не простонал он, – вам будет лучше в соседней комнате.
– Да я просто развлекаю мистера Кравена разговором. Может, так ему будет легче… Вас это устраивает, мистер Кравен? Или мне лучше уйти?
– У меня появился выбор? Останься. Мели языком дальше.
– Рассказать вам о Гринвуд – Корнерз?
– Нет, – Дерек стиснул зубы и сдержал стон. – Расскажи о себе.
– Очень хорошо. – Сара подошла к кровати. – Мне двадцать пять лет. Я живу в деревне с родителями… Тут Дерек снова застонал, и она замолчала. Ему было очень больно.
– Продолжай, – грубо приказал он.
Сара лихорадочно припоминала, что еще она может рассказать о себе.
– Ах, да, – вновь заговорила она, я … за мной ухаживает один деревенский молодой человек. Нам нравятся одни и те же книги, хотя у него более изысканный вкус, чем у меня. Ему не нравится то, что я пишу. – Сара подошла поближе и с любопытством взглянула на Дерека. – Так вот… – сказала она и опять остановилась.
Девушка не могла видеть лица своего нового знакомого, но зато прекрасно видела его грудь, покрытую густыми курчавыми волосами. Это зрелище прямо таки заворожило ее. Единственные мужские торсы, которые ей доводились видеть раньше, принадлежали безволосым греческим статуям. У Дерека была узкая талия, мускулистые плечи и руки; ссадины и синяки совсем не портили их, даже наоборот, выглядели чем-то вроде украшения.
– … Мистер Кингсвуд, – продолжала девушка, – так зовут этого молодого человека, – ухаживает за мной уже четыре года. Полагаю, он скоро сделает мне предложение.
– Четыре года?!
Сара немного обиделась: Кравен говорил с ней издевательским тоном.
– У него есть некоторые трудности, – поспешила объяснить она. – Его мать – вдова, кроме сына, о ней некому позаботиться.
– Почему?
– Ну – у … Она считает, что для ее сына просто нет подходящей партии. Все недостаточно хороши. И ей не нравятся мои книги. Проституция, нищета…– Сара пожала плечами. – Но о таких вещах обязательно надо писать!
– Конечно, ты же за это деньги получаешь!
– Да, и довольно приличные для того, чтобы жить с родителями без нужды, – призналась она с улыбкой. – А вы циничный человек, мистер Кравен.
Сара видела, как напряглось тело Дерека, когда игла снова вошла в кожу.
– Да и ты сама была б такой же, если б знала хоть немного о настоящей жизни. Твоя деревня, детка, еще не весь свет. – Боль заставила Дерека забыть о приличных манерах, и он опять заговорил на кокни.
– Гринвуд – Корнерз – замечательное место, – возразила Сара, – но если вы думаете, что я незнакома с другими местами, то смею уверить… И вновь стон Кравена заставил девушку замолчать. На секунду он задержал дыхание, но затем не выдержал и выругался:
– Дьявольщина! Скоко еще?!
– Осталось несколько стежков, – пробормотал доктор.
Дерек, с трудом переводя дыхание, заставил себя вернуться к разговору с Сарой.
– Пишешь, стало быть о шлюхах… Бьюсь об заклад, ты в жизни не хаживала с гусиными потрохами … да с мужиком… Доктор Хиндлей и Ворзи стали укорять Дерека за грубые выражения, но Сара жестом остановила их.
– Не хаживала с гусиными потрохами… – не скрывая своего интереса, повторила она. – Я не слышала такого выражения.
– Да ты и трущоб – то толком не видела.
– Это верно, – девушка согласно кивнула. – Мне надо сходить туда еще несколько раз, прежде чем я решу сказать себе, что я знаю о них довольно.
– Ты туда больше не пойдешь! – заявил Дерек. – Бог знает, как тебе удалось не вляпаться в неприятности. Маленькая дурочка, которая болтается ночами без дела по трущобам… – Последний стежок, – объявил врач.
Дерек облегченно вздохнул.
Ворзи отошел от кровати и обернулся к Саре.
– Простите мистера Кравена, – извиняющимся тоном, с улыбкой сказал он. – Он грубит только тем, кто ему нравится.
– С ним все будет в порядке? – шепотом спросила Сара.
– Конечно. Он очень сильный человек. Ему и не такое доводилось испытать. – Ворзи озабоченно посмотрел на девушку. – Но вы дрожите, мисс Филдинг!
Глубоко вздохнув, Сара недоуменно пожала плечами.
– Не знаю даже почему… Я привыкла к таким волнениям. Все случилось так быстро, – словно извиняясь пробормотала она.
– Вам надо отдохнуть, – сказал Ворзи, – и успокоить нервы глоточком бренди.
– Да, пожалуй… чуть – чуть в чай можно добавить. – Сара взволнованно теребила ручку своей сумочки. – Я остановилась у Гудменов, это друзья моих родителей. Уже поздно, и они, наверно, волнуются.