В ловушке
Шрифт:
— Месть. — Я едва прошептала это слово, но его воздействие эхом отозвалось в моем разуме и сердце.
— Месть, — подтвердил он, и я закрыла глаза, борясь со слезами.
— Но я не понимаю. Как ты можешь противостоять им со своим ПТСР? — Как только я задала этот вопрос, я поняла, что это, должно быть, то, о чем спрашивал его Мейсен после того, как они проиграли гонку Бобби Кью. У Блейка было посттравматическое стрессовое расстройство, но он был готов встретиться со своими мучителями лицом к лицу, чтобы добиться
— Сосредоточившись на том, что нужно сделать. Я пройду через ад, если придется.
Его резкие слова помогли мне полностью осознать, что означает наша реальность. Все, чем мы делились, происходило в одолженное время — каждый поцелуй, объятие, ласка и тихое слово. Наши тела танцевали первый и последний танец, пока песня не закончилась, и бесконечная тишина не захватила наши жизни.
Блейк заботился обо мне, но этого было недостаточно. Этого было недостаточно, чтобы победить его потребность в мести. Ему было недостаточно хотеть продолжать жить, и это был самый острый осколок, который пронзил мое сердце и создал прокол, который забрал всю надежду и радость.
Все было лучше этого. Даже если бы мы всегда оставались врагами, это было бы лучше, потому что у меня было бы хотя бы утешение, что он где-то там, живой. Но это… это…
— Пожалуйста. — Мой голос был не более чем шепотом, несущим печаль, которая пульсировала во всем моем существе. Я держала глаза крепко закрытыми, боясь посмотреть на него, потому что если бы я это сделала… я бы сломалась, а я не хотела сломаться. Блейк был прав. Заниматься с ним любовью только ухудшило ситуацию, но сломаться… сломаться здесь, перед ним, испортило бы время, которое мы провели в объятиях друг друга, и я не могла этого допустить.
— Пожалуйста, передумай. Тебе не обязательно убивать их, чтобы отомстить. Копы могут арестовать их, и я уверена, что они получат максимальный срок. Они сгниют в тюрьме.
— Я не хочу, чтобы они гнили в тюрьме. Я хочу, чтобы они умерли.
— Но разве ты не видишь, как это тебя отравляет? Я понимаю, что ты хочешь, чтобы они заплатили, и они должны заплатить, но почему ты должен проходить через что-то ужасное ради мести? Подумай об Эмме. Она не хотела бы, чтобы ты разрушал или жертвовал своей жизнью ради…
Он оттолкнулся от окна.
— Стой. Не ходи туда. — Он сел на край кровати. — Не ходи.
Я закрыла губы и посмотрела на луну. Слеза скатилась по моей щеке, но я быстро смахнула ее и сделала несколько глубоких вдохов.
— Я должен отомстить за нее. Она умерла из-за меня.
Я бросилась к нему.
— Не вини себя, Блейк. Это не твоя вина. Ты не убивал ее. Они убили.
Он обхватил голову руками и положил ее между колен.
— Они бы не убили ее, если бы я послушал их.
— Это спорно, и ты это знаешь. — Я села перед ним на колени и запустила свои холодные, дрожащие пальцы в его волосы. — Они были
Он поднял голову, чтобы посмотреть на меня, и мое сердце сжалось от слез на его лице. Он смахнул их, но это не помешало новым собраться в его глазах.
— Ты думаешь, я не говорил себе этого? Ты думаешь, я не пытался избавиться от этой чертовой вины? Но как бы я это ни формулировал в уме, результат всегда один и тот же. Она не должна была умереть. Ее не должны были похищать, насиловать и убивать!
С тихим криком я обняла его и притянула к себе, прижав его голову к своему плечу. Мне потребовалось много сил, чтобы не плакать самой, но я должна была быть сильной ради него.
— Для меня нет другого пути, Джесси. — Его шепот был окончательным, вонзающимся в меня постоянной болью. Я не могла ничего сделать или сказать, чтобы заставить его передумать.
Я держала его, пока его дрожь и слезы не прекратились, сохраняя молчание. Я проверила свой телефон на наличие сообщений и нашла несколько от Мел и Сары.
— Мел и Сара ждут меня у Мел. Мы ночуем у нее. — Я закончила предложение с долей неуверенности, оставляя ему возможность сказать мне, что я могу остаться.
Я хотела остаться. Я боялась оставлять его наедине со своими мыслями и кошмарами, но он закрылся и надел невидимый щит, который всегда носил с собой.
— Все в порядке. Иди. Я буду в порядке.
— Но я не хочу, чтобы ты был один.
— Я хочу остаться один. — Он едва взглянул на меня, надевая рубашку и спортивные штаны, его тон не оставлял места для споров.
— Но…
— Джессика, все в порядке. Просто уходи.
Я не хотела, чтобы он разбирался со своими демонами самостоятельно, но заклинание, которое держало нас вместе сегодня, теряло свою силу, и расстояние между нами снова увеличивалось.
— Понимаю. Хорошо. Я уйду.
Я ответила Мел, что еду к ней, сохраняя бесстрастное выражение лица, но он словно видел меня насквозь. Он остановился передо мной с раскаянием, от которого его черты потемнели. Он поднял руку, чтобы коснуться моей щеки, и я затаила дыхание, более чем осознавая, что на мне только его рубашка и трусики, но он убрал руку, прежде чем наша кожа соприкоснулась.
— Так лучше. Для нас обоих.
Я просто кивнула, изо всех сил стараясь держать себя в руках. К счастью, мне удалось сохранить спокойствие, выходя из его комнаты, из его дома и, скорее всего, из его жизни.
Я остановилась рядом со своей машиной и устремила взгляд на небо, ища луну, но в отличие от предыдущего раза она была затянута облаками и едва видна, показывая, что даже самые мощные светила могут быть побеждены завесой тьмы.
Должен был быть способ заставить облака Блейка исчезнуть. Его свет, каким бы слабым он ни был, не мог просто так ослабнуть.