В лабиринтах сумерек
Шрифт:
Вытащить его через заднюю дверь в сад — дело одной минуты.
Прижал к дереву, обыскал, вытряхнул из-за пазухи ствол. Не удержался, вмазал по зубам, от души. Тварь!
Выдернул из подсумка добытую бляху, сунул наёмнику под нос:
— Знаешь, что это?
Да, знает. Вон как задрожал! И личико цвет потеряло сразу!
— Чьё на ней имя — видишь? А что бывает за покушение на жизнь патрульного? Напомнить? Расстрел на месте, без суда. Или «Черный список». На тебя объявят охоту.
—
— Теперь знаешь. Что будем делать, мм?
— Они пытались меня подставить! — наёмник сморщился, сплюнул кровью. — Я имею право на ответный ход! Уложу их и уйду! Мне проблемы не нужны!
— Это правильный ответ.
Выволок его за забор, пинком придал ускорение. Подобрал на обратном пути в траве пистолет.
Вернулся в гостиную, где Тимур провожал человека с перевязанной чем-то белым рукой через главный вход,
Вик с Ёлкой за обе щёки уже уписывали Лизин пирог с яблоками. А сама Лиза удивлённо спросила Адша:
— А где Андрей? Он же хотел поговорить с Тимуром.
— Дела у Андрея образовались, неотложные. Одна срочная встреча, на которую ему пришлось поторопиться.
И Адш присоединился к остальным.
Пили чай, хвалили Лизин пирог.
В какой-то момент ногу Адша толкнули. Из под стола высунулась морда, отчетливо, показательно облизнулась. И кусок пирога, приличных размеров, был отправлен прямиком в зубастую пасть. Горик взял лакомство аккуратно, не задев пальцы Адша даже краем клыка.
— А разве собаки едят пироги? — заинтересовалась Ёлка.
— Ну, скажем так, такая пища для них не слишком полезна, — заметил Тимур. — Но Горику сейчас нужно отъедаться, он слишком долго голодал. Пусть ест, что хочет.
— Горик у нас вообще! Уникум! Представляете, он всё понимает! — восхитился Вик, заглядывая под стол.
— Если пес с детства воспитывался рядом с человеком, тот с ним разговаривал, учил и вкладывал в него душу — это не удивительно, — пожал плечами Тимур. — Я читал, что такие собаки запоминают до тысячи слов. И прекрасно понимают все команды.
— Неа! — авторитетно заявила Ёлка. — Горик не реагирует на команды. Совсем. Мы с Виком все перепробовали. Но зато отлично понимает все-все, что при нём говорят!
— А почему он не должен понимать? — пожал плечами Адш, прислушиваясь к общей беседе.
— Так он же животное! — округлила глаза Ёлка.
— И что? — не понял Адш.
Горик отчётливо фыркнул, вылез из-под стола, встал рядом с Адшем и всей своей позой — движением собачьих плеч, покачиванием головы, мимикой звериной морды — ухитрился повторить это самое «И что?»
— Я же говорю — уникум! — зааплодировал Вик. — Тимур, а может он в цирке работал?
— Выдумщик, — Тимур рассмеялся. — Ладно, ребята, давайте расходиться. Нам завтра с утра с Виком за квадром ехать.
Адш остановился у двери Тимура в глубокой задумчивости. Его обостренный слух улавливал, как Тимур что-то негромко мурлыкал. Видимо, готовился ко сну.
Демон опустился на одно колено, обнял Горика за теплую, лохматую шею и зашептал прямо в настороженное собачье ухо:
— Знаю, он в хорошем настроении. Не хочется ему его портить, совсем. Но что делать? Придется. Иначе никак. Он должен понять, проникнуться. А то снова влезет в историю. И кто его будет вытаскивать? А? Ты меня понимаешь?
Горик кивнул, ткнул Адша в плечо носом. Иди, мол. Всё правильно. Я тут подожду.
Адш встал. Толкнул дверь. Вошёл.
Тимур стоял у стола, в одних пижамных штанах. Видимо, встал, чтобы погасить лампу. Постель уже была разобрана.
Обернулся на вошедшего демона:
— Адш? Ты что-то хотел?
Демон молча шагнул вперед. Одним движением скрутил растерянного Тимура, развернув к себе спиной, сунул ему под нижнюю челюсть ствол пистолета, надавил посильнее и зло зашипел в самое ухо:
— Вот этот самый пистолет сегодня пронёс в твой дом убийца! Наёмник! Настоящий, в отличии от тебя! Рассказать тебе, что было бы дальше? А, Тимур? Ты бы вышел из подвала и сразу получил пулю в лоб! Без лишних разговоров! Потом он бы завалил остальных! Вика! Ёлку! Лизу! Ты не можешь их защитить! Потому что не способен защитить самого себя!
Отпустил Тимура, сунул ему в руки пистолет, заглянул в лицо и с нажимом произнёс:
— Как наёмник, как боец — ты никто. Пустое место. И чем раньше ты это поймешь — тем дольше проживешь. И ты, и все те, кто находится рядом с тобой. Тимур, ты слышишь меня? Ты понимаешь, о чем я с тобой говорю?
— Я понимаю, — глухо произнёс Тимур, не поднимая глаз на Адша, с отвращением глядя на пистолет в собственной руке. — Только я больше ничего не умею. Ни на что не способен. Это единственное…
— Ерунда! — грубо оборвал его демон. — Ты лекарь! Боги дали тебе этот дар, возвращать здоровье, спасать жизни! А не отбирать!
Тимур с неожиданной силой отбросил от себя пистолет, в угол комнаты, вскинул на Адша измученные, больные глаза и заорал:
— Да, ты прав! Убивать — это не моё! Но и лечить я не могу! Ты не знаешь!
— Знаю! Вик рассказал мне всё! Вот, держи!
И Адш с размаха хлопнул по столу ладонью. А когда убрал её в сторону — перед изумлённым Тимуром лежала, тускло отливая металлом, именная бляха патрульного. С его собственным именем и личным кодом, выбитыми чётким шрифтом.