В куриной шкуре

Булычев Кир

Ловким движением ассистент поднес железку к клюву и принялся подпиливать его острие, причем делал это элегантно, ловко, словно всю жизнь только этим и занимался.

– Каждый птенец! – воскликнул он при этом. – Каждый птенчик на нашей планете знает, что делать с этой, по вашему выражению, железкой. И я думаю, что других доказательств не требуется.

– Мы не просим доказательств, – пояснила Кора. – Мы только хотели узнать, каковы результаты раскопок.

– Великолепные.

– И что вы намерены делать

дальше после смерти профессора? – спросила Кора.

– Продолжать! – воскликнул толстый петушок. – Результаты настолько удивительны и убедительны, что нам следует перекопать все вокруг!

– А вот это лишнее, – заявил мрачно Грегг. – Наш с вами контракт истекает через месяц. К этому времени вы должны выкопать все наши драгоценности.

– Это невозможно! Мы уже послали заявку на продление раскопок.

– А мы послали требование завершить раскопки вовремя. Нельзя из-за железок нарушать жизнь города!

«Так, – мысленно отметила Кора, – существует конфликт между экспедицией и местными властями. Следует выяснить его действительные подспудные причины».

– Из-за железок! – Голос петушка поднялся до высочайших нот – соловей бы позавидовал такой руладе… И сорвался. – Из-за железок? – прохрипел археолог.

На этот раз из коробки, обтянутой синим шелком, показался кусок яичной скорлупы. Коре показалось, что этот кусок принадлежал страусиному яйцу, впрочем, она не могла быть в том уверенной. Но вначале ей не пришло в голову, что это скорлупа яиц почтенных жителей планеты Ксеро, вернее, их отдаленных предков.

– Богатыри! – кричал ассистент, вновь обретши голос. – Не нам чета! Вот какие яйца несли наши бабушки! Понимаете ли вы, что это – первая находка останков яйца древнего ксера вне пределов нашей планетной системы!

«О ужас, – сердце у Коры упало, – вы хотите сказать, что во мне лежит целая такая штука? И ее мне придется рожать? Нет, лучше смерть!»

– Нам это приятно слышать, – сказал Грегг, не скрывая сарказма. – Этой скорлупе уготовано почетное место в вашем музее. Но это не основание для того, чтобы копать до конца света.

– Вот именно! – упавшим голосом закончил свой монолог ассистент и бережно положил обломок скорлупы обратно в коробку. – Теперь мне ясно, кому было выгодно устранить со своего пути профессора Гальени.

– Поосторожнее! – рассердился администратор. – Попрошу выбирать слова. Здесь я представляю галактическую власть.

Ассистент заложил когти за широкий пояс и начал медленно раскачиваться взад и вперед. Кора поняла, что у ксеров это поза угрозы и презрения. Но вряд ли Грегг Мертвая Голова испугается этой позы.

Все еще удрученная своими проблемами, Кора, чтобы разрядить напряжение, попросила Грегга:

– Вы не покажете мне место происшествия? Ведь до сих пор я многого не знаю.

Ассистент напряженно смотрел на нее черными блестящими

глазками. Словно хотел передать ей какую-то важную тайну.

– Ну что ж, – согласился Грегг ан-Грогги. Он поправил свою высокую форменную шляпу – знак административной власти – и быстрыми шагами вышел из палатки.

Остальные послушно последовали за ним.

Снаружи дул свежий ветер, он поднимал пыль из траншей, заволакивал дымкой широкую долину реки и скалистые горы по ту сторону.

Пройдя площадку, на которой шли раскопки, они вышли на обрыв над речкой.

Грегг ан-Грогги подошел к краю обрыва и показал вниз.

– Вон там валялись белые перья, – произнес он.

– Перья?

– Да. Это я увидел, – быстро сказал ассистент. – Господин профессор обычно приходил на раскопки раньше всех и никогда не опаздывал. А тут – уже два часа, а его все нет. Я позвонил в его жилище…

– У них сборный дом, – пояснил Грегг. – Они его поставили вон там… – Грегг показал на окраину городка. – Оттуда пешком минут пять.

– Мы ходим пешком, – сказал ассистент. – Это полезно для фигуры.

Местный доктор захихикал. Кора поняла почему. Достаточно было взглянуть на крепко сбитую, совершенно округлую фигуру молодого петушка.

– Это не основание для дискриминации! – вскричал петух. И тут уж все рассмеялись, включая Кору.

– И вы! – воскликнул петушок, обернувшись к ней. – И вы с ними!

«Наверное, мне нужно взглянуть в зеркало, – думала Кора, продолжая хохотать. – Это же ненормально. Над чем я на самом деле смеюсь?»

Ассистент повернулся и зашагал прочь между траншей.

Он был обижен. Даже короткий хвост торчал обиженно. Добежав до края обрыва, петушок бросился вниз, и Коре стало страшно, что это милое существо разобьется.

Она побежала быстрее и, кинув взгляд под ноги, чуть не упала, потому что из-под нее выскакивали не ноги, а желтые когтистые лапы. «Почему мы не одеваемся? – успела подумать она и тут же поправилась: – Почему они не одеваются? У них иные принципы стыда и бесстыдства?»

Кора заглянула вниз с обрыва. Она увидела, как, расправив крылья, ассистент большими прыжками спускается по крутому склону. Порой он даже взлетал – пролетал несколько метров, хотя, если быть точным, то это был не полет, а скорее планирование.

Грегг и местный врач тоже подбежали к обрыву и ждали, чем закончится спуск ассистента.

– Они вообще-то летают? – спросил администратор.

– Нет, – ответил местный врач. – Но они могут спланировать с высокого обрыва.

Кора знала, что доктор ошибается. Она-то сама летала, спасаясь от убийцы. Может быть, у куриц не принято об этом говорить?

Ассистент спустился к реке.

– Вот здесь! – закричал он. – Вот здесь я нашел его маховые перья.

– Чего? – не поняла Кора.