В Кольце

Блонд Любовь

А самое главное — люди. Женщины с колясками, стайки детишек, бегущих по своим делам, старушки, медленно ползущие до магазина. Так много простых людей, которые ничего не знают. Да и не хотят знать. У них свои заботы и житейские проблемы. А что там, в Кольце, пусть военные разбираются.

— Нам далеко ехать?

— От границы до ближайшего приличного торгового центра далековато. Но к вечеру вернемся, не переживайте.

***

Константин вернулся домой ровно в девять вечера. Голова все еще шумела после вчерашнего застолья, но умереть

уже не хотелось. Хотелось упасть в кровать и забыться до утра, чтобы восстановить былые силы. Все же алкоголь — настоящее зло. Особенно для офицера, принимающего важные решения.

Домой он заходил с небольшим волнением. Все же не было у него стопроцентного доверия к девушке, прожившей почти год в Кольце. Было маленькое подозрение, что она попытается сбежать на волю при малейшей возможности. А возможность Константин ей дал просто огромную.

Однако, учуяв на пороге запах мяса, все сомнения тут же улетучились. Саша хлопотала на кухне, стараясь успеть приготовить ужин.

— Я немного задерживаюсь, — крикнула она, почувствовав холодный воздух от входной двери. — Буквально десять минут.

Мужчина, едва сняв верхнюю одежду, сразу направился на кухню. Ему самому было интересно посмотреть, на что же девушка потратила такую кучу денег с его карты.

— Розовый костюм?

Константин скривил недовольную гримасу, хотя и заметил, что фигура у девчушки все же имеется. Страшное платье, которое она, должно быть, нашла на помойке, умудрялось скрыть любые намеки на женственность. А тут и бедра откуда-то появились и даже грудь есть. Надо же, как одежда меняет человека.

Саша отложила нож и посмотрела на новые светло-розовые брюки и футболку. Что не так? Нормальный, девчачий домашний прикид.

— Не нравится — не смотрите. — отмахнулась девушка и вернулась к резке овощей для салата. — Твою мать!

Тут же нож полетел на стол и Саша ухватилась за палец из которого хлестала кровь.

— Ну что еще такое?

Константин подошел неприлично близко, взял окровавленную ладонь в свои руки и разглядывал глубокий порез. Впервые он учуял от девушки приятный запах парфюма. Что ж, побаловать себя она любит.

— Это все ваша недовольная физиономия. — огрызнулась девушка. — Дайте смою, а то испачкаетесь.

Поставив руку под струю воды, Саша стянула полотенце и быстро замотала палец. Он неприятно щипал и пульсировал, требуя пластыря и бинта.

— Ну что же ты такая…

— Неловкая? Криворукая? Знаю. Если спешу, то обязательно накосячу. Твою ж мать, прямо на сгибе. Заживать будет до лета.

— Пластырь-то есть?

— Надо к Галине Ивановне сходить.

— Бога ради, ничего не трогай и никуда не ходи, сейчас вернусь.

Константин накинул пальто на плечи и исчез за дверью. Саша же с удивлением смотрела то ему в след, то на палец, обернутый полотенцем. Подумаешь порез, с кем не бывает? С другой стороны, неожиданная забота со стороны Константина… Приятна. Она ожидала сердитого взгляда или выговора, но не такого бережного отношения.

Когда о ней волновались в последний раз? Разве что Алексей проявлял внимание, но он не скрывал, что ему нужен толковый помощник, чтобы управлять

своим маленьким государством. Сергей еще как-то пыжился, строя из себя защитника, но просрал все возможности подлым предательством.

Константин вернулся через десять минут с охапкой пластырей в одной руке и флакончиком перекиси в другой. Саша честно ждала его первые две минуты, но потом, как ни в чем не бывало, продолжила резать салат. К возвращению хозяина стол был уже накрыт.

— Я же сказал ничего не трогать. — недовольно произнес мужчина. — Пошли в ванную, надо смыть кровь.

Саша молча пошла за хозяином дома, хотя на языке так и вертелось что-нибудь колкое и немножко издевательское. Но ведь приятно, когда за тебя так переживают. Пусть забота и Константин находятся в разных концах вселенной, но вот прямо сейчас он показывает исключительно редкое поведение нормального человека.

Мужчина осторожно размотал полотенце, еще раз осмотрел окровавленную ладонь и подставил ее под струю прохладной воды. Невероятно осторожными движениями он смысл засыхающую кровь, приложил к ране чистое полотенце и еще раз осмотрел палец:

— Сейчас будет немного больно. — с этими словами он от души налил на палец перекиси.

— Вы сегодня невероятно заботливый. — не выдержала Саша, наблюдая за действиями мужчины.

— Это плохо?

— Нет, что вы. Скорее непривычно.

— Потому, что обычно я невероятный мудак?

О, ну надо же, вспомнил вчерашний пьяный разговор. Ну так Саша больше не будет держать язык за зубами, сам же просил:

— Да, именно так.

— Что ж, обычно — да, но не всегда.

— Значит, сегодня у меня есть редкая возможность увидеть вас другим? Как продлить такое состояние?

— Даже не знаю. — Константин смущенно опустил голову, делая вид, что занят невероятно сложным занятием — наклеиванием пластыря. — Например, никому не говорить, что я бываю не мудаком.

— Это не сложно.

— Вот и договорились. Постарайся больше не калечить себя острыми предметами. Иначе выкину все ножи.

Константин вышел из ванной и сел за стол, вооружившись вилкой и ножом. Саша так и осталась изучать наклеенный пластырь на пальце, улыбаясь под нос. Забота бывает такой приятной. Неважно, от кого она исходит, но когда чувствуешь, что другому человеку небезразлично твое состояние, становится тепло и спокойно на душе.

— Ты придешь? — раздался из гостиной привычный голос со стальными нотками.

Саша села напротив и никак не могла скрыть улыбки с лица. Поначалу Константин старался не обращать внимания и даже натянул привычное хмурое выражение физиономии. Но в конце-концов не выдержал и вопросительно посмотрел на девушку:

— Что?

И снова холодные нотки в голосе. Но теперь не такие, как обычно. Нет безразличия и льда в глазах, да и в целом что-то изменилось в человеке напротив.

— Мне приятна твоя забота. — Саша впервые обратилась к нему на «ты» с момента первой встречи. — Порез-то пустяковый для любой хозяйки, но твое отношение к нему… Спасибо. За весь сегодняшний день. — Она вытащила из кармана красную пластиковую карту и положила перед Константином.