V группа
Шрифт:
Ответом был дикий, заливистый хохот.
Том встал и обошёл комнату по периметру, звук его мерных шагов нестерпимо раздражал спутника. Он вцепился в свои ноги, собирая ткань штанов в крупные складки, и опустил голову.
– Прекрати, – злобно прошипел он.
– Бесишься? – небрежно бросил Том, но остановился. Аккурат напротив окна.
– Убить готов.
– Смешно, – мерзко хохотнул Том. Этот человек вызывал у него стойкую неприязнь с самого первого дня знакомства, а позже – доставил уйму неприятностей. И теперь ему хотелось отомстить, но кроме насмешек и словесных оскорблений ничего сделать невозможно –
– Уж лучше быть убитым Управлением, чем таскаться повсюду с чопорным нытиком типа тебя, да ещё и быть должным, – пробурчал мужчина.
– Ничего… Управление до тебя ещё успеет добраться, потерпи.
– Ты первый в очереди, – прошипел спутник Тома и злобно глянул на него.
Том поежился. Конечно, он сможет объяснить нанимателям свои поступки, обосновать их логически. Вот только захочет ли Управление слушать его? Если нет, то даже Чарли и Правительство ничего не смогут сделать. Он задумчиво прошёл к рюкзаку, достал оттуда два протеиновых батончика и бутылку воды, бросил спутнику.
– Поешь. Силы пригодятся ещё.
Тот ничего не ответил, только зашуршал оберткой. Фонари за окном погасли, и пригород вместе с домом, в котором нашли временное убежище Том и его спутник, погрузился в кромешную ночную темноту. Странно, что здесь вообще работало уличное освещение. Наверное, его оставили для нужд различных служб и патрулей. Том положил рюкзак под голову, свернулся калачиком на полу и прикрыл глаза, прислушиваясь к каждому шороху. Мужчина в противоположном углу тоже улегся и скоро засопел. Тогда и Том погрузился в тревожный, чуткий сон.
Том
Все люди, все человеки.
(Ф.М. Достоевский)
В черной папке с материалами дела не оказалось ничего сколь-нибудь важного. Я изучил её содержание минут за пятнадцать. Андрей ни разу не взглянул на меня даже краем глаза – подозрительно. Возможно, его руками Управление проверяет меня. Ещё раз перебираю шершавые листки из папки: в них биография девушки по имени Мария, дата и место рождения, даже время указано, вес и рост при рождении, другие антропометрические и медицинские данные, включая список прививок и болезней; образовательные учреждения с краткими характеристиками от педагогов; место работы. И фотография: средней длины каштановые волосы с рыжиной, постриженные неровным каре – чуть более длинным спереди и коротким сзади, широкие брови, вскинутые домиком, бледного зеленоватого цвета глаза, немного вздернутый аккуратный нос; по всему лицу рассыпаны веснушки, это наводит на мысль, что девушка на самом деле рыжая, а волосы просто красит; красивые губы, несколько тоньше, чем хотелось бы видеть на таком лице. Она не красавица, скорее наоборот, – есть в её внешности нечто отталкивающее, но при этом лицо хочется разглядывать.
– Это пропавшая девушка? – после третьего круга изучения досье, я обратился к Андрею.
– Да.
– Здесь нет ни капли полезной информации, кроме фотографии, которая могла бы относиться к делу.
– А ничего особенного и нет. Если бы было, вас никто не стал бы приглашать к сотрудничеству, – совершенно ровным, бесцветным голосом произнес старший следователь. Меня передернуло. Слишком его произношение напоминало
– Я никогда не занимался такого рода поиском людей. Но прекрасно понимаю, что без какой бы то ни было информации работать невозможно.
– Не переживайте, Том. Мы с вами поделимся всем, что знаем. Но этого слишком мало, как вы уже догадались.
Он забрал у меня папку, бросил её в мусорное ведро, намертво вмурованное в огромные гранитные плиты. Затем медленно достал из кармана пачку сигарет, прикурил одну с помощью спичек! Кто бы мог подумать, что ими ещё пользуются! Тлеющая сигарета и зажжённая спичка полетели в урну следом за папкой. Через полминуты ветер относил от нас едкий серый дым полыхающего досье.
– Пройдемся? – Андрей встал, и мне пришлось последовать его примеру.
Я выжидал. Принципиально не собирался задавать никаких вопросов, позволив своему коллеге взять инициативу. Я постепенно проникался странной неприязнью к этому человеку, а вместе с ним – и к Управлению тоже. Понятно, что эта организация старается работать максимально скрытно, можно даже сказать призрачно. Но стоило ли тогда приглашать меня расследовать это непонятное, но важное дело?
– Девушка пропала чуть больше недели назад. Без видимых на то причин. Вы же знаете, Том, что Пятая группа под полным контролем по всему миру. Рождение, смерть, жизнь – всё запротоколировано, в абсолютно любой момент времени мы в состоянии отследить каждого. Камеры определяют их не только по лицу, но и по спектру. В нашем мире невозможно пропасть бесследно. Но ей удалось.
– При каких обстоятельствах?
Мы поднялись вверх по улице и свернули на бульвар, утопающий в молодой зелени. Никто из прохожих не смотрит на нас, все спешат по своим делам, молодые матери выгуливают своих чад – всё, как и десятки лет назад. Кто знает, может быть среди этих детей есть и Пятая группа. Внешне их нельзя отличить от обычных, но именно они – мировая надежда и главная опасность.
– Дружеская вечеринка. Посиделки со студенческими товарищами. Камеры засекли её с каким-то мужчиной. Они покинули здание через запасной выход. Дальше есть только несколько точек, в которых она засветилась в течение двух следующих дней. После этого – пустота.
– Свидетели? – я уже понимаю, что дело, скорее всего, не раскрыть. Если члены Управления за почти две недели не смогли ничего нарыть, то мне не удастся это сделать тем более.
– Все, кто был на вечеринке. Среди них есть парочка интересных персонажей. У вас будет возможность поговорить с ними. Как и доступ к любым материалам дела, – Андрей остановился в конце бульвара, перед нами мелькали автомобили. Мы развернулись и пошли в обратную сторону.
– Я, конечно, вынужденно возьмусь за работу, но не думаю, что есть хоть какие-то перспективы.
– Есть. Вас выбрали не просто так. Человеку со стороны, со свежим взглядом, гораздо проще найти логические несостыковки, задать правильные вопросы. Вы же никогда не работали с этими людьми, – он чуть помолчал, убеждаясь, что я понял, о ком идет речь. – Значит, смотрите на них, как на простых обывателей.
– Возможно, в этом есть доля логики.
– Конечно. Следователь высшего ранга – это не шутка, Том.
Мы замолчали. Я мимоходом любовался бульваром. Удивительный всё же город, эта Москва. Как лавка старьевщика. Можно найти что угодно и даже больше. Вот только смогу ли я отыскать в этом многомиллионнике одного-единственного человека, который умудрился спрятаться от самого Управления, находясь под его полным контролем?