В гости по ночам...
Шрифт:
В коридоре послышались женские голоса и голос Алексея.
– Извините, Юлия Карловна…
– Да, конечно, Оленька, я все понимаю.
Ольга выскочила в коридор и увидела молдаванок. Женщины не могли поверить, что проспали на работу, что не услышали будильника.
– Ольга Петровна! – прижала руки к груди та, что стояла ближе всего к появившейся Ольге. – Вы можете подтвердить нашему хозяину…
Женщина пошатнулась, схватилась рукой за стену и замолчала.
– Ольга Петровна, что с нами со всеми случилось? – спросила вторая, не отрываясь от стены.
–
– Ольга Петровна! – взмолилась третья женщина.
– Я все подтвержу. И Алексей подтвердит. И, думаю, что милиция подтвердит. Надо их вызывать. Газ – это серьезно. Можете вашего работодателя сюда приглашать.
Одна из женщин запустила набор номера и первым делом услышала забористый русский мат с кавказским акцентом, который разнесся из трубки чуть ли не по всему коридору. Ольга взяла трубку из рук молдаванки. Она умела разговаривать со скандальными пациентами. И ей удалось заставить хозяина овощных ларьков ее слушать.
– Все спят?! – пораженно переспросил он. – И мужик с колом в спине лежит? – Работодатель молдаванок помолчал и предложил: – Слушай, пусть одна останется, а другие приезжают. Они работать смогут?
– Вообще-то им лучше бы сегодня отдохнуть.
– Ты врач?
– Врач, участковый терапевт и по совместительству живу в этой квартире.
– А лечиться у вас можно?
– Можно, – рассмеялась Ольга, назвала адрес поликлиники, номер своего кабинета и сказала, что лучше приходить к концу приема.
– Я тебе позвоню, – сказал восточный мужчина, прекрасно владеющий некоторыми оборотами русского языка. – Слушай, а на самом деле мои как? Работать-то смогут?
– Завтра выйдут. За сегодняшний вечер и ночь, думаю, отойдут. И вообще во сколько они сегодня приедут к вам в ларьки? Кто вечером в субботу за овощами ходит?
Мужчина усмехнулся.
– А я звоню им, звоню, ни одна трубку не берет! – сообщил он. – Не знал, что думать.
Ольга повторила, что завтра его сотрудницы будут на работе, и отключила связь.
– Спасибо! – выдохнули молдаванки.
Ольга отправилась к стационарному телефону звонить в милицию, где дежурный, услышав ее сообщение, на мгновение лишился дара речи. Правда, обещал в самое ближайшее время отправить группу.
И милиция на самом деле приехала. К этому времени Ольга привела в чувство брата, который никак не мог поверить, что проспал похороны соседа Темы. И он на самом деле так долго не спал никогда, даже после принятия внутрь значительной дозы горячительных напитков. Писатель Вася проснулся сам от шума, Святослав, сын Юлии Карловны, был разбужен матерью. Ганса будила Ольга, и он долго не мог понять, где находится, бурчал себе под нос что-то на немецком. Бомж Сева в квартире отсутствовал, и никто не мог сказать, когда он ее покинул и вообще ночевал ли. На чердак его искать не ходили, так как днем Сева там в любом случае не сидел.
Сотрудники органов однозначно сказали, что использовался какой-то газ. Ольга, как врач, была с ними полностью согласна. Какой именно, определить не представлялось возможным. Химия
– У нас в городе зафиксированы преступления с предварительным усыплением? – поинтересовался Алексей у следователя.
Тот кивнул.
– Разумно было бы усыплять, чтобы ограбить, – сказал педантичный немец. – У меня ничего не пропало. И, как я понимаю, у жильцов этой квартиры…
Он резко замолчал и повернулся к Юлии Карловне. Та на пару с сыном произнесла долгое «о-о-о…», потом они, не сговариваясь, бросились к себе в комнату. Сотрудники органов не понимали, что происходит. Даже судмедэксперт оторвался от тела, осмотр которого начал.
– Они богатые? – спросил следователь.
Игорь Петрович хмыкнул. Ольга пояснила, что убитый сосед, Владимир Викторович, был крупным коллекционером. Комнату он завещал ей с братом, а коллекцию – Юлии Карловне с сыном.
– Его же только что убили, да? – уточнил следователь.
– Завтра похороны, – сообщил Вася. – С другой стороны, если бы кто-то хотел добраться до коллекции Владимира Викторовича, то пустить сюда газ мог и раньше. Слушайте, а где баба, которая вчера появилась?
Вася обвел взглядом жильцов квартиры. Все пожали плечами. Отсутствие Александры, приехавшей на поиски мужа и нашедшей его в морге, вызывало самые большие подозрения. Она исчезла. А коллекция находилась в квартире не один год и даже не одно десятилетие. И сигнализации не было никогда.
Вернулись Юлия Карловна с сыном.
– Все на месте, – сообщили они жильцам.
– Оля, сумка этой Александры вроде бы исчезла… – Игорь Петрович посмотрел на сестру.
Ольга со следователем отправились в их с братом комнату, в которой Ольга еще толком не успела осмотреться. Она жильцов квартиры в чувство приводила.
Кровать, на которой обычно спала сама Ольга, а вчера вечером легла Александра, оказалась примята и не убрана. То есть на чистом белье, постеленном Ольгой, только спали или, наверное, правильнее будет сказать: лежали. Спортивная сумка и дамская сумочка исчезли.
– У вас ничего не пропало? – уточнил следователь, осматривая довольно убогое жилище участкового терапевта и санитара из морга. Ради этой комнаты никакие воры в квартиру бы не полезли.
Ольга только усмехнулась. Да, вся мебель у них была или старинной, или старой. Неспециалист назвал бы бельевой шкаф и буфет старыми, но на самом деле они были еще дореволюционными и сделаны из почерневшего красного дерева. Имелся старинный сундук. Остальную мебель покупали родители в советские времена. Ольгина кровать с железными спинками и «чашечками» – уже редкость. Такие или свезли на дачи, или выбросили. Остались они только в старых питерских коммуналках. Игорь спал на диване, который теперь не складывался. Внутри что-то сломалось, но его это нисколько не волновало. Пружина ни в спину, ни в бок не втыкается – и ладно. Вот если бы не раскладывался – другое дело. А так есть еще и отговорка с утра не убирать постель.