В горах ближе к небу
Шрифт:
— Боги! — шептал секретарь, приближаясь к ней. — Какое блаженство!
Ноги его подкашивались, а сердце начинало неистово прыгать в груди. Хетту казалось, что там, в глубокой нише, где лежала она, сияет магический свет далекого незнакомого солнца. Он не замечал, что ее гармоничное и совершенное тело мертво. Оно давным-давно утратило упругость и гибкость, застыло, превратившись в некое подобие огромной статуи. «Золотая богиня» была прекрасна в своей зачарованной неподвижности.
Хетт подошел вплотную и наклонился,
Секретарь Вальганиуса придумывал ей сотни изысканных имен, но она не откликалась ни на одно из них. Ему пришлось смириться с этим. Раз за разом, рискуя жизнью, он приходил сюда, любовался ею, рассказывал обо всем, что его волновало. Он поведал ей историю Драгии, жители которой забыли солнечный свет и оттого очерствели. Они разучились любить и испытывать счастье…
Сегодня Хетту было нечего сказать ей. Он не мог защитить свою «Золотую богиню» от надвигающейся беды.
— Я не в силах что-либо изменить, — шептал он, прерывисто вздыхая. — Я могу только умереть вместе с тобой. Ты не будешь одинока в предстоящем тебе вечном странствии по Полям Звезд…
Разум Хетта отказывался верить в то, что она уже мертва. Он смотрел на «Золотую богиню», и его губы дрожали.
В бреду или во сне, Глазам своим не веря, Я созерцал тебя, ласкающей странного зверя. По глади реки скользили Лиловые тени цветов и твое отраженье… Я видел себя и чужие просторы, Зеленое небо, хрустальные горы. И страстно желал, твердя в исступленье: Пусть станет реальностью это виденье!Стихи родились сами собой, легко и естественно, как всегда в ее присутствии.
Удивительно, но он совершенно не боялся смерти. В преддверии путешествия по Полям Звезд он перестал быть слугой, секретарем Магистра, перестал быть жителем подземного города Жада и обитателем планеты Драгия. Впервые за всю свою короткую жизнь он стал самим собой.
«Это потрясающее ощущение! — подумал он. — Слишком поздно…»
Когда Касс вышел из сетлея, твердь под его ногами вновь содрогнулась.
— Интересно, как долго это продлится? — пробормотал он, прислушиваясь к колебаниям грунта.
Толчок был слабенький, еле заметный. Если бы не предупреждение друга, Касс не обратил бы на сотрясения никакого внимания.
Он огляделся. Бледные лица прохожих ничего не выражали, кроме привычной скуки. Жители Жада пытались развлечь себя: они бестолково толпились у игровых автоматов, что-то жевали, делились сплетнями и вяло жестикулировали.
Касс
Она словно споткнулась.
— Касс, зайдешь домой, посмотри на себя в зеркало! — злобно выкрикнула Лет. — Ты отвратителен!
— У тебя слишком яркие щеки, — сказал он, отвернулся и пошел в дом.
Лет едва справилась с желанием догнать его и ударить. «Ничего, он скоро уедет», — подумала она.
Дома Касса ждало сообщение: он должен срочно вернуться в колонию. Он посмотрел на дату. Сообщение пришло совсем недавно.
— Началось, — прошептал он. — Похоже, правительству Драгии уже кое-что известно.
Покидая город, Касс чувствовал нервный озноб. Он старался не смотреть по сторонам. Неужели Жад и все его жители обречены?
Сетлей, не сбавляя скорости, свернул с дороги в темный заброшенный туннель. Грубо обработанные своды покрылись плесенью. Заброшенным туннель считался условно. Кому было положено, те знали, что он является запасным выездом из города.
Касс еще раз свернул и выехал на ту же магнитную трассу, по которой ехал в отпуск, окрыленный мечтами о приятном отдыхе.
На панели приборов сетлея вспыхнуло табло, замигала надпись: «немедленно ответить».
— Касс, — откликнулся начальник колонии.
— Ваш код для выезда 2773, — произнесло табло.
— Понял, — подтвердил Касс.
Раздался сигнал отключения, и табло потухло. Касс нервничал, он ждал повторного сигнала, после которого должен был набрать код. Табло молчало.
По обе стороны трассы дрожали световые ленты. Сетлей мчался на большой скорости. Касс не мог сбавить ее: он боялся, что не успеет доехать до нужного участка дороги в расчетное время. И тогда ему уже не спастись — сетлей будет уничтожен.
Прозвучавший наконец сигнал табло заставил его вздрогнуть. Касс сосредоточился. Набрав код, он с облегчением вздохнул: «Все, теперь пусть ищут меня!»
Начальник колонии думал о Вальганиусе. Он не сомневался в том, что убедит Магистра взять его с собой. Только бы успеть!
Подземные толчки участились. Внезапно свет в туннеле погас. Касс не успел как следует испугаться, потому что тут же автоматически включилось автономное освещение. Теперь вместо светящихся полос по бокам трассы загорелись прожекторы. Раздался ужасающий грохот… Последнее, что видел Касс — несколько черных зигзагов на стене туннеля. Это были трещины. В мгновение ока подземный свод обвалился, раздавив сетлей, как яичную скорлупу.
Обитатели Драгии так и не успели понять, что произошло. Город Жад погрузился во тьму и начал рушиться, превратившись для жителей в западню, из которой не было выхода.
В замке Вальганиуса тоже погас свет. Все смешалось — шум обвалов, странный гул, пыль и тьма. Хетт закрыл глаза и всем телом прижался к «Золотой богине». Ожидание смерти утомило его. Он даже желал ее…
Вальганиус нервничал. Катастрофа произошла чуть раньше, чем он ожидал. Пришлось ускорить взлет корабля. На экране внешнего обзора Магистр еще видел Драгию, вернее, то, что от нее осталось…