В глубинах неба
Шрифт:
– А ко мне тебя кто приставил?
– Считай, удача! – Войцех хохотнул, продолжая греметь тарелкой. Он уже перешел ко второму, и вилка мелькала, как маленькая молния. – У меня отпуск, я их обычно не беру, только деньги. А тут халтуру предложили: гостя по станции покатать, поглядеть, чтобы не обижали… ха-ха! И чтобы не заблудился. Думал, турист какой, а оказалось, целый следователь!
– Лучше бы конечно турист, да? – подначил его я, ковыряя в тарелке. Войцех широко распахнул глаза:
– Конечно! И по злачным местам протащить чтобы, и подговорить кого из своих, чтобы устроили "опасное приключение", а ты как думал! У нас
Я вспомнил крикливую даму на таможне. Слишком громкая, слишком заносчивая. От чего-то представилось, что она все еще на таможне, и что до сих пор там длится противостояние. "Согласно параграфа такого-то…" Я непроизвольно усмехнулся от такой картины, отложил вилку и взял чашку с кофе. Войцех понял меня по-своему, спросил:
– Не веришь? Так ты любого спроси! Программа обычная: развлечь, напугать, обобрать… ну, то есть, заработать побольше! Обязательно и в Красное пятно отвезут, болтанку устроят, и нападение организуют с ограблением и со счастливым концом!
Люди везде одинаковые, как и поступки, из этой одинаковости возникающие. Все как на Марсе. Когда я был молод и работал оперативником, мы старались не реагировать на такие вот шутки. Благо, они обычно заканчивались хорошо: сломанный пескоход благополучно возвращался на базу, ограбленным – деньги. Бывало, даже все.
– Со мной прилетела одна женщина, – объяснил я, – на таможне разминулись. Скандальная, с камерой. Когда видел ее в последний раз, она разносила таможенный пост. Не повезет вашим, кто попробует ее ограбить, пусть даже не всерьез.
– Туристка? Нет, не слышал, мне только тебя скинули. Хотя, может, позже и взял кто. – Войцех пожал костлявыми плечами, поставил чашку на стол, занятый грязной посудой. – Ладно, помчал я на базу, звони, если что.
Он приложил палец к видимому только ему счету и поднялся из-за стола. Я тоже не стал засиживаться и, расплатившись, отправился в номер.
5. Жертвы и происшествия
Я прошел мимо лифта с широкими, как ворота, дверями, на Земле такие бывают только у грузовых, и побежал по лестнице. Ступени были рассчитаны на нормов, и идущий чуть выше морф шагал сразу через четыре. Я обогнал его, вышел на площадку второго этажа. Отсюда в две стороны уходил длинный плавно изгибающийся коридор с дверями по обе стороны. Я вызвал план гостиницы, чтобы найти свой номер, и только сейчас прочитал его спецификации. Заведение оказалось из недорогих. Здесь в основном размещали командировочных со спутников, у которых не было постоянного жилья нигде на Большом Ю. Собственно, и этажей в гостинице было всего два. Остальные занимали офисы торговых представительств, служащие которых обитали здесь же в крошечных двухместных каморках. И да, номер, который я сейчас искал, был из таких. И даже наполовину занят.
Пройдя по вытертой за годы ногами жильцов полосе в пластиковом ковре на полу, я остановился у двери с номером 207. На ее полотне мигала красным виртуальная надпись: "Пошли к черту!", очень красноречиво подкрепленная фигуркой морфа, раз за разом повторяющая оскорбительный жест. Я подключился к внутренней системе безопасности. Моего допуска хватило, чтобы выяснить, что мой сосед – морф, скат, и что он сейчас в номере. К счастью, комнат
– Чего надо?!
Я отступил на шаг, просто чтобы не задирать слишком высоко голову, ответил:
– Приветствую. Будем соседями.
– Пошел к черту! – скат повысил голос, но уже потерял ко мне интерес и начал втягиваться обратно к себе. Когда дверь за ним захлопнулась, я повернулся и вошел в свою комнату.
Обстановка тут была чуть более, чем спартанская. Простая универсальная кровать-трансформер, пара таких же стульев, откидной стол на кронштейне, вот и все. Видеостена оказалась отвратительного качества и спектром, сдвинутым под расширенное зрение морфов. Вытащив из встроенного шкафа белье, я бросил его на кровать: застелю позже. Затем сел на стул и вывел на виртуальный экран перед собой полученные от Совета данные по погибшим.
Итак, Егор Федоров, лидер команды разведчиков. На зацикленном видео появился мужчина с изъеденным оспинами, обожженным лицом. Тяжелые надбровные дуги с густыми седыми бровями, из-под которых блестели в камеру маленькие глаза, цвет которых трудно было угадать. Седые волосы коротко пострижены, уши плотно прижаты к черепу, дряблая кожа на шее. Я заглянул в данные: восемьдесят семь лет, после завершения контракта он должен был выйти в отставку. Герой Большого Ю, он и его люди спасли целую рабочую станцию, когда та начала падать сквозь атмосферу из-за разгерметизации газовых подушек.
Дело было громкое, его даже на Земле обсуждали почти месяц. Пока шла эвакуация, они с помощником залатали разрыв в оболочке и подключили спасательный катер для подкачки той газом. В процессе эвакуации начался пожар, но удалось обойтись без жертв, а сами работы по удержанию на плаву прошли так хорошо, что станция вот уже несколько лет продолжает погружаться, но никак не утонет.
В ставшем для Федорова последним погружении команда отправилась вытаскивать научный зонд. Тот слишком глубоко нырнул под облака и оказался на глубине, где газовая атмосфера становится плотнее воды. Ничего особо критичного, катер разведки способен выдерживать много большие нагрузки. В результате зонд перехватили, но с подъемом начались проблемы: Заклинило газовую подушку. Можно было дождаться помощи, или попробовать справиться самим. Второе было смертельно опасно, но Федоров решил выйти наружу сам, чтобы не рисковать командой.
Я запустил последнее сохранившееся видео с камеры скафандра. Перед объективом мелькали части обшивки и руки в толстых перчатках, цепляющиеся за скобы на корпусе катера и двигающиеся, как в патоке. Он что-то немелодично напевал хрипловатым голосом, когда вдруг завыл сигнал тревоги, и изображение пропало, сменившись надписью: "потеря сигнала". По официальным данным, произошла разгерметизация с последующей имплозией, скафандр просто схлопнулся под чудовищным внешним давлением. Остальная команда уцелела: они не стали рисковать и дождались спасателей.