В глубь земли
Шрифт:
— Ты не то говоришь, Саша, — вмешался Богдыханов. — Ты объясняй проще… Голуби тут не при чем. Арам Григорьевич. Мы имеем в виду другое животное, так сказать, более близкое нашим интересам.
— Что?.. — прошептал главный инженер, подымаясь из-за стола. — Вы пришли сюда дурачить меня загадками? Вы думаете, что я не видел бегемотов, нарисованных у вас на чертежах!.. Что это за балаган?
— Да это не бегемоты, Арам Григорьевич! Уверяю вас, что не бегемоты… — забеспокоился Корелин. — Сейчас вы узнаете… Ермолай, прошу тебя…
Геворкян увидел,
— Да объясните же человеческим языком, в чем дело? — тихо произнес главный инженер.
— Арам Григорьевич! — произнес Корелин, все еще не оправившийся от смущения. — Ведь разведку земных недр можно вести при помощи животных… то есть, простите… подобий…
Корелин не смог закончить фразу, так как дверь неожиданно с шумом растворилась и в комнату быстро вошел пожилой человек с портфелем.
— Арам! Не ожидал? — закричал он еще с порога.
Это был инженер из центра, неожиданно прибывший в институт по срочному делу. Сразу за ним в кабинет вошел Батя.
— Все, товарищи! — быстро проговорил Геворкян, обращаясь к студентам. — Сейчас мне некогда с вами заниматься. Следующий раз приходите с четкой формулировкой того, чего вы хотите.
— Ничего не понимаю! — весело проговорил главный инженер, когда за студентами захлопнулась дверь. — Нельзя сказать, чтобы это были слишком робкие ребята, а вот в течение целых десяти минут не смогли толком объяснить, зачем пришли.
— Ты, наверное, отчитывал их за нарисованных бегемотов? — улыбаясь заметил Батя. — Вот они и перепугались.
— Кстати, ты знаешь, как они объясняют появление бегемотов на своих чертежах? — продолжал главный инженер. — Они пришли ко мне с предложением использовать каких-то животных для геологической разведки. Позже придется разобраться…
— Животное для геологической разведки? — удивился гость. — Это теперь, когда в нашем распоряжении имеется столько совершенных приборов! Вы меня простите, но я невольно вспоминаю барона Мюнхгаузена. Тот в свое время предлагал летать на утках…
— Вообще у нас в институте в последнее время творятся странные вещи, — продолжал главный инженер, обращаясь к гостю. — Можешь ли себе представить! Прошлой ночью я видел собственными глазами двигающийся скелет! А? Как это тебе нравится?
— Какой скелет? Что ты говоришь!.. — забеспокоился инженер. — Я приехал сюда говорить о серьезных вещах… Кстати, Арам, я считаю, что тебе необходим отпуск, и в ближайшее время.
— Ладно, ладно, — ответил Геворкян улыбаясь. — Сейчас мне отпуск не нужен. А что касается скелета, то ты не думай, что мне показалось. Ты ведь не знаешь, о каком скелете я говорю. Да я и сам толком не знаю, что это было. Сейчас начальник охраны разбирается в этом деле.
Вскоре в кабинете наступила нормальная рабочая обстановка. Главный инженер начал горячо спорить с приехавшим инженером, расхаживая по комнате и сильно жестикулируя.
— Трубы?
Иногда голос главного инженера стихал, его заменяла тоже громкая, но неторопливая и обстоятельная речь Бати. Приславший из центра говорил тихо.
— Нам не хватает людей! — горячился главный инженер — Сейчас будут мобилизованы все… Люди! Понимаете, люди нам нужны. Не хватает людей… Вот, например, эти трое… три мушкетера, как кто-то их у нас назвал… Разве я могу на них надеяться? Что мне прикажете с ними делать?
— Да подожди, Арам! Что ты на них раньше времени ополчился? — вставил Батя. — Ребята молодые. Видно, носятся с какой-то новой идеей. Надо разобраться. Завтра — воскресенье. А в понедельник, возможно, займусь с ними сам.
— Я же не говорю, что они вообще плохие работники, — продолжал главный инженер. — Нужно иметь в виду, что они именно носятся с какой-то своей идеей. Бредовой или нет — это мне не известно. Но все равно — сейчас надо выполнять порученное нам задание.
Главный инженер прекратил хождение по комнате, уселся на свое место.
— Бур применим самый обыкновенный. Локационную установку смонтируем вблизи режущего инструмента. Вас интересует радиус обзора? Пожалуйста… Пятьдесят метров уже можно гарантировать… Но это еще не все! Я думаю, что и до семидесяти метров дотянем. Представляете! Сидя вот в этом кабинете, мы будем видеть на экране все, что делается на глубине трех-четырех километров. Ведь сейчас же мы фактически слепые… Мы не видим, что делается вот тут, под нами, совсем близко… — при этом главный инженер резко взмахнул рукой и направил указательный палец вниз, к полу.
— Действительно, не видим… — подтвердил Батя, с какой-то загадочной интонацией в голосе. — Вот только посмотрите…
При этом он указал рукой на большой ковер, лежавший посредине комнаты.
Геворкян и гость с удивлением принялись рассматривать место, указанное Батей. С ковром происходило нечто непонятное. Он вздулся посредине небольшим бугром. Бугор перемещался в разные сторон-л, все время меняя направление.
— Что это может быть? — спросил главный инженер, опять приподымаясь из-за стола.
— Я думаю — крыса, — безапелляционно заявил гость.
— Откуда же в моем кабинете может быть крыса? — обиделся Геворкян. — Нет, это просто интересно… Надо посмотреть.
С этими словами он вскочил из-за стола, подошел к ковру и принялся его отворачивать ногой.
Вдруг из-под ковра показалось маленькое животное с лоснящейся черной шкуркой.
— Крот! — воскликнул Батя, — Самый настоящий крот! Как же он тут появился?
— Это чорт знает, что такое… — грозно прорычал главный инженер, осторожно носком переворачивая неуклюжее животное на спину. — Что это за шутка? Куда его девать?..