В дивизионе

Дягилев Алексей

— Ну, показывай, Наливайко, где тут у вас что? Где немцы? Где наши? Ориентиры, карточку огня. Планшет.

— Наши вон там, там, и ещё там. — Указывает он в трёх направлениях, которые отлично просматриваются с НП. На север, на юг и на запад.

— Одну батарею вижу. Вторую тоже. В деревушке на северо-востоке кто-то копошится, но она получается в нашем тылу. Высотка на юге тоже наша махра. А где немцы?

— Немци це там. — Машет он рукой. — За горкой.

— Не понял. Где проходит передний край обороны противника? —

Пытаюсь я понять логику размещения этого НП.

— Немцы в Андреевке. А её отсюда не видно. — Проясняет ситуацию Баранов.

— А что за дебил приказ тут НП оборудовать? И как вы с него вообще цели обнаруживали? — немного удивляюсь я.

— Гургенидзе. — Продолжает Олег. — А насчёт целей он у разведчиков на батареях узнавал, а потом я их на карту и в планшет заносил, после чего ефрейтор шёл на доклад к начальству.

— А цели-то как подавляли?

— Так батарейцы сами и стреляли, по данным своего взвода управления.

— А где же тогда НП командира дивизиона?

— Так он на командно-наблюдательном пункте командира стрелкового полка иногда бывает. Оттуда и командует батареями, или из штаба даёт разрешение на открытие огня. — Снова поясняет парнишка.

— А ты откуда такой информированный?

— Так я же у нашего комдива коноводом числюсь, потому меня к разведотделению и приписали.

— А сейчас тогда что не коноводишь?

— Так убило под товарищем капитаном коня, вот он в медсанбат и попал. А моего Серко сначала Гургенидзе забрал, а потом на нём наш командир отделения — сержант Овсянников ездил. А когда Серко застрелили, то и он тоже не выжил.

— Как застрелили? Говорили же что шальная пуля? — не перестаю удивляться я, новым перипетиям.

— Из винтовки в Серка моего стреляли. И пуля с нашей стороны прилетела. Конь прямо у меня на глазах умирал. Всё ржал. Как будто что-то сказать хотел. — Отвернулся, чтобы незаметно сморгнуть слезу, Олег.

— А командир, с ним что?

— А он уже мёртвый был. Когда мы на звук от выстрела и ржание коня прибежали. Шея сломана и нога покалечена.

— Про шею я в курсе. А с ногой что?

— Да создалось у меня впечатление, что одну ногу ему конём придавило. И не вылетал он из седла, а его оттуда уже мёртвого вытаскивали, потому и сапог с правой ноги снялся, запутался в стремени.

— Рассказывал кому про свои подозрения?

— А кто меня слушать станет. Вы первый, товарищ старший сержант.

— Ладно. С этим позже разберёмся. А пока не мешало бы поработать. За мной. — Командую я бойцам и первым выскакиваю из окопа.

Глава 4

Пробежав двести метров мы очутились у подножия высоты 169,3 поэтому дальше идём пешком, ожидая, когда

нас кто-нибудь да окликнет. Сегодняшний пароль я знаю, да и идём мы средь бела дня, тем более из своего тыла, так что махра не должна будет сильно напугаться и принять нас за немцев. Увидев кучку бойцов, лениво ковыряющих землю, идём к ним. Тем более я эту группу ещё из окопа приметил, вот и выбрал примерное направление, поднимаясь по косогору.

— Стой. Кто идёт? — раздался окрик человека с ружьём, который прятался немного в стороне от землекопов. Видать наблюдатель за воздухом и остальными достопримечательностями.

— Артиллерийская разведка. — Останавливаюсь я.

— Пароль?

— Мелитополь. Отзыв?

— Знаменка. Проходи. А вы куда? — Озадачивается часовой.

— Да нам бы командира этого опорного пункта найти. Не подскажешь, куда идти, браток?

— А вы к помкомвзвода нашему обратитесь, товарищ старший сержант. Вон он, с лопатой стоит. — Указал на нужного человека караульщик, и мы потопали дальше.

— Здравия желаю, товарищ сержант. — Опустил я приставку младший, хотя и увидал всего один треугольник на петлицах командира. — Старший сержант Доможиров — артиллерийская разведка.

— Младший сержант Скиба. — Представляется он в ответ. — И чего это разведка у нас потеряла? Стрелять будете?

— Нет. На немца хотим поглядеть. Линию переднего края уточнить. Да и взаимодействие бы наладить не помешало. Кто у вас здесь на высоте самый главный начальник?

— Комбат наш. Но его на высоте сейчас нет. Всё начальство в штабе полка. Только командир третьей роты на командном пункте остался. К нему обращайтесь. — Информирует меня Скиба.

— А как нам его найти? И где? Не заблудиться бы в ваших катакомбах. Чего хоть копаете? Клад ищете?

— Если бы клад, давно бы всё перерыли. Тыловой рубеж обороны оборудовать заставляют, с блиндажом и пулемётными площадками, а где точно не сказали, да и земля толком не отошла ещё. Лейтёха наш пошёл узнавать, да пропал. Вернётся, ругаться будет, что ничего не сделали. Да и хрен с ним. — Машет рукой сержант.

— Вы пока копайте здесь, здесь, а ещё вот здесь. А я пойду узнаю, где надо. Так что ли? — Рассказываю я армейскую байку.

— Типа того. — Ухмыльнулся сержант. — Но копать всё равно придётся.

— Видишь, ниже по склону площадка, — показываю я направление, — всего метров сто отсюда. — Там место ровное, но с ложбиной, сейчас вода в ней стоит, а зимой снег лежал. Ручей пропустите, вода уйдёт ниже по склону. Вот там котлован под блиндаж можно вырыть. Из пушек вас не достанут, гребень высоты прикроет, от миномётов в блиндаже укроетесь. А если хороший домик выстроите, то и до Нового года в нём просидите.

— Хорошо бы. А если не угадаем? — Чешет в затылке сержант.

— Закопаете всё обратно, да и делов. Но на всякий случай скажи, что полковник Васин распорядился.