В день пятый
Шрифт:
— Или умышленно что-то подправил, — заметила Дебора.
Сернига нахмурился, не желая развивать эту тему.
— Ну же, Крис, — подтолкнула его женщина. — Ты же сам уже все сказал.
— Кто-то напутал с координатами, — неубедительно произнес он.
— Проводилось внутреннее расследование? — спросила Дебора.
— Конечно, — подтвердил Сернига, — однако его результаты засекречены.
— Но за некомпетентность никого не выгнали, так?
— Пока что никого.
— Значит, кто-то замел за собой следы, — заключила Дебора. — Из чего вытекает…
— Что
Глава 99
Подводная лодка медленно вошла в круглую пещеру, продвинулась на два, пять, десять метров. Здесь проход раздулся, акванавты смогли развернуться и оглядеться вокруг. Паркс снимал на встроенную видеокамеру стены из вулканического туфа и гроздья обленивших их моллюсков. Течение внутри пещеры почти полностью отсутствовало, и вода оставалась зловеще безжизненной.
— Там может быть все, что угодно! — с жаром воскликнул Паркс, направляя подлодку глубже в темноту.
— Или ничего, — заметил Томас, беспокойство которого нарастало с каждым футом углубления субмарины в основание острова.
Словно услышав его слова, крупная мускулистая рыба с широко раскрытыми бледными глазами, незаметно лежавшая на каменном выступе, поднялась в облаке вихрящихся песчинок и уплыла прочь от яркого света.
— Ты видел? — воскликнул Паркс. — Это же глубоководный морской черт. Вероятно, в здешних пещерах своя экосистема, не похожая на все то, с чем мы сталкивались прежде. Замкнутая среда со своими, очень определенными условиями существования. Возможно, тут обитают виды, которых больше нигде нет.
Мимо промелькнула стайка рыбешек, похожих на гуппи, и скрылась в темноте, оставив слабо фосфоресцирующее свечение. Следом за ними устремилось напоминающее угря существо с пеликаньей пастью, в ширину почти такой же, как в длину.
— Черт побери, а это еще что такое? — пробормотал Томас.
— Eurypharynx pelecanoides, — ответил Паркс. — Большерот зонтичный или что-то в таком духе. Но его не должно быть здесь. Мы еще не спустились настолько глубоко. Вероятно, пещера полностью повторяет все условия больших глубин, за исключением давления. Это просто поразительно! Неслыханно! Моя карьера в науке обеспечена.
Томас с опаской взглянул на него. Глаза ученого светились лихорадочным блеском.
Проход резко закончился, впереди в свете прожекторов показалась сплошная стена.
— Надо поворачивать назад, — с облегчением промолвил Томас.
— Нет, — возразил Паркс. — Смотри.
Он устремил взгляд вверх сквозь прозрачный колпак. Проход продолжался, вертикальный и более узкий.
— Об этом не может быть и речи, — заметил Найт. — Здесь слишком тесно. Мы ничего не увидим. Если застрянем в этих скалах, то нам отсюда не выбраться.
— Давай просто взглянем, хорошо? — сказал Паркс, уже разворачивая подлодку так, чтобы она вошла в расселину.
— Мы же не можем смотреть вверх! — воскликнул Томас.
Прожектора подлодки были направлены вперед, поэтому никак нельзя было рассмотреть строение скалы над головой. Томас схватил руку Паркса,
— Хорошо-хорошо, — наконец уступил Паркс. — Мы развернем лодку носом вверх, тогда будем видеть, что перед нами, и сможем использовать гидролокатор.
Кивнув, Томас убрал руку. Паркс задвигал рычагами, и подлодка изменила свое положение, поворачиваясь вертикально. Обоих акванавтов отбросило на спинки кресел.
Прожекторы высветили бурый камень всего в нескольких футах от корпуса лодки, а затем начиналось пустое пространство.
— Достаточно места, чтобы идти дальше, — заметил Паркс. — Следи за гидролокатором. Там, прямо вверху, в скале есть полость размером с баскетбольную площадку. Хорошо?
На самом деле это был не вопрос, и Паркс направил лодку в отверстие еще до того, как Найт успел с опаской кивнуть. Лежа в кресле, Томас чувствовал себя астронавтом в кабине космического корабля, стоявшего на стартовой площадке, но вокруг простиралось не голубое небо, а скалы, черная плотная вода и одному богу известно, что еще.
Когда подлодка отошла на пару футов от входа в пещеру, одновременно произошло сразу несколько событий. Настойчиво запищал гидролокатор, и экран, до того показывавший только застывшие стены пещеры, отразил движение чего-то крупного внутри. Какое-то существо мелькнуло в свете прожекторов и устремилось ко входу в пещеру. Оно было темное, в желтых точках, большое — размером по крайней мере с подводную лодку! — и задело прозрачную кабину сначала одним своим мощным плавником, похожим на ногу, затем длинным извивающимся хвостом. Маленькое судно, прежде застывшее на месте, отлетело в сторону и громко ударилось о каменную стену.
Но тут ожила квакающая рация, и за объятыми паникой голосами тех, кто оставался на «Наре», послышались безошибочные звуки выстрелов.
Глава 100
Сернига разыграл все карты, имевшиеся у него на руках, но он был лишь простым оперативным агентом отделения ФБР в Атланте и не имел никакого веса в вопросах противодействия международному терроризму, какой бы ни была его личная репутация. Ему намекнули, что в эти дни отношения между ФБР и ЦРУ и так оказались напряженными, а тут еще он собирался ворошить осиное гнездо, громогласно высказывая обвинения в некомпетентности или даже в чем-то более серьезном. Если честно, Сернига опустил бы руки после первого же телефонного звонка, но Дебора Миллер обладала даром убеждать и, как он был вынужден признать, нередко оказывалась права.
Поэтому Сернига продолжал звонить, проверяя безопасность телефонных линий, и делился своими опасениями со всеми в управлении, кто был готов его слушать. Он связался с ЦРУ и главным штабом военно-воздушных сил, но не смог избавиться от ощущения, что его просто отфутболивают. Как только ему удавалось завести разговор о событиях тринадцатого марта, собеседник сразу же ссылался на секретность и умолкал. В конце концов Дебора нашла тот рычаг, который смог приоткрыть дверь хотя бы на один дюйм.