В 5
Шрифт:
– Серг. И я пришел с предложением.
– О, я весь внимание, – встрепенулся Флип. Но по смешкам сзади я понял, что он настроен не сказать, чтобы очень серьезно.
– Я предлагаю напасть на резиденцию Вольных.
– Хорошая идея! Отличная. Ребята, вы слышали? Всем собираться. Сейчас будем нападать на Вольных!
Теперь за спиной уже грянул дружный хохот.
– Я заплачу. У меня есть пыль.
– Сколько? – склонил голову на бок Флип.
– Девять кило, – сказал я, чувствуя как по лопаткам бежит пот.
Игроков
– Это много. Правда, я слышал, что мертвым пыль не нужна.
– У меня есть еще кое-кто.
Я вытащил из инвентаря канистру и поставил перед ним. Хотел достать забитую эйтилом до верха, но, ведомый интуицией, выбрал наименее заполненную. Глаза Флипа масляно блеснули. Он уверенными движениями открутил пробку, вдохнул запах вонючей жижи и довольно кивнул.
– Это замечательно. Вопрос в другом. Откуда я могу знать, что тебя не послали Вольные? И что это не очередная ловушка? Иначе как у обычного Игрока с Отстойника в руках оказалось такое добро?
– Мы с моей подругой те, кто разрушил Оплот в Хисте.
– Верю, – легко согласился Флип. – Тогда, что-то мне подсказывает, что твоя подруга уже у Вольных. Именно поэтому ты и пришел. Так почему бы мне не сдать и тебя? Убью нескольких зайцев сразу. Отведу подозрение от нас и получу немного денег.
Игроки за спиной возмущенно зашептались. В том, что они здесь присутствовали – был определенный плюс. Ищущие являлись своеобразным флюгером. Я понимал, куда дует ветер общественного мнения. К примеру, последние слова Флипа одобрения не вызвали. Значит, вероятность сотрудничества Помощников с Вольными отпадала.
– Ты знаешь, что Вольные тебе не поверят.
– Знаю, – ухмыльнулся глава местного Ордена, – как знаю и то, что твое деловое предложение бред. Самоубийство. И только отчаянные и недальновидные Игроки пойдут на него. А здесь таких нет. Спасибо, что повеселил нас и оплатил мою эээ… консультацию столь ценным ресурсом. Захочешь еще поболтать, забегай.
Он проворно убрал в инвентарь канистру, продолжая скалиться, а меня подхватили те самые привратники и уже было собрались уволочь к выходу.
Канистра перекочевала в инвентарь, только теперь уже в мой. Флип, все еще рассказывающий, что пошлет меня на три веселых буквы, сбился со своей размеренной речи. Он вскинул руку, но я был уже готов к этому. Подсел и легко уклонился от привратников. Одного откинул хлестким ударом ноги, а другого приложил рукоятью мгновенно вытащенного рельсотрона.
Навык Рукопашного боя повышен до четырнадцатого уровня.
Только потом подумал, что, наверное, зря, все-таки оружие не для этого предназначено, да было уже поздно. К тому же, рельса с честью выдержала дополнительные нагрузки.
– Парень, не глупи, – увидев игрушку в моих руках, Флип как-то
Его слова подтверждали многочисленные стволы, сейчас смотревшие прямо на меня. Единственное, никто не торопился стрелять, выжидая, чем все закончится. Разве что толпа стала сначала неразборчиво перешептываться, то ли подбадривая того, кто продирался сюда, то ли наоборот, зовя его. И с каждой секундой слова становились все разборчивее.
– Аксель.
– Давай, Акс.
– Аксель, покажи ему.
Перед толпой в двери показался рослый мужчина с длинными рыжими волосами. Погоди, да я тебя знаю. Ты один из тех, кто стоял снаружи. Зиппер, точно.
– Без резких движений, – предупредил я его, – я сначала стреляю, потом думаю.
Блин, был бы у меня герб, эту фразу там бы и разместил. Однако Зиппер проигнорировал мои слова. Я даже вздохнуть не успел, как он уже оказался рядом, легонько толкнув плечом и отбирая рельсотрон.
Я не знаю, как ты это сделал, но второй раз так не получится. Вот Аксель вышел вперед, вот сейчас он… Я даже уклониться не успел. Точнее, шагнул в сторону, однако на исход поединка это никак не повлияло. Зиппер обезоружил меня, хотя добивать не торопился. Повертел рельсу в руках, с интересом разглядывая ее, и отошел в сторону.
– Так-то, – усмехнулся Флип, – с нами шутки плохи. А теперь давай, выворачивай свой инвентарь. Посмотрим, сколько у тебя там эйтила.
– Мы не воры, – неожиданно вступился за меня Аксель. – Он пришел сюда с предложением. Ты его отверг. Разговор закончен.
– Да что ты себе позволяешь? Тут тебе не твое поместье. Здесь я главный!
– Флип, ты же знаешь Акселя, – вмешался Суггестик, с самым миролюбивым выражением лица выбираясь из толпы, – у него обостренное чувство справедливости. Но в каких-то моментах он прав. Что ты поимеешь с этой канистры? Ну, тридцать кило на черном рынке, не больше. А репутационные потери будут не в пример выше.
Я не понимал, о чем толкует этот человек. Будто слышал отдельные слова, значения которых не различал, но они слились для меня в единое целое. Точно горная река несла свой поток, преодолевая буруны и пороги, увлекая за собой, заслоняя от реальности гремящим водопадом.
И складывалось ощущение, что подобное впечатление Суггестик оказывал не только на меня. Потому что Флип задумчиво кивал, соглашаясь со словами подчиненного, а толпа, теснившаяся снаружи, жадно внимала каждому звуку, что издавал говоривший.
– …благоразумнее будет отпустить его. Никак не вмешиваться. Если то, что он говорит, правда, скоро Вольные выпытают у его подруги все. И узнают, что мы здесь не при делах. Чем меньше будет шума, тем лучше.
– Ты прав, – точно вновь погрузившись в наркотическое опьянение, сказал Флип. – Тогда что с ним делать?