В 3
Шрифт:
+ 20 единиц Кармы. Текущий уровень + 5680. Вы тяготеете к Свету.
Доступна характеристика Светлейший.
Разблокированы дополнительные способности Лика Спаситель . Вспомогательные способности откроются при достижении пятнадцати тысяч единиц светлой кармы.
Ваша известность повышена до 9.
Ваша репутация изменена на Ронин.
Это все лирика, ткнул в Лик и стал жадно поглощать новую
Благословение
Повышение Здоровья, Бодрости и Маны на 200% двенадцати дружественно настроенным разумным существам. Применение: на окружающих в пределе видимости. Время действия: 3 минуты. Время перезарядки: 3 дня.
Исцеление
Устранение любых негативных эффектов недугов, зависимостей, деструктивных привычек и восполнение Здоровья до максимального значения. Применение: локальное, необходимо дотронутся до исцеляемого. Время перезарядки: 7 дней.
Паства
Обращение двенадцати враждебно настроенных Игроков в дружественных. Применение: на ближайших окружающих. Время действия: 5 минут.. Время перезарядки: 7 дней.
– Ну что, господа и Рис, можете меня поздравить. Перед вами сидит Светлейший.
– Лиций голова, – потрепал Троуг зверолюда по макушке.
– Рассказывай давай по порядку, – перебила девушка, – с самого начала.
– Вхожу я в пещеру. Там сидят англичанин, француз и русский…
– Сергей!
– Ладно, ладно.
Сага о доблестном, тупом и относительно везучем меня заняла всего минут десять. Нападение четвертого цверга вызвало у Рис закатывание глаз, а у Троуга неодобрительное покачивание головой. Лиций от оценки моих умственных способностей дипломатично воздержался. Зато когда зашел разговор о бочонках с «жиром» среди моих товарищей произошло странное возбуждение. Такого даже не было, когда я сказал, что теперь Светлейший.
– Жир?! Жир?! Жир бехолдера?! – загорелись глаза у корла.
– Погоди, Троуг, не спугни, – негромко, не сводя с меня взгляда, сказала Рис. И добавила приторно медовым голосом, – Сереженька, золотце, где эти бочонки?
– В инвентаре. Решил, раз цвергам этот «жир» был интересен, так и нам пригодится.
– Не все мозги еще отбил, – облегченно выдохнула Рис, широко улыбаясь.
– А я думаю, чего это он такой тяжелый, – сиял Троуг, будто ему было восемь лет и на день рождения подарили новенький велосипед, – это ж… Это ж… Сколько денег!
– Прошу заметить, что Сергей добыл так называемый жир один, – спокойно проговорил Лиций, не присоединившись к общему ликованию, – по всем негласным правилам, добыча принадлежит только ему.
Возникло секундное замешательство, которое я поспешил развеять.
– Вы чего? Я же не жмот какой. Тем более, мы через столько прошли. Само собой, все поделим в равных долях.
– Сережа!
Рис обняла и чмокнула в щеку, заставив чувствовать меня не в своей тарелке. Троуг ладонью ударил по плечу, добавив короткое, емкое, однако из уст корла весьма странное:
– А что, этот «жир» очень ценный?
– Блин, ну вот как ему объяснить? – всплеснула руками Рис.
– Я попробую, – приосанился Лиций, – скажем так, найти бехолдера невероятно трудная задача. А найти бехолдера, в котором есть «жир»...
– Он не во всех?
– Именно. «Жир» не всегда находится в теле. Он выделяется в определенные фазы цикла жизни бехолдера. Обычно, в период взросления. Но напасть на подростка может только самоубийца. Потому что родитель фокусируется на нападавшем, а уйти от мощного ментального существа задача не из простых. Некоторые считают, что бехолдеры могут настраиваться на своего обидчика даже через миры. Соответственно, нападают на него...
– Лишь полностью отмороженные Ищущие, – добавил Троуг, – даже спецы из центральных миров обходят бехолдеров стороной. Деньги деньгами, но они не ценнее жизни.
– Можно предложить «жир» правителю Брема, – сказала Рис, – понятно, что таких денег у него сразу не будет. Но мы можем заключить долгосрочный контракт.
– Вот ты этим и займешься, – сказал я, тяжело поднимаясь на ноги. Нет, все-таки ранения, даже залеченные магическим способом быстро не проходят, бок ныл, – а теперь давайте убираться отсюда. Какой-то тут слишком кладбищенский антураж.
Я выгреб весь мусор из инвентаря, решив сначала положить бочонки, а потом аккуратно распихать оставшееся. Пора уже наводить порядок. Однако мое действие вызвало у Рис лишь насмешку.
– Серег, а что это у тебя такое в руке?
– Мандрагорий корень, знакомый один дал.
– Корень, который затягивает любые раны. В том числе магические. Не говоря уже о простых резанных, – тоном преподавателя начальных классов, произнесла Рис.
– Вот, блин.
– Пожалуйста, на будущее, хоть изредка вспоминай, что у тебя лежит в карманах.
Что-то я сегодня сам себе удивляюсь. Может глицинчика попить или еще чего? Потому что мозгу витаминов явно не хватает. Достаточно было обрезать корень и смазать соком себе рану. Не надо никаких превозмоганий и прочей фигни. С другой стороны, корень таки сэкономил. Еврейские предки, если они вдруг у меня были, точно бы гордились.
– Ладно, проехали. Теперь в Брем.
Не быстро, все же бок до сих пор ощутимо болел, мы двинулись в обратный путь. То ли я знатно проблевался в прошлый раз, то ли просто попривык к окружающим пейзажам, но побоища с подгнившими трупами не внушали мне отвращения. Еще повезло, что здесь относительно прохладно. Не наша зима конечно, однако и мух не видать.
А потом настала пора удивляться. Не нам, а всему и всем, что нас встречало. Казалось, немного накренился набок шпиль городской ратуши, не до конца веря в возвращение квартета, в котором отвага граничила с глупостью. Несколько нехотя развели в стороны алебарды стражники у ворот, провожая нас подозрительными взглядами. Они явно запомнили, куда и зачем мы ушли. Не сразу, но постепенно все больше и больше, нас стали окружать обыватели, тыча пальцами и переговариваясь между собой.